Смуглая ведьма - Нора Робертс

— Мы уйдем все вместе. Вместе с тобой.

— Нет, Эймон, я останусь ждать здесь. А ты должен быть сильным и храбрым и защищать сестер, а они станут защищать тебя. Мне этой дороги не вынести.

— Я тебя вылечу! — воскликнула Брэнног.

— Это не в твоей власти. Это предопределено высшими силами. Но я не бросаю вас одних и беззащитных. Все, что я есть и чем наделена, — все это будет жить в вас. Однажды вы вернетесь, ведь здесь ваш дом, а дом — это начало начал. Ваша чистота — не моя заслуга, но силу вам дать я могу.

Станьте рядом, ибо вы — моя душа и мое сердце, моя плоть и кровь. Вы для меня все. А теперь я очерчу круг, и никакое зло в него не проникнет.

На полу огонь побежал по кругу, а стоило Сорке щелкнуть пальцами — вспыхнул и под котлом. Она еще раз взглянула на свои руки, вздохнула и шагнула вперед.

— Это кровь вашего отца. — Она раскрыла ладони над котлом, и кровь стекла в него. — А это мои слезы. И ваши тоже. Он спешил домой, чтобы нас защитить. Я сама его попросила. Это была ловушка, поставленная Кэвоном, он воспользовался моим страхом, моей слабостью. И забрал жизнь вашего отца, а теперь заберет и мою. Жизнь, но не душу и не силу!

Она стояла на коленях, обхватив руками рыдающих детей.

— Я бы каждое мгновение, что мне еще отпущено, утешала вас, но сейчас не время предаваться горю. Помните того, кто вас породил, кто любил вас, и знайте, что я отправляюсь к нему и буду оттуда оберегать вас.

— Не отсылай нас! — заплакала Тейган у матери на плече. — Я хочу остаться с тобой. Я хочу к папе!

— Ты возьмешь с собой тот свет, что есть во мне. Я всегда буду с тобой. — Теперь уже чистыми и белыми руками Сорка вытерла слезы с дочкиной щеки. — Ты мой свет, моя надежда. И ты, мой бесстрашный сын, — она поцеловала Эймону пальцы, — мое сердце. И ты, моя стойкая, проницательная девочка, — она обхватила ладонями личико Брэнног, — моя сила. Несите меня с собой. А сейчас мы вместе произнесем заклинание. Вставайте рядом! Повторяйте мои слова и действия.

Она вытянула вперед руки.

— Пусть кровь и слезы наши страхи смоют. — Она повела рукой над котлом, и варево стало перемешиваться. — Четыре горстки соли дверь закроют, теперь она надежно заперта. Травой врага мы накрепко повяжем, а ягод сок его же ослепит. Моих детей он больше не увидит, они же будут жить и процветать. Пропитанные ненавистью розы столь сладко пахнут, что приманкой служат. В огне, в дыму мы это все проварим, и задохнется злой Кэвон от дыма. По зову моему сюда прибудет, здесь и найдет бесславный свой конец. Да будет так!

Вспыхнул свет и осветил все, что было замкнуто в круг.

Она взывала к Гекате, Бригид, Морриган и Бейв Кэта[3], прося богинь о силе и могуществе. Воздух дрожал, потрескивал и будто раскалывался.

Дым окрасился в кроваво-красный цвет и заполнил комнату. Потом завертелся вихрем и втянулся назад в котел.

С горящим взором Сорка перелила зелье во флакон, запечатала его и сунула в карман.

— Мама! — прошептала Брэнног.

— Я ваша мать и останусь ею всегда. Не бойтесь меня и того, что я вам сейчас дам. Деточка моя. — Она взяла Тейган за руку. — Эта сила будет расти в тебе вместе с тобой. Ты всегда будешь доброй, что бы ни случилось. Ты всегда будешь на стороне тех, кто сам не в силах за себя постоять. Вот, возьми.

— Горячо! — сказала Тейган, ее ручонки в ладонях матери горели.

— Скоро остынет — пока не понадобится. Сынок! Ты станешь летать, станешь сражаться. Ты всегда будешь верным и честным. Держи!

— Я бы лучше взял тебя! И охранял бы.

— Охраняй сестренок. Брэнног, ты самая старшая, с тебя самый большой спрос. Твой дар уже силен, а сейчас я даю тебе еще больше. Больше, чем дала Тейган и Эймону, иначе нельзя. Тебе предстоит создавать и творить. Когда в твоем сердце поселится любовь, тебя ничто не остановит. На тебя всегда первую будут смотреть с надеждой, и тебе предстоит вечно нести это бремя. Прости меня и возьми вот это.

Брэнног ахнула.

— Жжет!

— Это только на мгновение. — Для Сорки это мгновение было наполнено тысячелетним страданием. — Открой. Возьми. Живи.

Она продержалась ровно столько, сколько понадобилось, после чего, когда дело было сделано, позволила себе опуститься на пол. Больше она не была Смуглой Ведьмой.

— Теперь вы — Смуглая Ведьма, все трое вместе. Это мой дар и мое проклятие. Каждый из вас наделен силой, а вместе вы сильней многократно. Однажды вы вернетесь. А сейчас идите, да побыстрее. Наступает день. Знайте, что мое сердце летит вместе с вами.

Но Тейган вцепилась в мать, а когда Эймон начал ее отрывать, принялась кричать и брыкаться.

— Неси ее на улицу и сажай на Аластара, — вполголоса произнесла Брэнног.

Но Эймон прежде опустился на колени перед матерью.

— Я отомщу за отца и за тебя, мама. Всю жизнь я буду защищать сестер. Клянусь!

— Горжусь своим сыном. Мы еще встретимся. Деточка моя, — обратилась она к Тейган. — Ты вернешься, обещаю!

Брэнног повернулась к сестренке, провела рукой над ее макушкой, и Тейган мгновенно уснула.

— Эймон, бери ее и все, что сможешь унести. Я возьму остальное.

— Я вам помогу, сил хватит, — вмешалась Сорка. К тому же она не собиралась впускать в дом Кэвона.

Навьючивая коня, Брэнног посмотрела матери в глаза.

— Я все поняла.

— Я знаю.

— Я не дам их в обиду. Если тебе не удастся уничтожить Кэвона, то это сделает твоя кровь. Даже если на это уйдет тысяча лет, твой род это довершит.

— Ночь на исходе, поторапливайтесь. Пока рассветет, Аластар вас уже далеко умчит. — У Сорки задрожали губы, она с трудом продолжала: — У нее нежное сердце, у нашей маленькой.

— Я буду всегда о ней заботиться. Обещаю, мама!

— Ну вот и все. Езжайте скорее, иначе все это будет напрасно!

Брэнног подтянулась и села за братом и околдованной сестренкой.

— Если я — твоя сила, мама, то ты — моя. И все, кто произойдет от нас, будут помнить о Сорке. Будут чтить Смуглую Ведьму.

На глаза у девочки навернулись слезы, но она повернулась вперед и пришпорила коня.

Сорка смотрела им вслед и, даже когда они скрылись в лесной чаще, продолжала следить за ними мысленным взором. Дети покидали ее. Ехали навстречу жизни.

На рассвете она достала из кармана флакон, выпила содержимое и стала ждать своего врага.