Сломанные каблуки, или Миссис Совершенство - Джейн Портер

— Договорились, любимый, удачного тебе дня. Целую.

— И тебе.

Я улыбнулась. Мне и впрямь очень повезло.

Праздничное чаепитие было в полном разгаре, когда я вошла в школьный спортзал. Лаура и Джоан, матери второклассниц, приветственно мне махнули. Я улыбнулась в ответ и двинулась в толпе, пока не нашла Пэтти — она стояла с Кейт и Моникой.

— Отличная блузка, Тэйлор, — вместо приветствия сказала Кейт.

— Спасибо, — ответила я и привычно поцеловала подруг.

Моника осмотрела меня с головы до ног.

— Ты купила ее на показе у Тори Берч, прошлой весной в «Нордстроме»?

Я кивнула.

— В тот день я, конечно, разорилась, но вещи были просто шикарные. Я не удержалась.

— И ты отлично выглядишь в этой блузке, — с легкой завистью сказала Моника. — Ты такая стройная, что можешь носить любую одежду.

— Кто бы говорил, — заметила Пэтти. — Ты такая худая, Моника, что вот-вот исчезнешь. Если еще немного похудеешь, то растворишься в воздухе.

Моника покачала головой, пытаясь скрыть довольную улыбку. Похвала худобе — один из самых приятных комплиментов.

— Кстати, — сказала она, по своему обыкновению меняя тему, — я слышала, что скоро нашей соседкой станет Марта Стюарт. Насколько я знаю, она покупает дом в Медине.

— И не один, а целых три, — поправила Пэтти. — Они собираются объединить их в огромный особняк вроде того, что выстроил Гейтс.

— Больше не разрешают строить такие громадные дома, — строго вмешалась Кейт. — После того как Гейтс построил особняк, в Медине вышло сразу несколько постановлений.

— Думаю, Стюарты обойдут эти постановления, потому что у них не громадный дом, а просто громадный участок. Марта захотела оставить побольше открытого пространства и разбить сад.

Я удивилась. До сих пор ничего не слышала о предполагаемом переезде Марты.

— Она приезжает с дочерью? Или с любовником?

— Дочь у нее взрослая, а ее нынешний дружок и так уже живет здесь. Чарлз Симони.

— Чарлз кто?

Моника преувеличенно вздохнула.

— Симони. Он родился в Венгрии и стал миллиардером, когда создал дизайн «Майкрософт Ворд» и «Эксель».

Пэтти коснулась моего плеча.

— Это он провел две недели в космосе, с русскими.

Кейт нахмурилась. Поскольку ее муж работает в компании «Майкрософт», она всегда узнает о подобных вещах раньше, чем все остальные.

— А я и не знала, что они с Мартой настолько близки.

— Они очень близки, — заявила Моника тоном всезнайки, — если вместе строят дом.

Кейт вскинула руку и сделала театральную паузу.

— Сомневаюсь. Думаю, Марта просто хочет перебраться в другой округ. После тех неприятностей на Восточном побережье она наверняка не прочь начать с чистого листа, сами понимаете.

Мы сочувственно кивнули, когда Пэтти вдруг подалась вперед и прошептала:

— Эй, посмотрите, среди нас чей-то папа.

— Где? — спросила Моника и покрутила головой.

— У двери. Шесть футов ростом, короткие темные волосы, отлично сложен. Либо врач, либо велосипедист.

Моника тут же уставилась на него. Никакого стыда.

— Господи, какой шикарный мужчина.

— Ты так думаешь? — спросила я. На мой вкус — слишком худой и жилистый, но Пэтти права: он действительно сильный и похож на бегуна или велосипедиста.

Моника буквально облизывалась.

— Да. Душка.

— Интересно, чем он занимается, — спросила я.

— Сейчас выясню. — Моника шагнула к нему, на ходу встряхивая волосами.

Пока она занимается чьим-то папой, мы с Кейт и Пэтти старались потеряться в толпе. Я не большой любитель таких праздников. Болтовня чертовски утомительна, но цель школьного чаепития — помочь освоиться новым семьям, чем я и занимаюсь. Общаюсь, жму руки, целуюсь и энергично здороваюсь. Мы с Пэтти действовали в разных концах зала и намеревались сойтись, описав полный круг. Наконец мне больше не с кем было здороваться, а Пэтти болтала с какой-то миниатюрной, худенькой брюнеткой в сером платье и черных сапогах.

Она помахала мне.

— Познакомься, это Амелия. Они переехали сюда совсем недавно. На следующий год дочь у нее пойдет в детский сад. Может быть, они с Тори окажутся в одной группе.

— Чудесно, — сказала я. — А откуда вы приехали?

— Не то чтобы издалека — мы жили в Плато. Но у нас уже не было сил терпеть этот шум. — Амелия слегка улыбнулась. — А вы? Из Вашингтона?

— Нет. Я из Калифорнии, хотя и живу здесь уже тринадцать лет.

На лице Амелии отразилось любопытство.

— А в каком университете вы учились?

— В университете Южной Каролины.

— Быть того не может. Я тоже.

— Вы были членом женского клуба? — спросила я.

— Да, целый год, а потом бросила. Мне не понравилось, сплошная фальшь… — Она запнулась. — Авы?

— Да.

— О…

Пэтти почувствовала возникшую неловкость и решила нарушить молчание.

— Амелия — актриса.

Я натянуто улыбнулась.

— В любом случае как вы здесь оказались?

— Моему мужу предложили работу, и мы решили, что пора выбираться из Лос-Анджелеса. В большом городе трудно воспитывать детей, трудно нормально жить, да и экология плохая.

Я кивнула, как будто согласилась, что всякая женщина сталкивается с подобными проблемами.

— А где работает ваш муж?

— У Макки.

Я навострила уши.

— Мой тоже.

— А как его зовут?

— Натан Янг.

Амелия наморщила лоб, задумалась и покачала головой:

— Никогда о нем не слышала.

— Он работает в холдинговой компании. — Я сделала паузу, а потом деликатно добавила: — Вице-президент.

Амелия нахмурилась еще сильнее.

— Мой тоже. Удивительно, что я никогда не слышала о мистере Янге. Спрошу у Кристофера.

Что-то в ее голосе вынудило меня занять оборону. Я улыбнулась еще шире и любезно кивнула:

— А я спрошу у Натана про Кристофера.

Развернувшись, я заметила Монику. Она шагала к нам как львица, которая только что загрызла жертву. Мы сошлись с ней в центре зала.

— Его зовут Леон, — бесстрастно произнесла она. — Его жена — нейрохирург, и детьми сейчас занимается он. Они переехали из Филадельфии, он марафонист, обожает мотоциклы, а недавно увлекся йогой. А самое главное, в этом году мы с ним вместе организуем День веселья.