Мой любимый друг - Алла Касперович

До вечера ещё было далеко, а занять себя чем-то нужно. Алина с превеликой радостью погрузилась бы в волшебный мир литературы, но Пашка пристрастия подруги не разделял. Конечно, можно пойти домой и поиграть в любимую игрушку, однако Алевтина Анатольевна устроила генеральную уборку, а попадать под горячую руку домохозяйки себе дороже.

– Алинка! – Пашка растянулся на кровати подруги и уставился в потолок.

– Что? – Девушка отошла от окна, в которое только что смотрела, и уселась за письменный стол. Книги, лежавшие на нём аккуратной стопкой, так и манили к себе.

– Пойдём погуляем!

– Не хочу.

– Ну, пойдём!

– Не хочу!

– Ну, пойдё-о-о-м!

– Отцепись!

Алина взяла верхнюю книгу и открыла её на первой попавшейся странице. Слова пусть и не расплывались перед глазами, но их смысл почти не доходил до девушки. И во многом благодаря непрекращающемуся нытью, доносящемуся с её же кровати.

– Прекрати выть, пожалуйста, – попросила Алина и захлопнула так и не пригодившуюся «Историю Древнего Египта». – Иди переоденься.

– Не хочу домой!

– А я разве говорила что-то про твой дом? – усмехнулась девушка. – Тут кое-что твоё ещё с начала лета валяется.

Парень уселся на кровати по-турецки.

– Алинка, ты крута!

– Я знаю.

Ровно через десять минут Пашка счастливо вышагивал по улице возле обречённо вздыхающей подруги. Она как знала, что выходить сейчас из квартиры – не самая удачная для неё идея. А всё потому, что во дворе все друг друга знали и, конечно же, каждый торопился приободрить «бедняжку» Алиночку. А вот сама «страдалица» предпочла бы, чтобы её вообще оставили в покое. У неё появилось стойкое ощущение, что именно сегодня все разом взяли выходной, чтобы посочувствовать оскорблённой соседке.

А когда молодые люди добрались до сквера, Алина и вовсе захотела провалиться сквозь землю или хотя бы закопаться под асфальт. В это время Пашкины друзья – к своим она их причисляла лишь с большой натяжкой, – либо отсыпались, либо у кого-нибудь «зависали». Но именно в это утро они все разом собрались на своём привычном вечернем месте.

– Алина! – Первой к ней подскочила Юля. – Ты видела? Нет, ты это видела? Какой придурок только до такого додумался!

– Сложно было не заметить. Под моим окном написано всё-таки.

Следом за брюнеткой к «опороченной» девушке подскочили и все остальные, допытываясь, кому так могла насолить тихая отличница. Версий выдвигалось множество – одна глупее предыдущей. Не сговариваясь, Алина и Паша не стали рассказывать никому о камере дяди Пети – у каждого из них были свои соображения насчёт того, кто мог поступить так низко и так трусливо.

К счастью, долго находиться в чрезмерно навязчивом (а местами и нахальном – Тоха с особым рвением решил проявить сочувствие) обществе Алине не пришлось. Пашка, немного выгулявшись, потащил Алину обратно – он проголодался.

– Кати не было.

– Работает, наверное, – пожал плечами парень. – А что?

– Волнуюсь немного. Всё-таки ей вчера несладко пришлось. – Девушка заглянула другу в лицо, пытаясь найти на нём хоть какое-то раскаяние – безрезультатно.

– Думаешь, это она? – Пашка понизил голос, словно их могли подслушать, хотя рядом кроме птичек на ветках лип никого не было. Даже дворовый рыжий кот, мгновение назад трусивший в сторону молодых людей, отчего-то остановился, сел, почесал за ухом, вновь поднялся на лапы, развернулся и умчался туда, откуда и пришёл.

– Не знаю. Не уверена. – Алина тоже стала говорить тише. – Если честно, то я сомневаюсь. И вроде многое на неё указывает, но… Не знаю, как это назвать… Может, интуиция, может, ещё что, но я чувствую, что это не она.

Искоса глянув на подругу, парень фыркнул:

– Экстрасенсом, что ли, заделалась?

– Чушь не неси. – Алина легонько ткнула друга локтем в бок, и Пашка сложился чуть ли не пополам, изображая дичайшую боль.

– Зачем ты так со мной жестоко? – Он вновь разогнулся, одну ладонь тыльной стороной приложил ко лбу, а другую возвёл к небу. – О, почему? Почему она так со мной? За что она со мной так жестока? А ведь я… я…

Оглядевшись по сторонам, Алина удостоверилась, что никто не смотрит, задрала ногу повыше и пнула разошедшегося шутника под крепкий зад. Парень тут же выпрямился и с интересом уставился на подругу – раньше она себе ничего подобного не позволяла.

– Ого! – присвистнул Пашка. – А я и не знал, что ты так умеешь!

– Я много чего умею, – улыбнулась Алина и, задрав подбородок повыше, прошествовала мимо ошеломлённого парня. Тот остался стоять на месте, поэтому, полуобернувшись, девушка добавила: – Ты идёшь, или я одна мороженое есть буду?

– Уже бегу, моя госпожа!

Любимым сливочным десертом лучшие друзья так и не полакомились, потому что Вере Георгиевне ночью не спалось. А как ещё справиться с бессонницей, как не в обнимку с ведёрком пломбира под аккомпанемент работающего телевизора? Там как раз показывали какой-то ужастик.