Как соблазнить горца - Ванесса Келли

Доминик разочарованно провел рукой по своему подбородку.

– Хлоя, никому нет дела, кем являешься ты и что Гриффин твой сын. Для всех ты миссис Пайпер, богатая, респектабельная вдова из Лидса, занимающаяся благотворительной деятельностью. Можно сказать, что мы старые друзья, и это не будет ложью.

– А как насчет всего остального? Ты полагаешь, мы продолжим лгать при получении разрешения на брак или священнику, который будет проводить свадебную церемонию?

Он махнул рукой.

– Конечно, нет. Однако, думаю, найдется не один приходской священник, который в долгу передо мной. И он с радостью окажет нам услугу, сохранив конфиденциальность.

– Я в этом не сомневаюсь, – сухо сказала Хлоя. – Но ты должен понимать, что я живу спокойно только потому, что моя фиктивная личность не подвергается проверке. А в качестве жены сэра Доминика Хантера я буду уязвима для всякого рода домыслов и сплетен.

Он смотрел на нее, раздувая ноздри словно бык, готовый к атаке. Доминик был добрейшим и благороднейшим человеком в мире, но в то же время он был одним из самых упрямых мужчин, каких она встречала. Таким Хлоя знала его с детских лет. Это качество помогало ему выдержать многие испытания в жизни при дворе и служило непреодолимым препятствием для тех, кто пытался одержать победу в споре с ним.

– Ради бога, – сказала она. – Я уверена, найдется немало людей, которые захотят использовать мое прошлое против тебя. Они могут даже попытаться шантажировать тебя.

Доминик выглядел чрезвычайно раздраженным.

– Если какой-нибудь глупец предпримет такую попытку, он дорого заплатит за это, уверяю тебя.

– Несомненно, однако причинит значительный вред твоей карьере и нашей жизни. Мне кажется, ты недооцениваешь влияние сплетен, и какой позор ляжет на тебя в результате скандала. Как можно надеяться, что наш брак выдержит это?

«Да он будет уничтожен».

Судя по выражению его лица и тому факту, что Доминик отбросил одеяло и соскочил с постели, Хлоя в конце концов вывела его из себя. Тяжелыми шагами своих больших босых ног он подошел к ней, как разгневанный Зевс, спустившийся с Олимпа.

Причем совершенно голый Зевс.

– Хлоя, тебе нечего стыдиться своей жизни. Ты лучшая женщина в Англии, и тот, кто скажет что-то плохое о тебе, горько пожалеет об этом.

Она отвела взгляд от его внушительного, отчасти возбужденного тела и посмотрела поверх его плеча.

– Я не могу продолжать разговор, пока ты не прикроешься.

Он громко рассмеялся, однако поднял с пола штаны и натянул их на свои длинные ноги. Хлоя отвернулась, пока он приводил себя в порядок.

– Надеюсь, это умиротворит твои оскорбленные чувства? – сказал он саркастически.

Если бы вопрос, который они обсуждали, не был так серьезен, Хлоя поддалась бы искушению рассмеяться. Казалось нелепо стоять в полуобнаженном виде и вести неприятный разговор, подобно спорящим подросткам.

– Благодарю, – сказала она, стараясь вернуть себе крупицу чувства собственного достоинства. – Как я уже говорила…

– Хлоя, помолчи немного, – прервал ее Доминик мягким голосом. Он взял ее руку и поднес к своим губам. Это простое прикосновение вызвало дрожь во всем ее теле.

– Я люблю тебя, – сказал он. – Ничто не может изменить или ослабить мои чувства к тебе. Я понимаю, что тебя очень беспокоит то, что может произойти, если… когда мы поженимся. Конечно, существует вероятность, что твоя истинная личность станет известна, но, думаю, риск минимален. Кроме того, – добавил Доминик с ободряющей улыбкой, – даже если твое прошлое будет раскрыто, я смогу справиться с этим. Мы справимся с этим. Это старая история, дорогая, и на самом деле она никого не волнует.

Хлоя смотрела на него, охваченная тревогой. Доминик лучше знал высшее общество, но она не была столь наивной, чтобы не понимать, какой скандал может разразиться в высших кругах. Лондонские сплетни являлись неизменным фактом жизни даже в такой тихой деревне, как Камберуэлл. Доминик, конечно, будет предан ей до конца, несмотря на самые отвратительные слухи. Но такая преданность в сочетании с его глупым убеждением, что его положение делает его неприкасаемым, могла привести к пагубным последствиям для его карьеры и их отношений.

– А о моих чувствах ты подумал? – спросила она, пытаясь применить другую тактику. – Из-за твоего положения в обществе я стану объектом повышенного внимания и изучения. Как я смогу жить с этим, учитывая мою ситуацию?

Он покачал головой.

– Я же сказал, что смогу защитить тебя от светских сплетен.

– Я не об этом говорю.

– Тогда о чем?

– Я имею в виду человека, который обидел меня. Не представляю, что будет, если отец моего ребенка узнает меня. – Доминик содрогнулся, но она безжалостно продолжила: – Как он среагирует, когда обнаружит, что ты женился на мне? Если твои отношения с принцем Эрнестом не улучшились с того времени, когда я видела вас последний раз вместе, думаю, едва ли он отнесется благосклонно к нашему браку.

– Думаешь, меня беспокоит, как этот ублюдок отнесется к нашему браку? – проворчал он. – Это его не касается, черт возьми.

Его ответ озадачил ее.

– Доминик, он брат принца-регента. Он может причинить нам большие неприятности.

Его глаза вспыхнули зеленым огнем.

– Мне наплевать на него.

Хлоя хотелось встряхнуть его.

– Скажи, как ты терпел его? Ты и Эрнест всегда ненавидели друг друга. Как ты мог поддерживать с ним отношения или со временем ваша взаимная неприязнь ослабла?

Ей было неприятно говорить ему все это, но она полагала, что только так можно переубедить его. Доминик должен понять, что их брак невозможен.

– Мы старались по возможности избегать друг друга, – холодно сказал он. – Это нетрудно было сделать.

– Боюсь, я не обладаю твоей способностью притворяться, что в прошлом ничего не было.

Его голова откинулась назад, словно от пощечины.

– Возможно, я не показываю этого, Хлоя, но моя ненависть к этому человеку повлияла на всю мою жизнь. После того как я потерял тебя, каждая встреча с ним вызывала у меня ужасное чувство. Если бы он не был королевских кровей, я бы давно избил его.

Отвернувшись от нее, Доминик подошел к камину. Опершись рукой о каминную полку, он склонил голову, глядя на огонь. Хлоя последовала за ним, испытывая сожаление, которое затмило радость от его любви.

Она осторожно коснулась рукой его спины.

– Доминик, ты вращаешься в высших кругах общества, а это означает, что мне придется время от времени общаться с этими людьми. Даже если принц Эрнест не узнает меня, я буду вынуждена находиться даже формально и кратко в обществе человека, который разрушил мою жизнь.