Новые приключения Пышки на сайте знакомств. Отвязные домохозяйки - Оксана Новак

– Вы правы, Анна Викторовна, – смиренно согласилась я. – Что нового в Москве? Ваша-то карьера благополучно складывается? Вы уже получили звание «Домохозяйка года»?

Нет, реально, я редко хамлю людям, еще реже женщинам и почти никогда женщинам старше меня. Но тут я просто задохнулась от возмущения. Что за черт, ведь эта дама, увешанная бриллиантами, как черный рэпер понтами, знает меня с детства! В школьные годы она была мне почти второй матерью, она читала нам с Сашкой на ночь интересные книги и пекла тортики. Почему она сидит тут передо мной, как королева английская, и вместо того чтобы воскликнуть: «О, Ксюха! Сколько лет, сколько зим! Как поживаешь?» – разыгрывает дешевый спектакль из жизни снобов?

Если бы я хотя бы не знала всю ее подноготную, может, я и засунула себе в зад свой язык и внимала бы, затаив дыхание, этому высокопарному бреду, но Сашкина маман в своей жизни сделала только одно большое дело: залетела от Сашкиного отца на студенческой пьянке, после чего ему пришлось на ней жениться. С тех пор она гордо несла звание жены замдиректора, а ныне замминистра, образцово выполняя функции домохозяйки и умело закрывая глаза на многочисленные любовные похождения мужа.

Не найдя во мне благоговейного слушателя, маман поджала тонкие губы и переключилась на Сашку.

– Ты знаешь, Сашенька, мы все же наняли того модного итальянского дизайнера для нашей новой квартиры, – продолжала выкобениваться Градова-старшая. – И он посоветовал нам сделать гостиную в цвете индиго. Мы сделали. – Тут она театрально взмахнула наманикюренными ручками и возвела очи к потолку. – Ты знаешь, цвет индиго не хорош в нашей гостиной!

Я поняла, что вечер будет томным, и налегла на текилу. Дамы из высшего общества обменивались впечатлениями об отпуске, Сашка жаловалась, что уже месяц не может решить, куда поехать.

– Муж сказал мне: «Александра, выбери, куда мы поедем с тобой на седьмую годовщину свадьбы». Я перебрала массу вариантов, но так ничего и не решила: в Париже скучно, в Италии мы были несколько раз, в Монако он засядет в казино, а мне только и останется, что ползать по магазинам!

– Вези его на острова! – предложила Камилла.

– Ах, просто не знаю! – Из Сашкиной груди вырвался натужный стон. – Доминикана – эти ужасные волны и плохая кухня, Бали – нищета и грязь, Таиланд – надоело!.. Может, Гавайи?

– Оксана, а ты где отдыхаешь? – ехидно спросила меня маман. – Наверное, на Фиджи?

– Гораздо лучше! Этим летом я два раза ездила с друзьями на дачу! – ответила я, пожевывая сырокопченую колбасу. – Было весело: на десять человек шестьдесят литров «Балтики»!

Сашка приподняла брови и удивленно спросила:

– Ты что, не ездишь отдыхать за границу?

– Нет, – пожала я плечами. – Пока у меня нет на это денег. Но мы с подругами мечтаем когда-нибудь взять напрокат машину и прокатиться по Европе.

– Но ведь это не так дорого, – заметила Камилла. – Двух тысяч долларов вполне хватит.

– Да, двух хватит, – согласилась я. – Как только выплачу кредит за мебель, стану копить на отпуск.

– А где ты работаешь? – поинтересовалась подруга.

– Раньше работала в магазине мужской одежды. Потом ушла в фирму, торгующую игрушками, но она обанкротилась. Сейчас работаю администратором зала в супермаркете за двадцать тысяч в месяц, десять из которых уходят на кредиты и счета. Так что Монако мне пока может только сниться.

– Неужели нельзя найти более высокооплачиваемую работу? – подняла тонко выщипанные бровки маман.

– Можно, – кивнула я. – Можно пойти, например, торговать наркотиками или в публичный дом, бандершей поработать. А что? И зарплата хорошая, и жизненный опыт!

Маман поперхнулась сухим вином, а Сашка с Камиллой впервые посмотрели на меня с интересом, как бомжи на лебедя.

– Ты шутишь? – осторожно спросила подруга.

– Ну почему? – весело ответила я. – Заработаю кучу денег, съезжу на Фиджи, и у нас появится общая тема для разговоров.

За столом все так же обсуждали новый цвет мамашкиной гостиной, шмотки, модные курорты, и мне стало скучно. Пропасть между мной и подругой детства была столь велика, что пытаться наводить мосты не имело смысла. Рассказывать этой холеной даме о моей жизни в двенадцатиметровой комнате старой коммуналки, об одиночестве, о разбитых надеждах? Боюсь, она давно уже не в состоянии понять никаких других проблем, кроме неудачной подтяжки. Я вышла из Сашкиного дома в отвратительном настроении. Так чувствуешь себя после встречи с бывшим одноклассником, в которого была влюблена десять лет назад: ты удивленно всматриваешься в это лицо, вспоминая пухлые губы и небесно-голубые глаза, от любви к которым рыдала ночи напролет под песни ранней Булановой, но видишь лишь незнакомого полноватого гражданина с редкими волосами, начесанными на лысину.

– Прощай, молодость! – прошептала я, помахав рукой Сашкиным окнам.