Строптивая красавица - Кэйтлин Битнер Рот

Малоуны тоже с нетерпением ждали обещанного развлечения. Первым взглянул на звездное небо в телескоп отец семейства, который вел себя как избалованный ребенок.

– Да вы только посмотрите на это! – восклицал он, завладев телескопом и никого к нему не подпуская. – Какое зрелище, какое зрелище! Я как будто парю в небе среди звезд! Никогда, никогда не видел ничего подобного.

Он засыпал Вулфа вопросами. К счастью, Вулф был в состоянии на них ответить. В конце концов, все убедились, что он знает о звездах больше, чем остальные. Пока Малоун разглядывал в телескоп вечернее небо, Вулф рассказывал окружившим его матросам и пассажирам истории о тайнах Вселенной.

Наконец мистер Малоун уступил место жене. Вулф предложил ей помощь.

– Если позволите, я настрою телескоп, – учтиво промолвил он, однако миссис Малоун решительно отказалась от его услуг.

– Капитан, будьте так добры, помогите мне, – обратилась она к Томпсону.

Покрутив ручки и настройки линз, Томпсон беспомощно пожал плечами и, повернувшись к Вулфу, поднял вверх руки.

– Сдаюсь! Прошу вас, Вулф, выручайте!

Миссис Малоун напряглась. Вулф приблизился к пожилой даме и мягко подтолкнул ее в спину к телескопу. Он надеялся, что когда очередь дойдет до дочери, его нежные прикосновения к ней не вызовут подозрений у бдительной мамаши. Действия Вулфа явно носили провокационный характер, но были так тонко завуалированы, что миссис Малоун не могла им противиться. Инструктируя пожилую даму о том, как нужно смотреть в телескоп, он едва не касался щекой ее порозовевшей щеки, перейдя на хриплый чувственный шепот. Дотрагиваясь до плеча или руки миссис Малоун, Вулф едва сдерживал ухмылку.

И вот наконец очередь дошла до Аланы.

Вулф отступил на шаг от телескопа.

– Может быть, у вас будут вопросы, миссис Малоун, прежде чем вы уступите место дочери? – спросил он.

Пожилая дама побледнела, это было хорошо видно даже в лунном свете, и, ничего не ответив, лишь нервно поправила шаль.

– Твоя очередь, Алана! – крикнул Малоун.

Вулф склонил голову набок и улыбнулся девушке. Рот миссис Малоун раскрылся, как у рыбы, выброшенной на сушу. Она не могла запретить дочери подойти к телескопу. Чем оправдать такой запрет? Тем, что Вулф стоит слишком близко? Что он говорит чувственным голосом? Что он дотрагивается до рук и плеч? Подобные упреки наверняка вызвали бы недоумение у Малоуна и Томпсона, и они решили бы, что миссис Малоун спятила. А капитан еще, пожалуй, обиделся бы на то, что гости не дают своей дочери смотреть в телескоп.

Вулф повернулся к Алане, отвесил легкий поклон и жестом попросил ее подойти.

– Прошу вас, мисс Малоун, сейчас вы увидите то, что так восхитило вашу матушку.

Вулф взглянул на миссис Малоун и едва сдержал смех, увидев ее расстроенную физиономию. Она сидела в кресле рядом с мужем, сложив руки на пышной груди, и буравила Вулфа колючим взором. Если бы взглядом можно было убить, Вулф уже давно был бы мертв.

Положив ладонь на спину Аланы, Вулф почувствовал жар ее тела. Подведя мисс Малоун к телескопу, он стал настраивать линзы одной рукой, другой же все это время незаметно поглаживал ее. Хриплый, бархатный, мужской голос ласкал слух Аланы, а дыхание обжигало щеку. Ей было трудно дышать.

– Проклятый наглец, – прошептал Вулф, регулируя объектив.

Алана наклонилась и посмотрела в объектив.

– Что вы хотите этим сказать? – тихо спросила она.

Ей удавалось сохранять спокойный ровный тон, несмотря на то что кровь гулко стучала в висках.

– Я озвучил мысли вашей матушки, – ответил Вулф.

Да, миссис Малоун наверняка честила его сейчас на все лады. Вулф хотел убрать руку со спины Аланы, но тут девушка неожиданно прижалась к нему боком.

Вулф обнял ее за талию, издав тихий смешок. Сердце Аланы бешено колотилось. Собрав всю волю в кулак, она сосредоточилась на звездах, но картинка расплывалась перед глазами.

– И вы считаете, что ее обвинения в ваш адрес несправедливы? – спросила Алана.

– Несправедливы? О, нет! Я их вполне заслужил! – возразил Вулф. – Ей не нравится, что я оказываю на вас дурное влияние. Поскольку она стояла на вашем месте и испытала то, что вы сейчас испытываете, ваша матушка знает, о чем говорит.

«Какой восхитительный вечер!» – подумал Вулф.

– И все же я не понимаю, – промолвила Алана, разглядывая звездное небо, – почему моя мать так сильно невзлюбила вас.

Горячее дыхание Вулфа снова коснулось ее щеки, и Алане захотелось припасть к его губам.

– Потому что в вашем женихе нет и намека на тот огонь, который она почувствовала во мне, и ваша матушка понимает, что это опасно.

Он еще теснее прижался к Алане. Если бы она сейчас повернула голову, их губы соприкоснулись бы. Алана едва стояла на ватных ногах, у нее подгибались колени.

– Почему вы так уверены в этом? – пролепетала она и почувствовала, как губы Вулфа коснулись ее щеки.

– В чем? В том, что ваша мать почувствовала во мне опасность? Не надо задавать провокационные вопросы, Алана Малоун. Не надо играть с огнем!