Верность виконтессы. На службе Ее Величества - Софи Нордье

-Ты свободен!

- Лучше прирежь меня, - буркнул Жермен и с опущенной головой остановился на некотором расстоянии.

- Брось, не держи зла. Мы же на войне!

Андрэ все еще улыбался, когда Жермен поднял взгляд. В нем не было ненависти. Лишь каменная обреченность. Улыбка сползла с лица победителя, а не пожелавший свободы пленник развернулся и шаркающей походкой вернулся назад.

Утром по лагерю разнеслась весть: ночью один из военнопленных повесился. Андрэ не стал уточнять имя. Он знал его.

До глубокой ночи убитый горем оруженосец простоял на коленях в замковой капелле, отчаянно вымаливая себе прощение. Он погубил не только Жермена, но и его бессмертную душу, ведь самоубийц даже не хоронят в освященной земле. Причем несчастный приговорил себя к позорной смерти Иуды.

Габриэль несколько раз заглядывал в храм, желая призвать оруженосца к работе, но тот не поднимался с колен, а его плечи сотрясались от рыданий. Завтра с утра лагерь снимается с места, поэтому необходимо срочно почистить оружие, упаковать вещи, разобрать шатер. Ладно, Мартин поработает за двоих. Виконт не стал трогать Андрэ, представляя, какой хаос творится в его молодой душе. В голове у виконта навязчиво зудело: «À la guerre, comme à la guerre»^[23]. Однако облегчения избитая фраза не приносила.

Париж. Март 1229 года

На Ситэ в дворцовом кабинете королевы ярко пылал огонь. Сидевшая в кресле Бланка так близко пододвинула ноги к каминной решетке, что казалось: еще чуть-чуть - и подошва вспыхнет. Камеристка вытирала пыль на письменном столе и, поглядывая на госпожу, громкими вздохами выказывала беспокойство за ее новые бархатные башмачки с овчинной изнанкой, которые только сегодня принесли от сапожника. Она даже с шумом втягивала носом воздух, давая понять, что чувствует запах паленой шерсти. Но королева лишь усмехалась; она так намерзлась в военном лагере, что теперь готова была и спать в обнимку с очагом. Поджидая Сабину, Бланка с довольным видом смотрела на языки пламени в камине. Едва дворецкий доложил о приходе виконтессы д'Авранш, как камеристка без лишних приказаний покинула кабинет.

Королева быстро поднялась и, не дав Сабине сделать реверанс, обняла ее:

- Сто лет не видела вас, моя дорогая! Как мой крестник, здоров?

- Я тоже очень скучала, ваше величество! - Сияющая улыбка подтвердила искренность слов Сабины. - Робер, спасибо защитнице Деве Марии, чувствует себя хорошо. А какой у него аппетит! Как у отца!

Пришлось нанять вторую кормилицу - у первой не хватает молока.

- И верно, - засмеялась Бланка, - не могу припомнить, чтобы Габриэль когда-нибудь отказывался от еды.

Осенью и зимой подруги нечасто виделись из-за тяжелой беременности и родов Сабины, поэтому сейчас Бланка с любопытством разглядывала свою верную конфидентку. Былая красота быстро возвращалась к ней: лицо посвежело, появился румянец, глаза лучились изумрудным счастьем. Бархатное, лавандового цвета платье было украшено затканным золотом широким поясом; массивная пряжка, покрытая разноцветной эмалью, выгодно подчеркивала талию, снова ставшую узкой. Толстые золотые косы, уложенные кольцами по бокам головы, оплетала жемчужная нить, а такие же жемчужные капли в ушах оттеняли молочную белизну длинной шеи.

«Бедные мужские сердца, сколько их еще разобьется об эту искушающую красоту?» - подумалось Бланке. Впрочем, самое любимое мужское сердце виконтесса уже крепко держала в руках. Королева помнила доходящие до истерик опасения Сабины вновь не выносить ребенка. Подарить же сына Габриэлю она считала главным делом своей жизни. И Милостивый Господь помог ей!

Женщины обсудили незатейливые житейские проблемы, рассказали друг другу последние новости. Бланка - многодетная мать - щедро делилась советами по уходу за младенцем.

В приятной болтовне время прошло очень быстро. Дрова в камине совсем прогорели, и вскоре появился слуга, чтобы подбросить поленья в очаг. Дворецкий внес два бокала с дымящимся гипокрасом.

Королева бросила быстрый взгляд за окно и поняла, что день неумолимо клонился к вечеру, а им еще предстояло обсудить важную тему. Дождавшись, когда уйдут слуги, Бланка сменила воркующий тон на деловой:

- Сабина, вам необходимо ехать в Тулузу.

- Когда? - спокойно отозвалась виконтесса.

Королева восхитилась: ни тени удивления! За два с половиной года они великолепно изучили друг друга. Поблагодарив конфидентку взглядом, Бланка принялась неторопливо излагать цель поездки.

Альбигойская война^[24] длится двадцать лет - целое поколение - и отняла у Бланки мужа. Но подрос сын, и она панически боится, что Лангедок^[25] потребует и его. Луи родился 25 апреля, в день черных крестов.

Королева поднялась с бокалом вина в руках и, прохаживаясь по комнате, с неспешной основательностью стала развивать свою мысль:

- По поверью… да, да, не улыбайтесь, милая Сабина, вы мать и тоже скоро начнете верить во что угодно, если дело коснется судьбы вашего сына… Так вот, по поверью, людям, родившимся в день черных крестов, суждено погибнуть в походе против еретиков или язычников. Потому мне как воздух необходим прочный, окончательный мир с моим кузеном Раймоном Тулузским^[26]. Чтобы навсегда покончить с Альбигойской войной!

Бланка сверкнула глазами и даже ногой притопнула. Немного успокоившись, она перешла непосредственно к миссии Сабины:

- Раймон молод, честолюбив. Он наверняка помнит, с каким царственным размахом правил его отец, как капризно перебирал принцессами на рынке невест. Сын хочет такого же, не попранного французским троном могущества! А потому мечется, примыкает к любой враждебной нам коалиции. По совету Романо Франджипани мы предпринимали карательные меры против графа, проводили политику выжженной земли, особенно в окрестностях Тулузы. Хозяйство там пришло в упадок, торговля замерла, простой люд обнищал. Я понимаю - это были скверные меры, которые еще больше распалили ненависть Раймона. Зато я вынудила его пойти на переговоры с королем. В декабре в Базьеже они с Луи уже подписали прелиминарное соглашение. Однако, боюсь, Пьер Бретонский попытается сорвать наши планы. После падения Беллема он озверел и готов дать любые обещания графу-союзнику. Раймон же только и ждет какой-нибудь действенной помощи, чтобы избежать подписания унизительного мирного договора. Необходимо предотвратить создание их нового комплота!