Наследница для Чудовища - Мила Дали

В полумраке от испорченной погоды и обтянутых черной пленкой окон я нахожу выключатель. Жму на него пальцем и помещение наполняется холодным искусственным светом. Я вижу кирпичные стены ничем не отделанные. Тут, наверное, собирались делать ремонт да так и не закончили.

Окидываю взглядом просторную комнату первого этажа почти без перегородок. Я вижу темный дорогой камин и вспоминаю бедного архитектора. Здесь очень мало мебели и она вся служит по назначению. Нет ни одной статуэтки для декора или картины, даже занавесок на окошках нет.

Трусливо двигаюсь по пыльной шлифованной плитке и замечаю протоптанную дорожку. Несложно догадаться об основном маршруте по следам Чудовища. Он преимущественно мигрирует от дивана к холодильнику, в остальные места будто не заглядывает.

Я поднимаю глаза на высокий потолок и не наблюдаю люстры. Только лампочки. Неуютная, холостяцкая берлога. Что ни на есть.

Я нарушаю траекторию Замута и плетусь к лестнице из мореного дуба. Поднимаюсь на второй этаж, нахожу такую же просторную комнату и несколько дверей. Первые две заперты, с любопытством толкаю третью.

Я оказываюсь в спальне, вижу расправленную кровать, широченную плазму на стене и шкаф. Принюхиваюсь, слыша аромат, отличающийся от общего запаха недостроя. Включаю свет, чтобы рассмотреть получше. Первое что бросается в глаза — постельное белье ярко-красное. Потом коллекция оружия у изголовья кровати и антикварная чаша, висящая в углу с маслом розмарина.

С наслаждением вдыхаю и снова перевожу взгляд на сабли, кинжалы. Когда-то отец учил меня с размаха запускать клинки в цель и десять лет назад у меня неплохо получалось. Не допусти господь, чтобы мне пришлось вспоминать эту практику.

Я обнимаю себя руками и опускаю глаза на ноги. Грязные от хождения босяком. Надо бы сполоснуть. В поисках полотенца я останавливаюсь у шкафа, распахиваю створки и оттуда на меня вываливается целая гора одежды.

— Зашибись…

Копошусь в ворохе, но среди рубашек, футболок и джинс не нахожу полотенца. Тихонько ругаюсь, складывая одежду по-человечески обратно. Спасибо, что свежая, в отличие от моего платья.

С руками в боках топаю вниз в поисках ванной. В кухонной зоне Чудовища я видела стиральную машинку с наворотами. С функцией сушки и глажки. До сих пор не понимаю для чего она мужчине? Ведь судя по тому, как Замут хранит свои вещи ему, вообще, можно не заморачиваться, а полоскать шмотки в реке.

— Ну… барин…

В ванной комнате Чудовища я вижу большое джакузи, вместо душевой кабины. Вижу два висящих полотенца. На полке опасное лезвие, мыло и флакон. Беру синий бутыль в руки.

— Шампунь/гель для тела/для бритья/для лица… Конечно, лучше не трудиться, не покупать средства по отдельности. Значит, и для моих пяток подойдет.

Снимаю трусы и Чудовище никогда не узнает, что я стирала их его гелем прямо в раковине. Аккуратненько умещаю белье на плиточный выступ рядом. Подбираю края платья и лезу в джакузи. Растерянно смотрю на множество кнопок и рычажков. Тычу в крайний и из смесителя начинает течь холодная вода.

Суетливо выдавливаю в ладошки геля и намыливаю ноги. Я, конечно, с Севера, но далеко не закаленная. Нужно сменить температуру, и интуиция на этот раз меня предательски подводит. Адово бурление где-то за спиной заставляет вскрикнуть, а после в мой зад с силой бьет ледяная струя. Поскальзываюсь еле успеваю задержаться.

Нагибаюсь, подставляя пятую точку под обстрел, укручиваю мощность и позволяю себе пару матерных словечек. Хватаюсь за борта джакузи, неграциозно возвращаюсь на пол, трясусь от холода.

Внезапно раздается треск, и я вижу, как мигает потолочный свет, а потом вовсе тухнет. Меня тут же охватывает паника и становится на мгновенье жарко, вопреки незапланированному купанию практически полностью. На ощупь крадусь вон, толкаю дверцу, прислушиваюсь.

За пределами ванной я различаю громкие завывания ветра и как ливень нещадно бьет по стеклам. Кратковременные вспышки молнии дают возможность на ориентир.

Мне хочется спрятаться, забиться в самый темный угол, когда сквозь шум бури я слышу скрежет в замочной скважине.

Дверь распахивается и порывы со свистом заполняют комнату первого этажа, а на пороге появляется он. Промокший насквозь Замут.

— Почему так темно?

— Эм, я не знаю. Электричество само погасло.

— Генератор опять сдох, — он захлопывает дверцу и кидает ключи от машины на полку, — после грозы посмотрю.

Чудовище говорит спокойно. Будто я его супруга и мы вместе уже лет десять. В мокром платье я топчусь у лестницы, а Замут величественно марширует дальше не разуваясь. На ходу стягивает футболку и швыряет ее на диван. Он по привычке двигается на кухню.

Я выглядываю из-за перил и оцениваю его обнаженную спину. Натренированная, большая. Взглядом скатываюсь на поясницу, и очередная вспышка дает возможность разглядеть шрам. Длинный. Сантиметров в двадцать. Чудовище достает из холодильника бутылку с чем-то, открывает соседний шкаф и тянется за бокалом.