Дракула, любовь моя - Сири Джеймс

Доктор Ван Хельсинг понятия не имел, что схватка, которую нам предстояло лицезреть, инсценирована специально для него. Однако в одном он был прав. Дракула действительно находился в том ящике. Мое сердце забилось сильнее, когда я взглянула на заходящее, но пока не скрывшееся за горизонтом солнце. Николае сказал, что должен полностью овладеть своими силами, не то его уловка не сработает, а ведь день еще не закончился!

У меня волосы встали дыбом от внезапного всепоглощающего чувства дежавю. Эта сцена сверхъестественным образом походила на сон, привидевшийся мне несколько недель назад, в котором разразилась ужасная битва и один из моих друзей погиб.

— Нет! — еле слышно воскликнула я, в страхе повернулась к профессору, обнаружила, что он снова окружил меня крошками гостии, и крикнула: — Это необходимо?

— Да. Что бы ни случилось, вампир не причинит вам вреда! — Доктор Ван Хельсинг забрал у меня бинокль, осмотрел пространство перед нами и тревожно добавил: — Где же наши друзья? Если они не поспешат, то все будет потеряно! Солнце садится быстро. На закате этот монстр сможет принять любой облик и уйти от погони. — Я вопреки всему надеялась, что именно это и произойдет, однако профессор вдруг громко вскрикнул и сообщил; — С юга скачут два всадника. Они срезают путь через лес и следуют прямо к телеге. Смотрите! Как по-вашему, кто это?

Он быстро вернул мне бинокль. На таком расстоянии невозможно было разглядеть лица верховых, но я сказала, что, по-моему, это доктор Сьюард и мистер Моррис. Волки завыли громче, и я задрожала. Поглядев в бинокль, я увидела серые точки — одиночные, по две, по три и больше, — которые стекались к центру событий.

— Волки! — в ужасе воскликнула я.

«Друзья», — мысленно ответил Дракула.

— Собираются на охоту, — мрачно откликнулся доктор Ван Хельсинг.

Я увидела еще двоих мужчин, которые мчались во весь опор с севера к цыганам и их громыхающей телеге. Первого я узнала. Это был мой муж.

«Боже праведный! — взмолилась я. — Только бы ни Джонатан и никто другой не пострадал».

«Не приплетай сюда Бога».

— Джонатан и лорд Годалминг приближаются с севера, — тихо сказала я.

Профессор радостно завопил и подобрал свой винчестер.

— Отлично. Скоро все сойдутся в одной точке. Приготовьте оружие, мадам Мина. Оно может вам понадобиться.

Я достала револьвер из кобуры. Мое сердце колотилось от страха, поскольку я знала, что это конец. Солнце опустилось совсем низко, но пока оно окончательно не исчезнет за горными вершинами, силы Дракулы значительно ослаблены. Если мужчины догонят и атакуют его до заката, то вполне могут убить его по-настоящему.

«Далеко они?» — спросил Дракула у меня в голове.

«Близко! Скачут очень быстро!» — тревожно ответила я.

Внезапно пошел снег, как будто в серых облаках над головой кто-то открыл кран. Тут же налетел сильный ветер и яростно взвихрил снег. Через несколько секунд пейзаж под нами затопило море белизны.

«Твоя работа?» — подумала я.

Словно с огромным усилием он ответил:

«Просто тяну время, пока солнце не сядет».

Странно было видеть, как снег густо валит рядом с нами и там, где должны находиться повозка и приближающиеся всадники, в то время как за нашими спинами солнце сияло так же ярко, как прежде, опускаясь к вершинам гор.

— Чертова метель! Как не вовремя! — закричал профессор. — Я почти ослеп!

Снег повалил еще сильнее. Ветер задувал яростными порывами, окружая нас снежным водоворотом. Несколько долгих минут я ничего не видела на расстоянии вытянутой руки.

Внезапно гулкий порыв ветра смел все снежинки до единой, и нашим взорам открылась кристально чистая картина. Телега в окружении цыган громыхала прямо под нами. Через несколько мгновений из леса вылетели всадники.

— Стоять! — хором крикнули Джонатан и мистер Моррис, с двух сторон приближаясь к телеге.

В их звучных голосах звенели страсть и властность. Пусть цыгане и не знали английского языка, но намерения мужчин были совершенно очевидны по их тону. Помощники Дракулы придержали лошадей, когда их зажали в тиски лорд Годалминг и Джонатан с одной стороны и доктор Сьюард и мистер Моррис с другой.

Мои глаза в панике метнулись к вершинам гор, поскольку вечер приближался — с каждой секундой солнце опускалось все ниже, — но еще не наступил.

Вожак цыган, великолепный мужчина, который слился с лошадью, словно кентавр, яростно крикнул что-то своим спутникам. Те хлестнули коней и ринулись вперед, но англичане одновременно вскинули винчестеры.

— Стоять, а то будем стрелять! — крикнул Джонатан.

— Прикройте тылы и не бойтесь стрелять в случае необходимости, — тихо скомандовал мне доктор Ван Хельсинг.

Когда он наставил винтовку на вожака, я, сгорая от беспокойства, прицелилась из револьвера в группу цыган, сгрудившихся позади телеги.

Те увидели, что окружены, натянули поводья и остановились. Все быстро достали оружие, будь то ножи или пистолеты, и приготовились к атаке.

Мгновение никто не решался вступить в схватку. Я ждала и наблюдала в мучительной неизвестности. Волки подошли ближе. Только я знала, что цыгане разыгрывают эту сцену. Лишь мне было известно, что Дракула разрешил им нападать лишь в случае угрозы для жизни. И все же я не могла не волноваться при виде груды оружия. Мне казалось, что все мужчины на дороге находятся в смертельной опасности. Внезапно вожак цыган шевельнул поводьями, вывел свою лошадь вперед и произнес что-то непонятное, указывая сперва на солнце, а затем на замок. В ответ его соратники сгрудились вокруг телеги, как бы защищая ее.

— Пора, Квинси! — нетерпеливо крикнул Джонатан. — Надо успеть до заката!

Пока доктор Сьюард и лорд Годалминг держали цыган под прицелом, Джонатан и мистер Моррис спешились с лошадей, достали ножи — кукри и Боуи[22]— и стали пробиваться к телеге сквозь кольцо помощников Дракулы.

Я наблюдала за происходящим, затаив дыхание. Меня терзал не только страх, но и дикое, нестерпимое желание действовать. Внезапно я поняла, что окружающий меня освященный барьер припорошен тонким слоем снега. Не обращая внимания на протесты профессора, я покинула лишенный силы круг, перебежала на более выгодное место ниже по склону и наставила револьвер на толпу, собравшуюся вокруг Джонатана, высматривая, не грозит ли ему опасность.

Почти все цыгане опустили пистолеты и ножи и разошлись, чтобы пропустить Джонатана и мистера Морриса. Мои друзья, конечно же, отнесли подобную уступчивость на счет своей поразительной горячности и целеустремленности, но я знала правду.