Звездолов - Патриция Поттер

«Пора», — возвестил стук в дверь ее комнаты.

Она медленно спустилась в большой зал. Маргарет шла рядом, а Элизабет — позади, придерживая длинный шлейф ее подвенечного платья. У подножия лестницы ее встречал отец, чтобы препроводить в часовню. Он церемонно подал ей руку, и Марсали показалось, будто в уголке глаза у него блеснула слеза.

Остановившись у открытых ворот часовни, Марсали посмотрела в проход и увидела Патрика, высокого, сильного и уверенного в себе, стоявшего у алтаря. Рядом с ним был отец; его угрюмое лицо чуть смягчилось в тот миг, когда он встретился глазами со своей невесткой. Вся часовня пестрела пледами разных кланов: тут были Ганны, Сазерленды, другие горские семьи, но, направляясь к алтарю, Марсали едва видела лица сидящих на скамьях людей, хотя все они улыбались, оборачиваясь к ней Она смотрела только на Патрика.

Он шагнул ей навстречу, взял за руку, и тепло его прикосновения пронизало все ее существо. Взгляды их встретились, слились, мир вокруг странным образом сжался до одной крошечной вселенной, в которой осталось место только для них двоих. Как сквозь туман до сознания Марсали доходили слова викария и ее собственные ответы. А голос Патрика почему-то оставался глубоким, чистым и таким бесконечно близким. Она впитывала в себя каждое его слово.

И вот все кончилось. Он наклонился к ней, их губы наконец-то встретились — не так надолго, как хотелось, ведь вокруг было столько людей, но и не мимоходом. Смех и одобрительные возгласы загремели, отражаясь от гулких каменных сводов часовни; Патрик поднял голову и снова взглянул Марсали в глаза. Она улыбнулась, думая о том, что расскажет ему ночью, и тут ей показалось, что эта мысль каким-то таинственным образом передалась ему. Потому что вдруг ей стало ясно: он знает. На миг, озаренное удивлением и радостью, это понимание вспыхнуло у него в глазах.

Он вопрошающе приподнял бровь, и ей оставалось лишь кивнуть. Тут же его рот расплылся в широчайшей улыбке, а глаза заискрились от восторга.

Да, день для свадьбы в самом деле выдался волшебный, а ночь…

Что же, ночь была еще впереди.