Красавица и Чудовище - Валентина Шигина

Юля осталась с Сережей, ему очень хотелосьпроводить друга. Андрей тоже остался. Две блондинки, которые висели на Артемедва дня, плакали в углу, обнявшись. С ума сойти можно. Когда мы положили нашивещи в машину, то решили попрощаться с гостеприимным хозяином.

Миша и Артем обменялись рукопожатием и мужскимиобъятиями. Потом Шмелев перевел взгляд на меня и лучезарно улыбнулся.

- Рад был познакомиться,- он протянул мне руку,и я вложила в нее свою.

- Я тоже,- улыбнулась, вырывая руку. Вотцеловать ее было совершенно не обязательно.

- Ты врешь!- счастливо рассмеялся этотненормальный и наклонился к моему уху.- Перестать мучить моих друзей. Выберисебе, наконец, одного.

- Как скажешь,- произнесла я тоном послушнойдочки. И этот парень мне говорит, чтобы я себе одного выбрала? А не он ли тут сдвумя девицами щеголял? Нет, не он? Наверно я обозналась.

- Еще увидимся,- на прощание сказал Артем иподмигнул мне.

- Мне бы этого не хотелось,- буркнула я себе поднос, чтобы никто не услышал.

Мы направились к машине, держась за руки. КогдаМиша открыл для меня дверцу, подбежала Юлька. Виноградов только кивнул и занялсвое место.

- У тебя все нормально?- обеспокоенно спросилаГерцман.

- Да. А что?

- Вид у тебя замученный.

- Все нормально, правда,- ободряюще похлопаладевушку по руке.

- Ты знаешь?- с сомнением спросила подруга.

- Смотря о чем. Юль, перестань говоритьзагадками,- попросила я девушку.

- Об Андрее. Он вчера полкухни разнес,-осторожно доложила мне Герцман.- В перерывах между руганью и крушением онупоминал тебя, Миша, какую-то маленькую сучку и во что-то не верил.

- Мне все равно,- твердо заявила я.- Все, чтокасается Любимова - мне знать не хочется. Позвони мне, как приедешь.

- Ладно,- кивнула подруга и обняла меня.

Я села в машину, и мы тронулись с места. Вголову опять полезли ненужные мысли. Надеюсь, Любимов не меня называл'маленькая сучка'. С ума сойти! Зачем он громил кухню? Ответ пришел довольнобыстро. Ведь это же он вчера к нам в комнату заглядывал, я просто в этомуверена. Пусть теперь и он позлиться, не только мне же это делать. Вот теперьпонятно, почему на меня сегодня так косились. Они думаю, что это из-за меняАндрюша так взбесился. Хотя, так и есть.

- О чем задумалась?- поинтересовался Миша, целуямою руку.- У тебя очень интересное выражение лица.

- Ни о чем,- отмахнулась я и сняла очки. Потомнедолго думая распустила волосы. Теперь с Мишей можно быть самой собой.

- Ты ведь мне так и не сказала, зачем тыпрячешься?- спросил Михаил, не отрываясь от дороги.

- Чтобы никто не узнал,- резонно заметила я.

- Есть ведь еще причина?

- Есть,- кивнула я.- Но об этом я расскажу тебепозже.

Все время в дороге мы проводили весело. Мишарассказывал мне смешные истории из своей жизнь, а мне пришлось рассказать онедавнем посещении столицы. Должна же я как-то оправдаться перед ним.

- Ты сбежала от них через окно?- рассмеялсяВиноградов, после моего рассказа о приставучих журналистах.

- Пришлось,- развела я руками. О том, что это непервый раз, я предпочла умолчать. Ведь оба раза я сбегала от Любимова.

- Ты меня удивляешь!

- Да, я сама себя удивляю,- созналась я.

Я даже не заметила, как мы остановились околомоего дома. Перед тем, как выйти из машины, мы долго целовались. Когда же ясмогла оторваться, то быстро выскочила из машины и сразу же обернулась. Сегодняя для себя многое решила поэтому и в мою голову забрела мысль.

- Пойдем ко мне?- предложила я.- С родителямипознакомлю.

- В другой раз,- улыбнулся Миша.

- Почему? Боишься? Ты еще не готов?- закидала явопросами молодого человека.

- Это ты еще не готова.

- Я готова!- уверенно заявила я.- Пойдешь?

- Ты этого хочешь?- серьезно спросил Виноградов.

- Если бы не хотела, то не звала бы,- резоннозаметила я.- Последний раз спрашиваю. Ты пойдешь со мной или нет?

И Миша согласился. А каково же было удивление моеймамы, когда на пороге своего дома она застала дочь, держащую за руку молодогочеловека. То, что я ее обманула, родительница не подала вида, но она этопоняла. Нагоняй меня будет ожидать после ухода Мишки.

Когда я представила парня, как своего молодогочеловека, мама была немного ошарашена. Она-то думала, что у меня никого нет.Поэтому все время, которое провел у нас Виноградов, женщина вела себя оченьстранно.

- А где вы познакомились?- интересовалась мама,накрывая на стол.

- Мы в одном университете учимся,- отвечалуверенно парень, продолжая держать меня за руку.

- И как давно вы встречаетесь,- беззаботнопоинтересовалась женщина, наливая гостю чай. Я-то уж знаю, как сильно ееволновал этот вопрос.

Мама устроила мини-допрос. Ей было интереснопрактически все. Каждый раз, когда мама узнавала новый подробности, она кидалана меня хмурый взгляд. Я ее понимаю, родительнице хотелось все узнать от своейдочери, а не от чужого парня. Хотя, Миша ей понравился.

- Тебе сильно нравится моя дочка?-интересовалась мама.

Мама, ну, конечно же, сильно! Он же сейчас сомной, это значит, что я ему нравлюсь. К тому же он знает, кто я.

- Сильно,- подтвердил Миша.- Светлана Сергеевна,ваша дочь необыкновенная девушка.

- Я согласна,- кивнула мама.- Особенно ееповедение, оно всегда необыкновенно.

Дальше мама начала рассказывать по просьбе парняинтересные истории про меня. Я себя чувствовала немного неуютно. Кому будетприятно, когда про его детские проделки вспоминают? Мое детство было не таким,как у многих. Я не играла в куклы и дочки-матери, у меня не было возможностилепить куличики. Хорошо, хоть на велосипеде кататься научилась. Все своедетство я провела на различных студиях.

Сниматься я начала очень рано. Моя бабушка,Альбина Васильевна, очень хотела, чтобы ее внучка стала знаменитой, такой же,как и мой отец. Именно бабушка впервые отвела меня на съемки рекламы. Потомбыли небольшие роли в кино и сериалах.

Наверно, вы спросите, как меня в модели занесло?А все очень просто. Однажды я увидела очень красивого парня и влюбилась спервого взгляда. Он был фотографом одного известного журнала. Вот и пришлосьмне срочно записываться на курсы и становиться моделью. Я добилась, чего хотела- этот фотограф снимал меня почти каждый день, но отношений у нас неполучилось. Как бы это не печально звучало - он оказался геем.