Совсем другая история - Валерия Иванова

— Пока дети играют, взрослые тоже немного повеселятся, — произнесла, когда мы дошли до спальни, и потянулась за поцелуем.

Питер мягко засмеялся и тут же заключил меня в свои объятия. Мы повалились на кровать, быстро стягивая с себя вещи. Внутри все больше и больше нарастала потребность в близости. Меня начало потряхивать от желания. Локхарт пытался стянуть с меня платье, но никак не мог справиться с замком.

— Оставь его, — срывающимся голосом ответила, приподняв бедра, стянула трусики. — Просто иди ко мне.

Питер тут же накрыл меня своим телом. Начал гладить по талии и дальше по бедрам. Я уже изнывала. По нему, по его прикосновениям. Мы так давно не были вместе. Опустила руки к пряжке его ремня и ловким движением расстегнула. Прикусила губу, чтобы громко не стонать. Пит провел языком по моим губам, и я сразу же приоткрыла их. Взялась за пуговицу его брюк…

— Пап! Иди сюда скорее! — послышался крик из коридора.

От неожиданности я подпрыгнула на кровати, и Питер прикусил мне язык. Я зашипела от боли.

— Боже, Стелла, детка, ты в порядке? — обеспокоенно спросил жених.

— Па-а-а-а-а-п!!!!!!!!

— Сейчас иду, Билли, минуту! — закричал Питер в ответ.

Язык болел так сильно, что на глаза набежали слезы. Я спихнула Локхарта с себя. Все игривое настроение тут же испарилось, как воздух из лопнувшего воздушного шарика.

Питер откинулся на подушки и прикрыл глаза рукой. Его грудная клетка лихорадочно вздымалась.

— Папа, ты где?!

— Ради всего святого, выйди ты к Вильяму! — зло проговорила и зашла в ванную, не забыв напоследок громко хлопнуть дверью.

***

Девять дней до свадьбы…

Идея со сглазом с каждым днем мне кажется все более и более реальной. Я беспомощно смотрела на Питера со стетоскопом в руках, наблюдала за каждым его действием. Перед ним болезненной кучей лежала Сид. Сестра была какого-то сероватого цвета. У нее начался новый приступ кашля.

— Она вся горит. Нужно дать жаропонижающее. Стелла, завари чай с лимоном, будь добра, — обратился жених ко мне.

Я на автомате пошла делать то, что мне велели. Вернулась обратно в комнату сестры и поставила на столик кружку.

— Она же поправится? Может, отвезем ее в больницу, и ей что-нибудь уколют? — спросила я Питера, пока тот рылся в аптечке.

— Нет, это простуда. Здесь нужны антибиотики и покой. В больнице сделают все то же самое.

— Тогда дашь нам лекарства с собой? Напиши все на рецепте, — тут же предложила.

Питер посмотрел на меня и нервно почесал бровь.

— Думаю, что Сидни не сможет полететь, дорогая, — сказал жених, и я в неверии посмотрела на него.

О чем, черт возьми, он говорит?

— Конечно, сможет, да Сид? — обратилась я к сестре, вместо ответа она снова закашлялась.

Этого просто не может быть. Не могу поверить, что она заболела! Я просто не могу поверить, что все это происходит со мной! Ну почему? Что же я такого сделала? Я же хороший человек! Плачу налоги, хожу в церковь и всегда даю доллар бездомным.

Внутри все заходилось от обиды. Такое чувство, что я сплошной комок нервов, тронь меня, и я взорвусь. Палитра эмоций сменяла одну на другую просто за наносекунду.

— Тогда собирайся в больницу, — взяв себя в руки, тут же гневно сказала я, — нечего здесь свои бациллы распространять!

Открыла шкаф в поисках сумки, чтобы упаковать вещи сестры.

— У меня… — кашель, — нет… — еще больше кашля, — страховки, — наконец-то сказала сестра.

Я повернулась к ней и выгнула бровь.

— И это должно меня волновать?

— Стелла, хватит. Пусть остается здесь. Да что с тобой не так? — повысил голос Питер, встал на сторону сестры.

Я медленно перевела на него взгляд.

— Детка, — тут же начал он, — она же болеет, а я и дома смогу за ней ухаживать. Бесплатно. У нее нет страховки…

Я просто вышла из комнаты. Из глаз катились слезы обиды, даже не пыталась их стереть. Зашла в комнату и начала собирать чемодан. До вылета оставалось больше десяти часов, лучше я проведу их в аэропорту, чем в этом доме.

Дверь в комнату открылась и я знала, что на пороге стоял Питер.

— Ты слишком строга к ней, Стелла. Она просто заболела, здесь нет ничьей вины.

Продолжила молча собирать вещи. Без разбора, все, что первое попадалось под руку.

— Я понимаю, что у вас напряженные отношения, но постарайся быть помягче. Да и с Билли… Вся эта ситуация с Фрэнком огорчает его.

С остервенением закрыла чемодан. Сбросив с себя пижаму, натянула легкое платье, вызвала такси через приложение. Затем взяла со столика расческу и резинку, начала собирать волосы в высокий хвост.

— Стелла, остановись, давай поговорим.

Видела в зеркале, как Питер встал у меня за спиной. Мы встретились взглядом в отражении.

— О чем говорить, Питер? О том, что все хорошие, а я плохая? Знаешь, мне надоело жить среди ангелочков, я давлюсь вашими перьями и у меня на них аллергия.

Закончив с прической я повернулась с жениху лицом.

— И мои отношения с сестрой — не твое дело. Обсуждать ничего не собираюсь, только зря потрачу время, ведь Сидни же бедная-несчастная, а Стелла просто стерва. А Билли скажи, чтобы приводил Фрэнка обратно, мне все равно. Все свои трусики я забрала с собой.

Прошла мимо мужчины и схватилась за ручку чемодана, потащила к выходу.

— Ты что собираешься сейчас поехать в аэропорт? Стой!

Я молча пыхтела, стаскивая огромный чемодан по ступеням. Проверила в сумке документы и карты, все на месте. Телефон пиликнул, посмотрела на экран, такси подъехало.

Питер шел за мной по пятам. Надоело, все надоело. Мне нужен перерыв. Может, оно и к лучшему, что я лечу одна. Вернусь отдохнувшая и с новыми силами.

— Ты не можешь уехать сейчас. Не глупи, детка, я был не прав, давай поговорим, ты успокоишься…

Взялась за дверную ручку и повернулась к жениху.

— Я спокойна, Питер. Просто я думала, что отношения в первую очередь — это поддержка. Но раз я всегда и во всем виновата… Значит, я ошибалась, — пожала плечами.

Вытолкала чемодан на улицу, таксист тут же вышел из машины, чтобы помочь мне с багажом.

— Подожди, — Пит схватил меня за руку. — Ты не можешь уехать вот так.

На его лице были написаны все эмоции. Я улыбнулась ему и подняла руку, погладила по щеке и нежно прикоснулась к шраму над верхней губой.

— Завтра в двенадцать придет Мия, выбери столовые приборы для торжества.

С этими словами я отвернулась и, не оглядываясь, села в такси.