Возраст Суламифи - Наталья Миронова

Климов потер лицо руками, стараясь прийти в себя.

– Нет, убивать я ее не буду, но пригрозить придется. Может, и прокуратурой, это ты верную мысль подкинул…

– Только меня не упоминай, – перебил Саранцев. – Не хочу, чтоб моя фамилия светилась в какой-то афере. Надо будет – ты мне так… частным образом дай знать, и я тебе вмиг организую прокурора.

Саранцев ужасно гордился своей фамилией. Климов это знал, но ему сейчас было не до того.

– Мне важно сделку спасти и лицо фирмы. Не понимаю, на что она рассчитывала. Неужто думала, ей с рук сойдет?

– Бабы – дуры, – флегматично заметил Саранцев.

– Эта – совсем не дура.

– А откуда ты вообще ее знаешь? – Саранцев посмотрел на часы.

Шестой час. Надо еще потянуть время.

– Так это ж она переводила на переговорах! Ты тогда свалил, мы из агентства переводчика вызвали. Пришла, очаровала Арне, он настоял, чтобы она всю техчасть взяла на себя… – Климов схватился за голову. – Если описание попало к шведам…

– Да успокойся, Арне ничего не узнает. Это ж разные страны, – утешил его Саранцев.

– До 1905 года Норвегия была Швецией, – вспомнились Климову слова Лины.

– Да? Ну надо же… Не знал.

«Что ты вообще знаешь!» – с досадой подумал Климов, но вслух сказал другое:

– И вообще, это один Евросоюз, да притом одна Скандинавия. Там все друг про друга все знают.

– Ладно, не паникуй. Шведы честные, не станут они внедрять без договора, без оплаты…

– Я тебя просил перевести, что они там пишут, – буркнул Климов.

Саранцев вновь перечитал письмо.

– Пишут, что принцип их заинтересовал. Что готовы к сотрудничеству.

– Это я и сам понял. Переведи мне, как эта Паулина Полонски на них вышла.

– Тут не сказано. Просто предлагает рассмотреть возможность… бла-бла-бла…

– Но обращаться просит не к ней, а прямо в Троицк, так? – уточнил Климов.

– Именно так.

– Не понимаю… – И вдруг Климов вспомнил: «Вот возьму и напишу вашему Арне, что вам верить нельзя». – О, чтоб ты сдохла!

– Что такое? Ты о чем?

– Она же… Тварь! Она же мне сама сказала!!! Шантажировать нас хочет.

– Что она тебе сказала? – насторожился Саранцев.

Климов, задыхаясь, как от удушья, схватился за горло.

– Ну, ты давай охолони маленько, – забеспокоился Саранцев. – Так и окочуриться недолго. Светочка! – позвал он нежно: – Водички холодненькой организуйте шефу.

– Не надо мне никакой воды, – тяжело дыша, проговорил Климов.

– Тогда объясни толком, в чем дело.

Климов не собирался объяснять Саранцеву, что провожал Лину домой и поцеловал ее на прощанье.

– Она тогда сказала, ну в шутку вроде бы, что напишет Арне, будто мне верить нельзя. Но это я дурак, подумал, что в шутку, а она, оказывается…

– Да-а, надо с девочкой потолковать, – глубокомысленно протянул Саранцев. – Девочка-то, оказывается, непростая… Припугнуть надо.

– А ты откуда знаешь, что она девочка? – подозрительно покосился на него Климов.

Саранцев расхохотался.

– Ну, старик, ты даешь! Паулина Полонски? Кто ж она, по-твоему? Мальчик?

– Может, старая кошелка, откуда тебе знать?

– А у меня что в юбке, то и девочка, – беспечно отмахнулся Саранцев. – Да, надо мозги вправить. Ты знаешь, где она живет?

– По базе пробью, – буркнул Климов.

– А зачем по базе? Суетиться, хлопотать… Позвони Каринке. Ты ж ее у Каринки нанимал? – спросил Саранцев. – Давай ее спросим, я Каринку сто лет знаю. С одного курса. Хочешь, я сам позвоню? – И он вытащил сотовый телефон.

Тут как раз в дверях появилась Светочка с бутылкой минералки.

Ну, раз уж воду принесли, Климов решил ее выпить. «Черт, и правда, нервы никуда, – думал он, глотая воду прямо из горлышка. – Так и убил бы эту суку. Может, Влад прав? Может, под суд ее отдать?» Прижав холодную бутылку ко лбу, он представил себе Лину с ее дерзким, вызывающим взглядом за решеткой в зале суда. Судьям не скажешь: «Да пошел ты!»

И все же он решил до суда не доводить. Не нужна ему шумиха. Нет, это дело надо разрулить по-тихому, чтобы Арне не узнал. Минимизировать ущерб. Но и Лина не уйдет безнаказанной. Он что-нибудь придумает. Он ей покажет, как чужие идеи воровать.

Саранцев тем временем говорил в телефон:

– Карина? Приветик. Мне нужен адрес одной твоей пчелки. Э-э-э… Полина Полонская. Да нет, ничего не случилось, просто нужно кое-что уточнить. Она для нас кое-какую работу делала. Нет, сама ты ей не звони, мы справимся. Та-а-ак, записываю… – Он примостился на край стола и что-то записал на листке. – Ага, понял. Гран мерси. Ну пока, киска, я еще позвоню как-нибудь. Может, потусуемся… Чао.

С этими словами он спрятал мертво молчащий телефон с сенсорным экраном в замшевый футляр и сунул его в карман.

– Вот тебе адрес. Это на Ордынке.

– Знаю, – нечаянно проговорился Климов.

Он тут же прикусил язык, но было уже поздно.

– Откуда ты знаешь? – удивился Саранцев.

– Я ее до дому подвез после ресторана.

– А-а, понятненько. Ну а теперь нагрянь к ней сюрпризом. То-то она удивится!

– Сюрпризом не получится, – покачал головой Климов. – Там кодовый замок на калитке. Дом за забором. Эта твоя Карина телефон дала?

– Дала, но мы звонить не будем. Весь сюрприз изгадим.

– А как войдем? – спросил Климов.

– Говно вопрос! – радостно объявил Саранцев. – У меня есть мастер. Ну чего ты на меня вылупился? Мастер-ключ ко всем замкам. Мало ли, какие ситуации бывают? Нет, к этой девочке надо вломиться без подготовки, взять ее тепленькую, а то отопрется.

– Ты так говоришь, будто ты ее знаешь.

– Может, и знаю… Но вряд ли. Зато я других знаю. Девочки, – Саранцев по-павлиньи выгнул грудь, встал со стола и принялся расхаживать по кабинету, – они все такие. Даже богатые. То у нее на мобильнике деньги кончились, то она кредит по карточке превысила, то машина на сервисе застряла, то на сапожки-сережки папа не дает.

– Лина не такая, – невольно вырвалось у Климова.

Саранцев глянул на него с любопытством. Можно сказать, с ба-а-альшим аппетитом.

– Ах, она у тебя «Лина»? Ты что – запал на нее?

– Ни на кого я не запал! Просто она совсем не такая, как ты рассказываешь.

– Ну ладно, может, и не такая, – примирительно согласился Саранцев. – Но она же тебе сделку порушила? Значит, самостоятельная… Надо же, какую аферу закрутила… – Он опять бросил взгляд на часы. – Ладно, поехали.