Принцесса лилий - Юлия Галанина

Та продолжала отсыпаться после бурной ночи, предусмотрительно копя силы для бала.

Это позволило собраться и выехать в город без долгих объяснений.

* * *

Колеса простучали по подвесному мосту, съехали на дорогу. Как только замок остался позади, настроение в экипаже сразу улучшилось.

– Сначала мы заедем на рынок и купим Масруру еды и питья, – сказал рыжий пират. – У него же со вчерашнего вечера маковой росинки во рту не было.

Жанна кивнула.

Погода была ясная, и городок Ланже казался тихим и мирным. Глядя на него, решительно невозможно было сказать, что он возник на месте римского военного лагеря, а потом здесь лихо летал «Черный сокол» Фульк Нерра[29], воюя с графом Эдом и наводя ужас на всю округу.

На рынке раздобыли корзинку еды для Масрура. Чтобы не привлекать излишнего внимания к снятому дому, подъехали к нему с задов, с другой улицы.

По винтовой лестнице в фахверковой башенке поднялись на второй этаж. Там располагался дозор Масрура.

Оголодавший толстый евнух волком накинулся на еду. Жаккетта с Жанной осторожно подошли к окну.

– Стойте сбоку от окна, – предупредил их рыжий пират. – Чтобы вас не было видно. Береженого Бог бережет.

Жанна и Жаккетта встали так, как он просил.

Прямо напротив них был дом сборщика налогов. До того, как поступить на государеву службу, сборщик налогов держал ювелирную лавку в своем доме, отведя для нее первый этаж. Второй и третий этажи были жилыми. Острый щипец здания украшало красивое слуховое окно, фахверковые стены второго и третьего этажа нависали над первым.

Где-то там, за зимними ставнями, в глубине дома Волчье Солнышко скрывал свою добычу.

Масрур поел и что-то горячо объяснял по-арабски рыжему пирату.

– Он говорит, – начал рассказывать рыжий, – что дом хорошо охраняется.

– Это мы знаем, – пробурчала Жаккетта. – А госпожу Фатиму он видел?

Масрур покачал головой. Снова начал что-то объяснять рыжему пирату.

– Масрур хочет проехаться по лавкам, ему кое-что нужно купить.

– Что? – удивилась Жанна.

– То, что поможет проникнуть в нужное место, – туманно объяснил рыжий пират. – Мы проедемся с ним, так ведь, маленькая? А вас, госпожа Жанна, просим остаться на боевом посту.

– Хорошо! – величественно кивнула Жанна, которой совсем не улыбалось носиться сейчас по лавкам. Стоять и задумчиво смотреть на городскую улочку нравилось куда больше.

Рыжий пират, Жаккетта и Масрур вышли, Жерар пошел их проводить до экипажа.

Жанна стояла сбоку от окна и сквозь ромбики зимних ставен смотрела на дом напротив.

И увидела, как в доме подошел к окну виконт де Шатолу, выехавший из замка чуть позже, чем экипаж Жанны. Видимо, камин дымил, потому что виконт решительно распахнул створки, впуская декабрьский воздух в комнату. Жанна даже успела увидеть, что сборщик налогов неплохо обогатился на этом богоугодном деле: обшил стены понизу резными деревянными панелями, сверху обтянул расписной тканью, приобрел солидную фламандскую мебель и даже пару портретов неизвестно кого, выполненных в технике «фаянс по коже».

Виконт, облокотившись на подоконник и не обращая никакого внимания на морозное утро, лениво разглядывал улочку, видимо приходя в себя после вчерашней попойки с кузеном Орлеанским.

Несколько раз его взгляд проскальзывал по фасаду дома напротив.

И всякий раз Жанна отклонялась, хотя знала, что Волчье Солнышко ее не видит. А потом снова жадно приникала к окну.

Виконт был в парадных парчовых одеждах, на груди висела роскошная золотая цепь, локоны были слегка растрепаны.

Освежив комнату, виконт подтащил к окну тяжелое кресло, видимо решив не стоять, а сидеть. Закрыл створки и устроился у окна. Похоже, он кого-то ожидал…

Жанна задумчиво смотрела на него и вдруг почувствовала, как подошел сзади и крепко обнял ее вернувшийся Жерар. Она прижалась к нему, закрыла глаза. Жанна так бы и стояла в полудреме, в полузабытьи, но руки и губы Жерара были настойчивы и нетерпеливы.

– Мы же не в гостинице! – шепнула лукаво Жанна.

– И не в замке, – подтвердил тихо Жерар, решительно разворачивая ее к себе. – Опять тот же кошмар – ты рядом, за ширмой, но путь к тебе сторожит госпожа баронесса. А сейчас ты здесь, мы одни, и я сдержать себя не могу. И не хочу. И не буду…

Жанна последний раз бросила взгляд на дом напротив, увидела виконта, сидящего в кресле, который даже не подозревал, какие интересные вещи творятся в доме напротив. И от этого ей стало вдвойне приятно.

– Это безумие! – шептала страстно Жанна Жерару в коротких промежутках между поцелуями.

– Безумие, – соглашался Жерар и начинал целовать ее еще горячее.

И Жанна таяла, таяла, уплывала неизвестно куда, и мгновение становилось равным часу, и мир вокруг изменялся, и всему этому не было названия, а были только объятия Жерара, страсть и любовь. И тягостное напряжение последних дней смывала волна наслаждения.

– Я тебя люблю, – шептал Жерар, как заклинание. – Я тебя люблю…

* * *

Когда рыжий пират, Масрур и Жаккетта вернулись, Жерар и Жанна стояли по разные стороны от окна и внимательно следили за улицей.

– Ну и как ваши дела? – спросил вежливо Жерар, не отрывая взгляда от улицы.

– Хорошо! – обрадовалась Жаккетта. – А нам внизу попался хозяин дома, я спросила, почему такие прекрасные комнаты пустовали, и он мне все рассказал.

– Что же? – холодно поинтересовалась Жанна, пытаясь скрыть смущение и незаметно поправить криво зашнурованное второпях платье.

– Место рядом со сборщиком налогов считается дурным, потому что все в городке обходят его стороной, – ликующе сообщила Жаккетта. – Хозяин хочет поднакопить денег и съехать отсюда подальше. Потому как, он говорит, недолго тому дому стоять, красный петух по нему плачет.

– Он, наверное, удивился, что виконт этот дом снял, – предположила Жанна, дергая рукав рубашки, который никак не хотел расправляться, как ему положено.

– Ага, удивился, – охотно подтвердила Жаккетта. – Но я сказала, что этот господин сумасшедший, – так он сразу все понял и успокоился.

– А он не удивился, что мы этот дом сняли? – спросил Жерар, чей костюм был в полном порядке и поэтому он чувствовал себя куда увереннее жены.

– Удивился, – призналась Жаккетта. – Но мы, когда уезжали, сказали ему, что эти комнаты нужны вам, госпожа Жанна, для тайных любовных свиданий. Потому что придворной даме в замке это делать неудобно. Ну, чтобы он отвязался. Он, похоже, не очень-то поверил. А когда мы сейчас вернулись, хозяин вдруг сказал, что может безвозмездно, то есть без прибавки к плате за комнаты, дать чистые льняные простыни. Уж не знаю, что в его голове случилось.