Обольстительная самозванка - Джулия Лэндон

Она безмятежно улыбнулась, хорошенькая как картинка, совершенно невозмутимая. Локон волос лежал у нее на щеке, иссиня-черный на кремовой коже.

— Для нас большая часть, что человек с вашим талантом в разведении лошадей заинтересовался нашим поголовьем, — чопорно сказал мистер Фиш.

— Чьим поголовьем? — спросил Деклан.

Брови мистера Фиша сдвинулись в еще большем замешательстве.

— Лошадей леди Эшвуд, разумеется.

— А она разве намерена присоединиться к нам? — полюбопытствовал Деклан, не сводя глаз с девушки.

Мистер Фиш растерянно заморгал. Кейра рассмеялась и чуть нервным взмахом руки убрала со лба заблудший локон.

— Лорд Доннелли демонстрирует свой тонкий ирландский юмор, мистер Фиш. Будьте так добры, оставьте нас на минутку.

Тот испуганно взглянул на Кейру. Она слегка улыбнулась и подняла свой стакан с виски.

— Пожалуйста!

— Конечно, мадам. — Но он выглядел совершенно сбитым с толку, когда выходил из салона.

Когда дверь за ним закрылась, Кейра залпом выпила свое виски, затем, выдохнув, объявила:

— Это совсем не то, что ты думаешь.

— А что же? Мне кажется, что ты выдаешь себя за английскую графиню, если только не вступила в весьма выгодный брак, — усмехнулся Деклан.

— Все дело в этом Эшвуде. Лили унаследовала его, — сказала Кейра. — Целиком и полностью. Не дразни меня, ты же знаешь, что это правда.

Деклан, конечно, слышал, что владения старого графа Эшвуда перешли к единственной имеющейся наследнице, но ему и в голову не приходило, что это может быть Лили Боудин. Он не знал, что та имеет какое-то отношение к имению.

— Откуда, скажи на милость, мне это знать? — удивленно бросил он.

— Нет, ну в самом деле, — рассерженно отозвалась Кейра. — Лили же приехала из Эшвуда. Все это знают.

— Кроме меня. У меня не было причин углубляться в семейную историю Лили Боудин! Но что я нахожу удивительным в этой светской беседе — ты ведь ни словом не упомянула о том, что выдаешь себя за свою кузину.

— Это не так! — вскричала Кейра, бросив нервный взгляд на дверь. — Ты ошибаешься!

— Где же Лили? — недоверчиво спросил Деклан.

Девушка вздохнула:

— В Италии.

— Ты хочешь сказать, что твоя кузина находится там, а ты притворяешься ею?

— Ты ничего не понимаешь, — огрызнулась она. — Когда я ехала сюда, у меня не было ни малейшего намерения присваивать титул, само собой разумеется, — заявила Кейра. — Лили попросила меня приехать и присмотреть за делами имения вместо нее, так как она теперь стала графиней. Да, да, я вижу твое удивление, и верь мне, когда я говорю, что эго был сюрприз для всех нас, но это истинная правда. Пока Лили находится в Италии с миссис Канаван, я приехала сюда вместо нее. Представь же мое изумление, когда я прибыла и они все приняли меня за нее, ибо наше с ней сходство гораздо больше, чем я сознавала.

Деклан скептически вскинул бровь.

— Я приехала сюда, чтобы позаботиться о неотложных делах до возвращения Лили из Италии. Но, Деклан, я и вообразить не могла, что найду все в таком беспорядке! Старый граф умер и оставил Эшвуд совсем разоренным.

— И все-таки: как тебе пришло в голову выдавать себя за Лили? — поразился Деклан.

— Сначала такого намерения, разумеется, у меня не было, — сердито заявила девушка. — Но документ должен был подписать законный владелец собственности — графиня; документ, который запрещает продажу или изменение договора аренды этой земли. У меня просто не было выбора.

Он и раньше знал, что Кейра смелая и дерзкая, но это просто ни в какие ворота не лезет.

— Разве ты не понимаешь: то, что ты сделала, незаконно!

— Не совсем, — возразила она. — Когда Лили приедет в Эшвуд, она все уладит. В конце концов, она сама просила меня позаботиться о делах имения. В доказательство у меня есть письмо.

— Все так просто, по-твоему? Люди не любят, когда их дурачат, что бы Лили тебя ни просила сделать, какая бы бумажка у тебя ни была, — сурово отчитал он ее, жестом попросив вновь наполнить его стакан. — Это так похоже на тебя, Кейра, — гневно продолжал Деклан. — Ты сначала действуешь, а потом думаешь, не заботясь о том, что можешь этим кому-то навредить.

Зеленые глаза девушки удивленно расширились. Ах, эти глаза! Проклятие мужчины — вот что они такое. Они жили в его памяти много дольше, чем ему бы хотелось:

Кейра взяла графин с виски и налила ему янтарный напиток.

— Ты меня не слушаешь, — пожаловалась она. — Тут дел невпроворот, и я весьма прилежно делаю их за Лили. Более того, я обнаружила нечто настолько ошеломляющее, что даже такой нелюбопытный человек, как ты, захотел бы докопаться до правды, которая за этим скрывается.

— Вовсе нет, уверяю тебя, — остудил он пыл девушки, наблюдая поверх края стакана, как блестят ее глаза. — А почтенный мистер Брайан Ханниган знает, что его дочь выдает себя за английскую графиню? И где твоя дуэнья? Уверен, он не позволил бы тебе разъезжать по Англии в одиночестве.

— Это не твоя забота.

— Значит, твой отец не в курсе. — заключил Деклан.

— Зачем, ради всего святого, я позвала тебя сюда? — пожаловалась Кейра и хотела отвернуться от него, но он схватил ее за руку, которая держала графин.

— А как насчет мистера Лоумена Мэлони? Он осведомлен, что объект его великой любви и счастливого будущего совершает вопиющий, непростительный обман?

Лицо Кейры весьма привлекательно порозовело.

— Мистер Мэлони очень занят своими делами, — чопорно отозвалась она.

— То есть, я так понимаю, он тоже считает, что ты сейчас в Италии.

Кейра неопределенно дернула плечиком.

Деклан покачал головой.

— Глупая девчонка, — сказал он, окидывая взглядом ее лицо. — Я дам тебе двадцать фунтов за твою кобылу.

Она нахмурила брови:

— Мистер Фиш сказал, ты оценил ее в двадцать пять.

— Он прав, — согласился Деклан, не сводя с нее глаз. — Но это было до того, как я узнал, что ты затеяла. Двадцать фунтов, и ни пенни больше.

Девушка изящно склонила головку, прекрасно зная, что ею восхищаются.

— Не будь смешным.

— Пятнадцать, — сказал он и свободной рукой дотронулся до локона у нее на щеке.

Кейра послала ему лукавую улыбку.

— Это просто счастье, что я так вовремя приехала, Деклан. Кто занимался делами Лили, спрашиваю я тебя? До моего появления — никто.

Он переместил руку к ней на шею.

— Как, должно быть, тебя радует мысль, что и Мэлони, и отец считают, что ты в Италии, и некому как следует присматривать за тобой, а? — Он улыбнулся. — Супружеские радости без супружества.