Конец света отменяется, или Дверь в Новую эпоху - Александр Белов

Все хорошо, может спросить иной читатель, но где же мистика? Здесь мистика есть, и немалая. Так, помнится, лет пятнадцать назад довелось мне разговаривать с Игорем Яницким. Умнейший человек, доложу я вам. Даром что кандидат геолого-минералогических наук. Рассказал он мне и показал такое, что волосы на голове дыбом встали. Оказывается, «техногенное наше хулиганство» имеет далеко идущие последствия. Земля наша вовсе не земля, а хорошо остывшая звезда. Это она снаружи таковой кажется черной, унавоженной всякими тварями, а внутри она горит, сияет яко Солнце. Состоит внутренность нашей планеты, по Яницкому, не из твердого ядра, как считали ранее, а из «закачанной» туда плазмы. Где плазма наружу вырывается, вулканы нарождаются. Корка земная вовсе не такая солидная и твердая, как кажется. Порой и десяти километров не имеет. Вот бурили сверхглубокую кольскую скважину, а что получилось? Оттуда как полыхнет, все трубы, как макаронины, разбросало по округе.

Далее поведал мне Яницкий, с виду профессор весьма почтенный, и вовсе удивительные вещи – оказывается, Земля наша живое существо. Она дышит! Разломы где – там отработанный гелий выходит на поверхность. Вот только не помню я за давностью лет, по теории Яницкого как выходит – Земля себе сама атмосферу надышала или нет? Насчет гелия как результата земного дыхания – это еще Вернадский говорил. А вот то, что Земля живая – это Яницкий сам допер. Вернее, до него об этом писал Артур Конан Дойль в своем рассказе «Когда Земля вскрикнула». А до Дойля об этом много веков говорили наши пращуры. Вспомним, к примеру, скандинавскую легенду о великане Имире, из тела которого изготовлен мир. Волосы его – деревья, реки – кровь, а камни – кости. Короче, Яницкий подвел под это все научную базу.

Но самое, пожалуй, важное, что я вынес из разговора с Яницким, это то, что вода распределяется у нас по поверхности Земли не так, как учит школьный учебник: вода испаряется с поверхности океана, потом ветер ее несет на континент, где она выпадает в виде осадков.

Поскольку Земля живая, она энергетически заряженная, даром что плазменная; и дышит она тоже вполне энергично. Вот эти циклоны и антициклоны двигаются по телу Земли, сообразно с линиями акупунктуры земной, по меридианам энергетическим. Как там плазма в центре Земли кипит, переливается, как гелий на поверхность выходит через разломы коры – от того зависят и скорость этих циклонов, антициклонов и вообще их наличие. Где будут дожди, а где засуха – это одной Земле ведомо.

«Но ведь и голова человека круглая, – говорю я Яницкому. – У нас в мозгу тоже кора имеется, борозды всякие, извилины, разломы кое у кого, а уж насчет плазменной теории мышления и говорить не приходится… Может, есть такая хитрая связь между мышлением человека или группой заинтересованных лиц и мышлением Земли нашей матушки? Ведь не только она дышит, но еще и думает, вероятно; всякое живое существо обязано думать!» – «Вот-вот, – подхватил Яницкий бодренько, – но вы скажите об этом нашим академикам!» На том мы и расстались с ученым – поклонником теории живой Земли. Правда, я так тогда и не понял, одобрил ли Яницкий мой энтузиазм по поводу того, что человек может влиять на земную погоду мыслями своими и, наоборот, что Земля может влиять на мысли человека.

А с другой стороны, что тут удивительного: вступали же наши предки-брахманы во время жертвоприношений в мысленный диалог с Землей, Солнцем, звездами, Луной и ветром. Просили они у этих обожествленных живых небесных тел то погоды, то непогоды, тайфунов и смерчей на вражье войско. Да мало ли чего можно еще попросить? Вопрос только в том – дадут ли?

Видно, у брахманов и в самом деле была голова иначе устроена. А сами брахманы были настроены на иное, чем наш современный задавленный бытом обыватель.