Невеста по контракту - Джулия Тиммон

— От кофе, пожалуй, не откажусь, спасибо.

— Проходи в гостиную. — Линда указывает на комнату, из которой сквозь раскрытую дверь льется розовато-оранжевый теплый свет и негромкая приятная музыка. — А я пока сварю вам кофе.

— Здравствуй-здравствуй! — Терри Бреннан, приветствуя меня, привстает с большого кожаного кресла и протягивает руку. Он не в костюме, в чем я привыкла его видеть в издательстве, а в темно-зеленом халате и таких же тапочках. Сама расслабленность. — Что-нибудь стряслось?

Сажусь на диван и почему-то робею. Впрочем, не о повышении же и не о зарплате я явилась с ним разговаривать. Вздыхаю.

— Нет, ничего особенного не случилось. Просто я бы хотела… — Сглатываю. — Понимаете, та книга, над которой я сейчас работаю… — Боже, я ведь совсем не собиралась упоминать про Браунинга! И не готовилась к этой беседе, но от волнения наружу рвутся не те слова и уже не остановиться. — Мне кажется, с этим автором надо обстоятельно и долго поговорить. Потому что…

Многословно, но на удивление складно излагаю, что меня не устраивает в романе Браунинга. А умолкая, краснею и тороплюсь добавить:

— Впрочем, я ведь не редактор и, может, ошибаюсь. — Хихикаю. — Иногда мне кажется, что я совсем не права и вообще не гожусь на эту роль…

Бреннан снимает очки и задумчиво потирает переносицу. До меня вдруг доходит, что я отравляю человеку отдых, и мне делается совсем неловко.

— Ой, простите… Я, наверное, не вовремя.

— Нет, почему же. Я готов разговаривать о делах хоть среди ночи. — Бреннан смеется. — А почему ты не обсудила этот вопрос с Дженнингсом?

— Гм… — Сцепляю пальцы в замок. — Мне кажется, у нас нет понимания… По-моему, он… — Нет, ябедничать на Дженнингса — это уже чересчур. Невпопад усмехаюсь. — То есть я хотела сказать…

Бреннан смотрит на меня своими умными глазами так, будто прекрасно понимает, и о чем я пришла его просить и чего недоговариваю.

— Видите ли… побеседовать с Дженнингсом я смогу только в понедельник, а в понедельник… — Умолкаю и с растерянной улыбкой вздыхаю.

— Неужели я настолько страшный и грозный? — с неожиданно озорным прищуром спрашивает Бреннан.

— Что, простите? — лепечу я.

— Мы знакомы сотню лет, а ты, хоть и все очень грамотно сейчас объяснила, почему-то дрожишь от страха.

Улыбаюсь и пожимаю плечами.

— Просто мне не хотелось бы, чтобы вы подумали, будто я…

Бреннан жестом останавливает меня.

— Ты работаешь у нас без малого пять лет, верно?

Киваю.

— И за все это время впервые пришла с разговором. Думаешь, я до сих пор не понял, что ты не из тех, кто, пользуясь знакомствами, стремится пролезть на местечко получше и урвать кусок пожирнее?

В гостиную входит Линда с серебряным подносом, на котором белеют фарфоровые чашки.

— Спасибо, женушка, — благодарит ее Бреннан, когда она опускает поднос на стеклянный столик.

— Пейте. Если понадобится что-нибудь покрепче, только намекните, — весело говорит она.

Все втроем смеемся.

Если я тайно в чем-то и завидую подруге, так это в том, что она воспитывалась в совершенно иной обстановке. Отношения ее родителей дружески теплые, причем независимо от того, видят ли их в эти минуты посторонние. У Бреннанов ничего не делается напоказ. Какие они при гостях, такие и в кругу семьи. Уж я-то знаю, ведь школьницей не раз оставалась у Сюзи ночевать, да и могу делать выводы из ее рассказов. Сама она выходить замуж пока не думает, но это не потому, что, как я теперь, чувствует себя непригодной для семейной жизни, а потому, что еще не надышалась свободой, главное же — потому что в ее жизни пока нет человека, с которым не боязно связать судьбу.

Линда, мягко покачивая округлыми бедрами, уходит из комнаты. За ней тянется незримый шлейф материнского тепла и супружеской любви. Я чувствую себя ощутимо свободнее. Минуту-другую пьем с Бреннаном кофе и молчим.

— Кстати, — внезапно говорит он, отставляя чашку, — тебе не кажется, что ты засиделась в помощницах?

У меня перехватывает дыхание. Приоткрываю рот, чтобы ответить «кажется», но понимаю, что это прозвучит нескромно, и молчу.

— Надо бы серьезно поразмыслить над этим вопросом, — добавляет Бреннан.

— Только не подумайте, что я за этим к вам пришла, — торопливо говорю я.

— Я и не думаю, — спокойно отвечает Бреннан. — Не знаю, что привело тебя ко мне, но догадываюсь, что это какой-нибудь пустяк.

Качаю головой.

— Не совсем. Дело в том, что мне надо срочно уехать. Завтра же. А мистер Дженнингс… сомневаюсь, что он бы меня отпустил. И потом я два дня его не увижу. — Умолкаю и в страхе замираю, подумав вдруг о том, что перегнула палку и Бреннану это не придется по вкусу.

Он с невозмутимым видом складывает руки на чуть выступающем животе.

— Хочешь взять досрочный отпуск?

— Хотя бы недельку, — тараторю я. — У меня… некоторые неприятности. Личного характера, и было бы очень кстати куда-нибудь съездить, а сейчас как раз…

— Не объясняй, — говорит Бреннан. — Это и есть твоя просьба?

— Ну да.

Он смеется.

— А я уж было подумал, что тебя кто-нибудь оскорбил или еще что-нибудь в этом роде.

Кручу головой.

— Нет-нет. Никто меня не оскорблял.

— Замечательно. Уезжай хоть на полмесяца, а когда вернешься, в первый же день зайди ко мне, — распоряжается он начальственно-благосклонным голосом.

— Да, конечно. Огромное спасибо, — взволнованно благодарю его я.

Бреннан нахмуривает брови.

— Говоришь, у тебя неприятности? Сюзанна ничего о них не упоминала.

Вытягиваю вперед руку.

— Ее я пока ни во что не посвящала. Понимаете…

— Не объясняй, — повторяет Бреннан. — Думаю, со Сюзи вы в любом случае поймете друг друга.

— Разумеется. Ближе нее у меня, наверное, нет никого.

Бреннан задумчиво поводит бровью и кивает.

— Надеюсь, твои неприятности скоро закончатся.

— Спасибо. Я тоже надеюсь.

Уже у двери Бреннан вновь меня окликает. Приостанавливаюсь на пороге и поворачиваю голову.

— Если хочешь поговорить с людьми более взрослыми, я и Линда всегда готовы тебя выслушать, — говорит он.

В моем сердце загорается ласковый огонек. Несмотря ни на что, я счастливая: не у всех есть такие друзья и не всем в тяжелую минуту рады помочь.

— Огромное спасибо.