Наконец-то вместе - Джудит Макнот

Сэм приостановилась у своего стола ровно настолько, чтобышвырнуть сумочку в стол, стащить зимнюю куртку и пригладить волосы. Толькопотом она помчалась к кабинету Маккорда, распахнула дверь, но нерешительнозамялась у порога.

Он стоял за столом, лицом к стене, сунув руки в карманыбрюк, нагнув голову, словно рассматривал экран монитора на стойке… только вотэкран был темным, а сам Маккорд — таким напряженным, что ремень кожанойнаплечной кобуры врезался в спину, сминая ткань сорочки. Папка со своднымсписком всех обвинений и арестов Валенте валялась открытая на столе. Кожанаякуртка — «пилот» косо висела на спинке стула — еще один признак, что случиласькакая-то неприятность.

— Что стряслось? — тихо спросила Сэм, решившая вторгнуться вего явно невеселые мысли.

— Закрой дверь, — бросил он.

Сэм, теряясь в догадках, закрыла дверь. Нет, что-тоопределенно неладно. Он никогда не закрывал дверь, когда оставался наедине сней! Все находившиеся на третьем этаже могли заглянуть в кабинет, потому чтоверхняя половина стен, выходящих в общую комнату, была стеклянной, и Сэмпонимала: Маккорд достаточно умный начальник, чтобы сообразить, что частыесовещания с ней за закрытыми дверями будут замечены и неверно истолкованы.Начнутся сплетни, кривотолки, и злые языки ее не пощадят, а значит, все рабочиеотношения с сотрудниками будут непоправимо испорчены.

Все еще не поворачиваясь к ней, Маккорд спросил:

— Тебе что-то говорит имя «Уильям Холмс»?

— Разумеется. Тот парень, которого убил Валенте.

— Что ты помнишь об этом деле, если судить по официальнойинформации, содержащейся в папке?

Дурное предчувствие Сэм все возрастало, тем более что ондаже не оглянулся, когда она ответила:

— Жертва, Уильям Холмс, безоружный шестнадцатилетний юноша,не состоящий на учете в полиции, по неизвестной причине поссорился с МайкломВаленте в темном переулке. Во время ссоры Майкл Валенте, семнадцатилетниймолодой человек, с длинным списком приводов и правонарушений, выстрелил вХолмса из полуавтоматического пистолета сорок пятого калибра, принадлежащегоВаленте. Патрульный офицер Дуэйн Крейтс услышал выстрел и уже через несколькосекунд оказался на месте преступления, но Холмс умер до прибытия «скорой».Офицер Крейтс немедленно арестовал Валенте.

— Продолжай, — хмуро буркнул он, когда она замолчала. — Хочубыть уверен, что мы с тобой прочитали одно и то же.

— В отчете медэксперт указал причину смерти: разрыв аортыпулей сорок пятого калибра. Баллистики подтвердили, что пуля вылетела изнезарегистрированного полуавтоматического пистолета сорок пятого калибра,принадлежавшего Валенте. На оружии найдены отпечатки пальцев Валенте.Токсикологическая экспертиза не показала следов наркотиков или алкоголя в кровиХолмса и Валенте.

Сэм замолчала, припоминая наиболее важные пункты дела, но наум пришел только самый конец.

— Валенте защищал адвокат, назначенный судом, и сампреступник признал себя виновным. Судья принял в расчет возраст Валенте, нопослал его в тюрьму вследствие ранее совершенных правонарушений и ничем неспровоцированной жестокости преступления.

Только тогда Маккорд повернулся, и Сэм даже сжалась,встретившись с жестким, сверкавшим злобой взглядом холодных голубых глаз.

— Хочешь знать, что случилось на самом деле?

— То есть как это — «на самом деле»?

— Сегодня я провел с Крейтсом не менее получаса. Он вышел вотставку и живет один, с бутылкой «Джека Дэниелса»в качестве компании и своспоминаниями о «добрых старых временах в полиции». Когда я приехал, он ужебыл хорошо под газом и поэтому страшно обрадовался мне и возможностипотолковать о своей истинной роли в аресте Валенте, потому что, по его словам,он «просто фанатеет от меня». Похоже, его доклад о смерти Холмса немного несоответствовал истине. Но как он поведал, именно этого потребовал капитан, а в«добрые старые времена» копы держались друг за друга и, следовательно, делаливсяческие взаимные одолжения. Угадай, кто тогда был капитаном?

Сэм покачала головой.

— Уильям Труманти, — выдавил Мак. — А теперь угадай, какзвали жертву.

— Уильям Холмс.

— Уильям Труманти Холмс, — язвительно бросил он. Слишкомвзволнованный, чтобы сидеть, он рассеянно потер шею и прислонился к стойке. —Холмс был единственным ребенком сестры Труманти. И поскольку у него самого небыло детей, Уильям был последней веточкой на их скудном генеалогическом древе.Теперь начинаешь понимать?

— Пока нет.

— Еще бы, — с горечью вздохнул он, стискивая челюсти с такойсилой, что шрам на щеке вздулся бугром. — Ведь в «добрые старые времена» ты ещепеленки марала. Сейчас я постараюсь заполнить все пробелы, поскольку ужевыяснил некоторые важные вещи с другим отставным копом с прежнего участкаТруманти. Вот чего не содержалось в материалах дела: Уильям Холмс былхулиганом, мелким правонарушителем, которого обычно задерживали в компании сприятелем, Майклом Валенте. Когда это происходило, дядюшка нажимал на все кнопки,чтобы освободить племянника без составления протокола. Время от времени капитанТруманти, который тогда еще был лейтенантом, заодно спасал и задницу Валенте.

Сэм едва удержалась, чтобы не подскочить:

— Майкл Валенте и Холмс были друзьями?

— И притом лучшими. Мало того, с детства были неразлучны. Кнесчастью, Холмс и Анджело, старший двоюродный брат Валенте, невзлюбили другдруга. И в ту ночь Валенте поссорился со своим приятелем и убил его, потому чтотот только что распотрошил Анджело, как куренка. Валенте отправился искатьХолмса, а молодой Уильям уже ждал его, совершенно одуревший от наркотиков, всееще покрытый кровью Анджело и с полуавтоматическим пистолетом сорок пятогокалибра в руке. Дело в том, что оружие принадлежало не Валенте, а Холмсу иотпечатки Валенте были не на рукояти, а на дуле. Теперь тебе ясна картина?