Я беременна, бывший! - Рин Скай

– Блин…! – кручусь у зеркала в полный рост в махонькой прихожей съемной однушки. – Опять живот в платье не помещается!

Хоть мыло тащи! Но, придется влезать, делать нечего. Денег, чтобы купить новый гардероб, пока нет. А у меня в животе явный слоник растет! Сама я мелкая, невысокая блондинка, а вот папаша у малыша настоящий гигант. Был. Во всех смыслах.

Крак! – платье с треском натянулось на пузико. Тут же обозначился выпуклый пупок.

– Малыш, ты хоть чуть-чуть погоди, вот устроюсь в компанию твоего папаши, получу зарплату и куплю нам что-то посвободнее. А пока придется потерпеть, хорошо?

Кто я? Что собственно собираюсь делать? И где отец моего слоника? Начну все по порядку. Я – Настя Лихвинцева, двадцати четырех годов отроду. Заканчиваю заочно экономический факультет местного универа.

Почему снимаю жилье? Потому что переехала в большой город из поселка, жила пару лет в студенческой общаге, устроилась на работу, перевелась на заочное отделение и сняла собственную квартирку. Да, маленькую. Да, тесную. Но все же свою. Потому что жить с гуляющими шумными соседями становилось просто невозможно. После смены в ночном кафе, куда я устроилась официанткой больше всего хотелось спать. А у беззаботных студентов была своя веселая бурная жизнь. И чхать они хотели на мой отдых и покой.

В общем все шло безоблачно и довольно гладко, пока в начале пятого курса, в ночном клубе я не встретила его… Черт его знает, что высокий бородатый дядька в явно дорогущем костюме узрел в молоденькой пигалице в дешевой короткой юбочке и туфлях с помойки… Но что-то узрел.

Сначала мы попереглядывались с ним, и когда я убедилась, что пялится он именно на меня, а не а мою развеселую подружку Светочку, то импозантный мужчина пошел в наступление. Он был выпившим. В черных глазах вселенская тоска. Все в его облике кричало о достатке и богатстве. Дорогой телефон, мега-дорогие часы, ненавязчиво выглядывавшие из-под рукава его пиджака, золотая кредитка, коей он оплатил текилу нам со Светкой…

Подруга моментально сделала стойку на него, пытаясь все время вытеснить меня из поля его зрения. Лучше бы у нее тогда это получилось… Но, все произошло так, как произошло. Руслан откровенно, целенаправленно и настойчиво пытался завоевать именно мое внимание.

– Она бросила меня… – прохрипел он мне тогда в ушко. До мурашек прохрипел. А так как мужчина он видный и красивый, то я и клюнула. Пожалела его, дурочка молодая…

Он пригласил меня на танец. Страстно прижимаясь к его стальному под пиджаком телу, я вдыхала запах настоящего мужчины. У меня кружило голову от текилы и его близости. В общем, я уже была тепленькой. И податливой. Как глина. Бери и делай со мной все, что угодно. Вот он взял и сделал.

Черт знает как мы оказались в номере роскошного отеля. Руслан был удивлен что он у меня первый мужчина. Он был нежен и осторожен. Лучшей первой ночи с мужчиной и вообразить сложно.

А на утро меня ждал завтрак, несколько стодолларовых купюр на прикроватной тумбочке и смятая постель, до сих пор хранившая его запах…

Еще через месяц, когда задержка стала очевидной, так же далеко одним не прекрасным утром я лицезрела две четкие полоски на тесте для беременности. Я смотрела на них и ясно осознавала, для чего Быстрицкий оставил мне денег в тот день. Он был неосторожен и оплатил экстренную контрацепцию. Как жаль, что я по неопытности не поняла этого сразу. Ну да что теперь об этом сокрушаться?

Аборт я сделать так и не смогла. Посмотрела на узи на крохотную беззащитную точечку, послушала сердцебиение плода и все вопросы про аборт отпали сами собой. Не могу я убить собственную кровиночку. Не могу и все.

А дальше все продолжилось как в страшном сне. Быстрицкий даже не думал объявляться в моей жизни. Зачем? Ведь он провел отличную ночь, дал денег на решение всех проблем и свалил в закат. То есть из города. Да, я поначалу и по наивности своей пыталась его отыскать, чтобы сообщить про беременность. Да, я была настолько дурочкой, что думала осчастливить его тем, что у него будет наследник. Мои надежды и радужные стремления разбил хмурый охранник на проходной компании Быстрицкого. Руслан Александрович уехал заграницу. Его нет в городе, и в ближайшие полгода-год большой босс в нашем городе не появится…

Дальше кошмар лишь сгущался. Света гнала на аборт, суля нищету и нечеловеческие трудности с ребенком. Меня замучил жуткий токсикоз. Я продолжала работать официанткой в кафе, сдала зимнюю сессию уже с приличным животиком. Оставила никчемные попытки отыскать отца ребенка и сообщить ему «радостную» новость. Дома не появлялась. Мать бы меня за пузо спустила бы с крыльца. И была бы права. В маленьком поселке городского типа, где я провела все свое детство не принято приносить в подоле без мужа. Мама бы просто не пережила осуждения и сплетен соседей за своей спиной. Трудно представить себе, что в двадцать первом веке на земле еще остались подобные места и подобный менталитет, но факт остается фактом. Свою беременность от мамы я скрываю тщательным образом.