Рискованный выбор - Мэри Спенсер

Сейчас Диана раздумывала, стоит ли предавать огласке предполагаемое замужество. Может, это сообщение охладит пыл Игана? Нет, вероятнее всего он разъярится.

– Мы обязательно поженимся, – уверенно продолжал виконт, невзирая на возражение Дианы. – К тому же очень скоро. Я уже составил заявление на получение лицензии.

– Этого не будет, – повторила Диана, начиная сердиться. Она отвернулась и стала собирать наперсток и нитки с иголками. – Прекрати дразнить меня своими дурацкими выдумками.

Он накрыл ее руку своей:

– Диана…

– Перестань, пожалуйста. – Содрогнувшись от его прикосновения, она убрала руку. – Иган, если ты намерен упорствовать в этой глупости, я попрошу тебя уйти.

– Я люблю тебя, – настойчиво сказал он и попытался повернуть ее к себе. – Я давно тебя люблю, и ты будешь моей женой.

– Иган!

Диана сопротивлялась, но он был настойчив и уже наклонил голову, чтобы ртом отыскать ее губы. Она собралась с силами и оттолкнула его. Вдогонку последовал удар ладонью – наотмашь. Иган вскрикнул и, спотыкаясь, отошел.

– Не смей меня трогать! – воскликнула Диана. Ее трясло от ярости. – Ты когда-нибудь это усвоишь?

Карден приложил руку к щеке и медленно распрямился. Он хотел смотреть Диане в глаза. Его светлые волосы растрепались, красивые черты исказились от боли и гнева.

– А ты? – медленно произнес он, все еще часто дыша. – Когда ты усвоишь мои слова? Никто другой не возьмет тебя в жены.

Диана бросила на него недоверчивый взгляд. Иган говорил совершенно серьезно. Все годы, начиная с детства, он только играл в любовь, флиртовал и дразнил ее. Вероятно, поэтому она и не понимала сейчас, что у него на уме.

– Тебе нужен Керлейн? – спросила Диана, пристально глядя на него. Нет, это невозможно! Хотя граф предупредил ее, она, изучившая Игана лучше, чем кто-либо, была уверена, что его не интересуют ни угодья, ни сам Керлейн. Замок он находил таким дряхлым и убогим, что позариться на эту рухлядь, по его выражению, мог только глупец.

– Мне нужна ты, Диана, – ответил Иган, – с замком или без оного. И я намерен добиться своего. А с Керлейном будет видно. Хотя не думаю, что избавлюсь от него, когда мы поженимся. Он тебе дорог, и ради одного этого стоит потерпеть. Правда, я до сих пор не понимаю, что ты так за него держишься? – спросил он и как-то кисло добавил: – И буду заботиться о нем, ибо в противном случае ты меня изведешь. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы этого не учитывать. Он будет цел, твой обожаемый Керлейн. – Последние слова были сказаны достаточно ехидно.

– Да, мой, – подтвердила Диана, – и никогда не станет твоим. Пока я жива, Керлейн не будет принадлежать ни тебе, ни кому-либо другому. – Помолчав, она продолжила: – Иган, ты с детства был моим товарищем и всегда им останешься, но мы никогда не будем мужем и женой. Не знаю, почему ты вообразил, что между нами возможно что-то иное. – Диана покачала головой и выдавила из себя слабую улыбку, пытаясь сгладить взаимное раздражение. – У тебя в голове опять какие-то нелепые мысли. Но тогда ты был подростком. Сейчас с этим пора кончать. Не сможешь – значит, не будем видеться. И я перестану принимать тебя.

– О нет, Диана! – Карден шагнул к ней. – Ты не прогонишь меня, как уже сделала это однажды, много лет назад. – Он прищурил глаза.

– Прекрати, Иган, – предостерегающе сказала Диана. – Если ты хоть сколько-нибудь дорожишь нашими отношениями, тебе нужно покончить с этим… – Она запнулась, не находя подходящего слова. Виконт сделал это за нее.

– Безумием? – предположил он и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Да, точнее не скажешь. Это безумие. Безумие – все, что происходит со мной. И это из-за тебя, Диана. И сейчас, и раньше. Не знаю, как еще назвать то, что я чувствую.

– Это не любовь, Иган, – бесстрастно заметила она. – Ты ее всегда презирал. Ты не способен на высокие чувства.

– Если это не любовь, то ее близнец, – возразил Иган. – И чертовски похожий, по-моему. – Он беспечно засмеялся и взъерошил пальцами шевелюру. Щека его все еще хранила красный след. – Я только уверен, что не должен потерять тебя, как чуть было не потерял в детстве. Тогда это было ужасно, но если то же произойдет сейчас, это будет несравненно хуже. Любовь или не любовь, но ты должна быть моей, Диана. Зачем ты так упрямишься? Граф умер – и теперь ты здесь совсем одна. – Взмахом руки он обвел холодную гостиную, обставленную старой мебелью. – Тебе нужен муж, но ты не найдешь другого претендента. Не у всякого найдутся средства, чтобы поднять такое хозяйство. Все вокруг настольно старое, что того и гляди рухнет. Твои многочисленные достоинства и очарование делу не помогут. Ты знаешь, что я прав, Диана. – Он улыбнулся столь раздражавшей ее улыбкой. – Что тебе больше нравится? Стать виконтессой или до конца жизни сидеть одной в этой холодной могиле?

– Я не останусь одна, – возразила Диана и тут же пожалела. Теперь она возбудила в нем любопытство. Сейчас он напоминал гончую, унюхавшую запах близкой добычи.

– Не останешься? – осторожно переспросил Иган. – Ты и в самом деле ожидаешь, что кто-то явится сюда принять графство? Чего стоят все эти земли без права отчуждения! В том числе и это… замечательное поместье, – добавил он все с той же улыбкой. – Родственников, которые могли бы претендовать на титул, у графа не было. Во всяком случае, тех, кто мог бы сделать это на законных основаниях, – уточнил он и вопросительно посмотрел на Диану. – Если только… но нет, – продолжил он размышления, – другие варианты полностью исключаются. В этом отношении старик был несгибаем. Он не сломался бы даже на смертном одре. Уж нам-то с тобой это известно. Тогда кто же? Какой-нибудь кузен из дальней ветви генеалогического древа? Или кто-то совсем чужой? Может, у тебя есть предложение из другой части света? Это возможно, Диана, моя дорогая?

Она имела дело с Иганом не один год и научилась в совершенстве управлять своей мимикой. В такие моменты, как сейчас, ее лицо застывало совсем – он способен был уловить даже, малейшие изменения в выражении лица собеседника.

– Тебя это не касается, Иган Паттерсон. Думай что хочешь. А сейчас у меня достаточно других дел, и я вынуждена попросить тебя уйти. – Диана повернулась к стене и подергала шнур колокольчика.

Иган не двинулся с места и только медленно покачал головой:

– Ты ошибаешься, Диана. Ой, как ошибаешься! Это меня касается, хочешь ты того или нет. Как я только что сказал, ты никому не достанешься, и, клянусь честью, я выполню свое обещание.

Дверь в гостиную открылась, и вошла Моди, вытирая руки о фартук.

– Да, мисс?

– Моди, милорд собрался уходить. Скажите Стюарту, чтобы он подал его лошадь.

– Не утруждайтесь, Моди. – Виконт жестом остановил пожилую женщину. – Не стоит отвлекать Стюарта от его многочисленных обязанностей. В Керлейне не так много слуг, чтобы загружать их лишней работой. Ей-богу, не представляю, как вы тут втроем ухитряетесь за день переделать такую кучу дел. – Затем он вновь обратился к Диане: – Помни, что я сказал тебе. Каждое мое слово. Я их не просто так произносил.