Мой милый шпион - Джоанна Борн

– Я, наверное, удивлю тебя, если скажу, что Джесс – довольно интересная девица. – Эйдриан взял графин с бренди и налил себе полстакана. – Дойл, между прочим, очень ее уважает. Он нанялся к ней на службу и говорит, что она недурно платит.

– Но зачем она проверяла мои карманы?

– Из живейшего интереса к их содержимому, полагаю. Она восхитительно прямолинейна.

– Черт побери, но почему?..

– Этого мы пока не знаем. Она не доверила Дойлу свои девичьи секреты. Видимо, искала что-то. Хочешь, проведем расследование? Вывернем твои карманы – и все узнаем…

– Желаешь посмотреть, что в моих карманах? – Себастьян поднялся с кровати и потянулся к куртке, висевшей на спинке стула. Вытащив из кармана кошелек, он высыпал на ладонь несколько монет, затем выложил их на стол. – Вот видишь? А в других карманах… Там еще девять пенсов. Итого семь шиллингов и девять пенсов. Много ли ты купишь за такие деньги? Что еще? Еще серебряные часы. – Он вытащил их и положил рядом с монетами. – Может, сам проверишь мои карманы?

– Не стоит. У меня не такие ловкие пальцы, как у Джесс. Значит, это все?

Себастьян опять полез в карманы.

– Еще складной нож, ключ от письменного стола в моем домашнем кабинете, а также ключ от дома. Кроме того – письмо от кузины Пенелопы.

– А во внутреннем? Там есть что-нибудь?

Себастьян вспомнил, что несколько бумаг сунул во внутренний карман в последнюю минуту, когда уже уходил из судоходной конторы.

– Да, конечно. Вот счет от продажи апельсинов. Вот чек на триста ярдов веревки, и еще – копия накладной на мебель, которую я переправил в Шотландию. – Себастьян бросил документы на стол. – Теперь все. Так что же ее заинтересовало?

– У Джесс иногда возникают очень странные интересы. – Эйдриан поворошил пальцем бумаги. – Похоже, я ошибся. Думаю, пока что мы ничего не узнаем. Однако я уверен: Джесс что-то понадобилось от тебя.

– А может, она самая обычная проститутка? Сначала я именно так и подумал.

– Нет, Боже упаси. – Эйдриан решительно покачал головой. Сделав глоток бренди, он прошелся по каюте, потом вновь заговорил: – Видишь ли, Дойл проследил за одним из уцелевших ирландцев. Они совсем недавно прибыли из Дублина, и там, судя по всему, о них никто и не вспомнит. А два дня назад их наняли в порту для похищения Джесс. Нанял – цитирую – «черноволосый малый, закутанный с ног до головы», что сужает мои поиски до половины мужского населения Лондона. А теперь – самое главное: она – дочь Джосайи Уитби.

Это походило на бесконечное падение вниз с гребня волны во время шторма. Он все падал, падал и падал…

– Джесс… Уитби?

– Да.

Но ведь Джосайя Уитби – это Синк, убийца и предатель. Никто лучше Себастьяна этого не знал. Он долго собирал доказательства, чтобы его повесить.

Джесс вздохнула и снова шевельнулась. Из-под одеяла выглянуло ее очаровательное плечико.

Значит, она – дочь Синка. Дочь Синка – в его постели.

У этого предателя были обширные связи, и он каким-то образом похитил секретные документы Адмиралтейства, а затем умудрился переправить их во Францию. В результате Наполеон узнал о планах Британии даже раньше, чем британская армия.

Два года назад французские фрегаты устроили засаду в проливе Джерси. И отправили «Нептун дансер» на дно со всей командой.

Его корабль. Его люди. Все утонули. Потому что Синк передал французам информацию о курсе судна. Первым помощником на «Нептун дансер» был Сэм Картер, неистовый и упрямый янки из Портленда. Прекрасный друг, о котором можно только мечтать. Когда им с Сэмом было по пятнадцать, они вместе плавали на Цейлон и в Индию.

Себастьян охотился на Синка два долгих года. Наконец собрал улики, которые отправят его прямиком в ад. Джосайя Уитби умрет. Но смерть на виселице – менее мучительная, чем та, на которую он обрек Сэма Картера.

Себастьян подошел к окну, чтобы смотреть на Темзу и не видеть Джесс Уитби.

– Знаешь, а ведь Джосайя невиновен, – послышался голос Эйдриана.

Они постоянно спорили на эту тему.

– Просто он твой друг, – заметил Себастьян.

– Дружба здесь ни при чем.

– Ошибаешься. Дружба – самое главное. – Взглянув через плечо на приятеля, Себастьян спросил: – А что это за девушка, о которой ты упоминал, когда рассказывал о России? Ты ее имел в виду? Дочь Джосайи?

– Да, ее. Она вела у отца бухгалтерию. И прекрасно справлялась, хотя ей тогда было всего лишь шестнадцать.

– Да, действительно способная девчонка, – проворчал Себастьян.

– Джосайя – великий мастер торговаться, – продолжал Эйдриан. – Но разбогател он только благодаря Джесс. Помнится, в Санкт-Петербурге, когда ей было двенадцать, она часто поучала отца за завтракам – мол, сколько платить за янтарь, а сколько – за соболей. Представляешь, сидит за завтраком и подсчитывает, какова будет прибыль от контрабандной торговли. А я то и дело наклонялся к ней и просил убрать косички из масленки.

– А Джесс – ее настоящее имя? Кажется, ты называл ее как-то по-другому…

– Джессамин. Джесси.

Да, верно, Джесси. Себастьян вспомнил, как однажды прятался с Эйдрианом в какой-то голубятне возле Булони. Они ждали лодку контрабандистов, которая должна была прибыть на рассвете, и Эйдриан рассказывал о Джесси из Санкт-Петербурга, о девочке, носившей платья с передниками, и длинные косы. И эта девчонка, по словам друга, прекрасно вела коммерческие дела отца.

– Кто-то должен вывезти ее из Англии, – сказал Себастьян. – Здесь ей нечего делать. Разве что смотреть, как вешают ее отца…

– Ты недооцениваешь ее. – Эйдриан осушил стакан. – Она хочет найти для меня настоящего Синка. Я дал ей для этого лучший в мире повод, когда арестовал Джосайю.

– Ты арестовал Уитби, потому что я предоставил тебе неопровержимые доказательства его вины.

– Нет, не поэтому. Я арестовал Уитби, чтобы полковник Римс из военной разведки не наложил на него лапу. О чем не устаю твердить, но никто не желает меня слушать. – Эйдриан поставил на стол пустой стакан и в задумчивости пробормотал: – Все-таки она странная, эта Джесс… Такая умная девушка – и не понимает, для чего я заключил под стражу ее отца. И почему она решила обыскать твои карманы? Никак не могу ответить на этот вопрос.

– Я тоже, – проворчал Себастьян. – Хотя… – Он вдруг понял, чего хотела Джесс Уитби. – Боже правый! Она вовсе не обыскивала меня! Она намеревалась… – Себастьян схватил свою куртку и снова начал обшаривать карманы.

Эйдриан негромко рассмеялся:

– Я думал, тебе эта мысль сразу же придет в голову. А ты только сейчас сообразил.

– Хорошо, что хоть сейчас… – отозвался Себастьян. – Ведь достаточно какой-нибудь мелочи. Например, обрывка меморандума из военного ведомства. Представляешь, какой-нибудь клочок бумаги – и за Синка можно выдать меня. Именно таким образом она задумала освободить своего отца. Решила сделать меня козлом отпущения. Ведь если предатель – я, то Уитби ни в чем не виноват.