Пусть простить меня невозможно - Ульяна Соболева

Пробуждая ночь, улетают прочь

Капли с крыш

Грустью веет сон, жду тебя я в нем

Где ты спишь…

Кто укутал тебя? Кто целовал?

Кто дыхание твое жадно вдыхал?

Вырываясь от боли, безжалостно гибну

Вновь от страсти

Я хочу, чтоб ты знал -

Все отдам за тебя

Ради счастья…

Отдам, отдам, за тебя все.

Отдам, отдам

Отдам, отдам, за тебя все.

Отдам, отдам

Я к тебе прильну, я с ума сойду, счастья нет

Не это я — губ твоих коснусь

Напоследок, пусть, только знай

Никто не любил так, как я

Кто укутал тебя? Кто целовал?

Кто дыхание твое жадно вдыхал?

Вырываясь от боли, безжалостно гибну

от страсти

Я хочу, чтоб ты знал -

Все отдам за тебя

Мое счастье…

Отдам, отдам, за тебя все.

Отдам, отдам

Светлана Лобода

— Почему здесь завал с папками? Аля? Кажется, я вчера просила вас занести их мне в кабинет.

— Да-да, конечно.

Моя секретарша схватила папки, но я отобрала их у нее.

— Давайте вначале вы принесете мне кофе, а это я сама унесу. Вчера надо было все сложить, а не сейчас с утра в мыле бегать.

Я подняла всю стопку, придерживая ее подбородком, и понесла к своему кабинету, сумочка сползла с плеча и норовила свалиться мне в ноги. Через пару шагов именно так и произошло, я споткнулась, и все папки рассыпались, едва я толкнула дверь ногой.

Этот новенький выскочил как черт из табакерки, рухнул на колени папки собирать, все листы складывать.

— Доброе утро, Оксана Владимировна, а я как раз к вам шел новую программу установить. Вчера всю ночь работал над ней.

Он подавал мне бумаги с чертежами, а я складывала их по папкам.

— А что со старой не так?

— Она тормозит, с этим плагином будет намного лучше.

— Ну вам виднее, я для этого вас и наняла.

Он поднял все папки и отнес мне на стол. Водрузил на столешницу и расплылся в улыбке.

— Можно я займусь вашим ноутом?

— Да, конечно.

Отошла к окну и набрала Ваню.

— Малыш, привет. Как там Руся и Ник?

— Нормуль. Играются кубиками.

— У Руси температуры нет? Потрогай лобик?

— Бабушка уже двести раз трогала. Все хорошо, мам.

— Вы покушали?

— Нееее, нам Руслан пиццу заказал.

— Ясно. Передай Руслану, что я его за это прибью.

— Я все слышу, ты на громкой связи.

Усмехнулась и выглянула в окно. Как же пахнет весной, и в воздухе витает запах счастья, любви и… желания жить. Дышать полной грудью. Несколько лет назад мне казалось, что жить дальше по-прежнему уже не получится… Без него. Когда думала, что его застрелили.

— Колу им не давай — это гадость.

— Мама, мы уже пьем вторую бутылку гадости, — расхохоталась Руся, и что-то на своем языке лепетал Никита.

— Царев. Это что за нарушения режима?

— Один раз можно. Я по ним соскучился. И по тебе… Ты когда приедешь? Я уже не могу… я не нажрался тобой.

Обернулась на новенького и прижала трубку к уху.

— Постараюсь быстрее.

— Оксана Владимировна, подойдите посмотреть… тут код…

— Кто там с тобой? — голос Руслана утратил игривые нотки. — Ты не одна?

— Это парень, айтишник. Он занимается программой на моем компьютере.

— Скажи ему, если будет пялиться на тебя, я вырву ему глаза.

— Руслан.

— Я не шучу.

Я знала, что не шутит. Сумасшедший ревнивец.

— Я знаю. Наберу тебя в перерыв, хорошо?

— Хорошо. Про глаза не забудь.

Усмехнулась и выключила звонок, и тут же вздрогнула — айтишник стоял позади меня с чашкой кофе.

— Вам принесли, пока вы говорили.

Забрала чашку и посмотрела на парня. Красивый, очень молодой. Наглый, борзый. Но что-то в нем мне все же не нравилось. Как будто не так что-то. Хотя я изучила его резюме, сама видела рекомендации.

— Игорь, давайте договоримся, если мне понадобится секретарша, я позову Алю. А вы займитесь вашей непосредственной работой.

— Конечно… я просто хотел…

— Вы должны хотеть только одного — делать свою работу как надо. Идите. Я потом посмотрю ваш плагин. Сейчас мне нужно сделать несколько глотков.

Я хотела поставить чашку на стол, но меня толкнули, и кофе разлилось мне на руку. Кипяток. Игорь тут же схватил меня за локоть.

— Простите, я случайно. Дайте посмотрю. Вы обожглись.

Схватил за руку и поднес к своему лицу. Я тут же выдернула ее.

— Игорь, идите к себе. Я справлюсь. Давайте. Займитесь работой.

Он вышел, а я принялась вытирать пятно от кофе с рукава мокрыми салфетками, подняла голову и увидела, как Аля и Софья Андреевна смотрят на меня, едва я подняла голову, они тут же разбрелись по своим местам.

Тряхнула головой и посмотрела на сотовый. Пришла смска от Руси с какими-то смайликами. Отправила ей в ответ рожицу и села за стол. Как же не хотелось работать. Хотелось к ним. Домой. Смотреть, как ОН ест свой завтрак, как пьет кофе, как выходит с детьми на улицу. Я тоже им не нажралась, как он сказал. Так грубо и так правильно.

* * *

Я уже собиралась домой, взяла сумочку, несколько эскизов на листах ватмана, но, когда спустилась на второй этаж, вспомнила, что забыла на столе права. Поднялась быстро по лестнице, чтобы не ждать лифт, и замерла, услышав женские голоса. Один — Али, а второй — Софьи Андреевны.

— Видели, как она с новеньким бумажки собирала?

— Видела и что? У нее папок гора целая была.

Голос Софьи Андреевны звучал тише, чем голос Али.

— Ага. Ей мужа, который в сыновья годится, мало, решила внучка себе заграбастать. Коленками перед ним сверкала. Что они в ней находят?