Бегом на шпильках - Анна Макстед

— Тридцать семь с половиной оборотов, — тихо говорит он. — Русские точно вдарили, что надо. Что бы мы делали без алкоголя — этой смазки для любой компании?

— Уверен, ты нашел бы другую смазку, — говорит Энди.

Мэтт обиженно надувает губы.

— Выпей-ка лучше стаканчик «Санг-Тхипа», милый. Заодно рот свой промоешь.

Не в состоянии больше сдерживаться, я начинаю безудержно хохотать. И вдруг чувствую, как мне становится тепло и легко: я словно плыву куда-то, и жуткие события прошедших выходных постепенно теряются в тумане. Я не сопротивляюсь, когда Мэтт наливает мне сладкого, успокаивающего «Палвина».

— На твоем месте я бы не стал курить и пить одновременно, — советует Робби. — Штука, похоже, огнеопасная. А я, наверное, попробую «Мецкаль». Хотя боюсь, что после того, как отведаешь твоей янтарной амброзии под названием «Санг-Тхип», все остальное покажется сплошным антиклимаксом.

— А я хочу поиграть в «Выскочку-Пирата», — восклицает Энди. — Давай-ка, Натали, поднимайся! И чур — я буду голубой саблей. Мэтт, ты меня научишь?

— Осторожней, Мэтт, — советует Робби. — Энди сейчас на взводе! Береги свою задницу!

Мэтт скрещивает ноги.

— Думаю, я не буду беречь свою задницу. Пусть это окажется приятным сюрпризом! — Он стискивает мое бедро. — Натали… а нам с тобой, похоже, придется бросать монетку!

И хоть я уже и напилась, как говорится, в хлам, я все-таки еще в состоянии узнать в этом комментарии большой, хрюкающий, машущий поросячьим хвостиком faux pas, и угрожающе сверкаю глазами на Мэтта. Тот широко улыбается мне, отвечая нараспев:

— Никто все равно ничего не слышал! Да и вообще, посмотри на них, им уже все по барабану!

А затем, повернувшись к Энди:

— Итак, дорогуша. Берешь свою сабельку в правую руку…

С колотящимся сердцем, я бросаю взгляд на Робби. Закрывая рукой выпирающие губы и тряся головой в безудержном веселье, он протягивает свой стакан Бел. Крис расселся на полу: вливает вишневый ликер «Хирингс» себе в глотку. Его пристальный взгляд зафиксирован где-то на среднем плане, и, похоже, он совершенно не замечает красную струйку, сочащуюся по его подбородку. Бел осциллирует между передачей Его Светлости салфетки и дегустацией «Санг-Тхипа». Мэтт прав: им уже все по барабану. Украдкой бросаю взгляд на Энди. Тот улыбается.

— Я буду зеленой сабелькой, — говорит он.

Когда, два часа спустя, раздается звонок в дверь, Крис без рубашки храпит прямо на полу, тихонько поскуливая во сне. То же самое можно сказать и о Падди. Белинда на кухне: распевая во все горло «Бриллианты навсегда», она пытается отскрести вишнево-ликеровые пятна от Крисовой дубленки «Миу-Миу» с помощью «Фэри» и губки «Брилло». Робби, Энди, Мэтт и я заканчиваем, наверное, уже сороковую партию «Выскочки-Пирата». Меня слегка подташнивает, и поэтому я передала Робби все свои полномочия. Какое-то время назад Мэтт решил, что проигравший должен снимать с себя по одному предмету одежды. Этим объясняется тот факт, почему Робби сидит в одних трусах. На Энди остались зеленые «боксеры», футболка и один носок. Мэтт щеголяет в искусственной меховой ушанке и черных джинсах. Я же очень своевременно приняла превентивные меры, еще час назад сбегав к шкафу и натянув на себя семь кардиганов. Сейчас я уже не очень хорошо помню, когда это Робби вдруг решил пересмотреть правила и начать играть на деньги. И еще решил, что именно он будет Банкометом. («Ага, Фуеплетом, на букву „Х“», — поправил Энди.) Полагаю, теперь понятно, почему я на двадцать фунтов беднее, чем полчаса назад.

— Кто-то пришел! Слава тебе, Господи! — вопит Энди, с трудом поднимаясь на ноги. — Не знаю, кого там черт принес, но моя задница благодарна им от всего сердца!

Мэтт смотрит на меня и молча смеется. «Ну, пожалуйста», — говорят мне его губы.

«Бесполезно, — отвечают ему мои. — Что тут поделаешь?»

— Я согласен с Энди, — говорит Робби, прыгая по ковру и пытаясь запихнуть обе ноги в одну штанину. — По-моему, у нас тут уже столько всего… А я, пахож-же, еще и наварил-ся на шейсят фунтиков.

— Роберт, — отзывается Мэтт, наблюдая за тем, как Робби падает лицом вниз. — Попробуй вставлять ноги по очереди. Может, тебе помочь?

— Нет уж, спсибо. Стой, где стоишь.

— Ну, почему, — говорит Мэтт, — почему все нормальные в половом отношении мужчины, — даже самые последние жлобы, — всегда уверены, что ты только о них и мечтаешь?

Я трясу головой.

— Тебе лучше знать!

— Я — замужняя женщина, — добавляет Мэтт. — И вот еще что, Роберт. Ты, конечно, прелесть, слов нет, но все же далеко не самый хорошенький мальчик в нашей песочнице.

Робби выглядит обиженным.

— То есть?! — Он тыкает пальцем в его мягкий, белый живот. — Ты хочешь скзать, што если б я был, если б я был гомиком, — а я не гомик, понятно? да? я — Парень, Мужик, Чувак! ты понял? — ты бы не захотел со мной трахнуться?

— Роберт, — отвечает Мэтт с серьезным видом. — Ты просто душка, но… — тут его голос понижается до шепота, — …ты не мой тип.

Когда в комнату входит Энди в сопровождении Тони и Мел, мы всем скопом валяемся на диване, хихикая, словно маленькие дети.

— О НЕТ! — кричит Мел, сердито топая маленькой ножкой. — Они тут вовсю без нас развлекаются!

— Мел, ангел мой, — говорит Мэтт. — Тебе просто нужно нас догнать — вот и все. Хлебни-ка для начала «Санг-Тхипа»!

Мел резво пересекает комнату, но, заметив Робби, застывает на месте. Тот второпях застегивает молнию. Я в очередной раз исполняю ритуал официального представления: правда, на сей раз несколько менее твердым языком.

— Так значит, — объявляет Мэтт, вставая, — это и есть тот самый Тони, о котором я столько слышал. Так-так.

Тони смотрит на Мэтта с подозрением.

— Что «так-так»?

— Так-так, Энтони… Что тут скажешь? Ты — точно такой, как я тебя и представлял. Большой Папа-Мишка!

Прежде, чем Тони успевает прожевать эту фразу, Мел вдруг вскрикивает:

— А он что здесь делает?

И тыкает обвиняющим пальчиком в сторону похрапывающего Криса.

— Да, — вторит ей Тони, хмуря брови. — Что он здесь делает? И почему это вы, ребята, все полуголые?

Мел, привыкшая к наготе, игнорирует его замечание.

— Мне очень нравится твоя квартира, Натали, — говорит она. — Можно я похожу, посмотрю?

— Конечно, — отвечаю я, а Мэтт громко кричит:

— Чего это он такой ворчливый, а, Натали? Может, Мишка кашки хочет? Как думаешь?

— Мэтт, — шепчу я, — тсс! Мел, Тони, что-нибудь выпьете?

Мел заправляет волосы за уши и мысленно суммирует присутствующих мужчин. Ее порхающий, словно бабочка, взгляд останавливается на Энди.