Останови их! Как справиться с обидчиками и преследователями - Эндрю Мэтьюз

К этому моменту я уже сообразил, что это никакое не медицинское обследование, а нечто очень странное. Меня охватил жгучий стыд, и я еще больше запутался! Я не мог поверить, что человек, которым я так восхищался… у которого была жена и семья… был каким-то сексуальным извращенцем.

Я начал протестовать и сопротивляться. В конце концов мистер Сондерс сдался и ушел.

Я был ни в чем не виноват, но о мистере Сондерсе не сказал никому. Я не сказал родителям, хоть и знал, что они его недолюбливают. Я не сказал даже старшему брату, с которым делился всеми секретами. Я возненавидел воспоминания об этом эпизоде и самого мистера Сондерса. Я не сделал ничего предосудительного, но мне было ужасно стыдно.

«Это я во всем виноват!»

И как же я себя повел после этого? Я просто стал желать мистеру Сондерсу смерти. Я говорил себе: «Надеюсь, он скоро помрет, и вся эта история закончится». Но воспоминания беспокоят меня до сих пор. Даже сегодня я помню все до мельчайших подробностей. Я пишу книги о счастье и рассказываю людям, как выбрасывать из своего сознания память о тяжелых периодах жизни… а сам покрываюсь гусиной кожей, вспоминая об этом эпизоде.

В сравнении с тем, что приходилось переживать миллионам детей, подвергавшихся реальному насилию, эпизод с мистером Сондерсом – почти пустяк. Но суть моего рассказа состоит в том, что я ни разу не задался вопросом: «А не рассказать ли мне обо всем этом маме и отцу?»

САМА МЫСЛЬ О ТОМ, ЧТО МОЖНО РАССКАЗАТЬ О СЛУЧИВШЕМСЯ РОДИТЕЛЯМ, ВООБЩЕ НЕ ПРИШЛА МНЕ В ГОЛОВУ. Я никогда даже не рассматривал вариант, что об этом можно кому-то рассказать.

Вот что творилось в моем 15-летнем мозгу:

• это ты сам позволил соседу тебя лапать;

• объяснить или оправдать такое поведение ты не сможешь ничем и никому;

• ты совершенно одинок, и тебе никто не поможет;

• ты будешь страдать, пока этот старый ублюдок не склеит ласты.

Заговорить о пережитом я смог только спустя 30 лет.

В мышлении 15-летнего подростка нет логики, присущей сознанию взрослого человека. Подросток думает, что провинился каким-то образом именно он сам. Он не видит выхода из сложившейся ситуации. А если так мыслит подвергшийся насилию 15-летний подросток, то на что же может надеяться ребенок 8 лет от роду?

...

«Я бы хотел пожить подольше, но…»

«Бабушка, пожалуйста, живи долго-долго. Папа, спасибо тебе за путешествие в Австралию. Мама, спасибо тебе за то, как вкусно ты меня кормила. Я бы хотел пожить подольше, но…»

Это написал Кийотеру Окоучи из японской префектуры Аити, прежде чем привязать к ветке дерева веревку и надеть на шею петлю. Ему было 13 лет.

В своей прощальной записке он рассказал, как на протяжении трех последних лет его мучили и пытали четверо одноклассников. В общей сложности эти хулиганы выбили из него больше $10 000 … львиную долю этих денег ему приходилось воровать у родителей. Мучители избивали его и опускали вниз головой в реку. Они со смехом называли его «шестеркой номер один».

Наконец мучители потребовали принести им $400, но Окоучи просто негде было их взять. В отчаянии мальчик покончил с собой. Но до самой своей смерти он ничего не говорил своим родителям. Окоучи молчал, даже несмотря на то что обеспокоенный отец не раз спрашивал его:

– Может, над тобой издеваются в школе? Это ты берешь из дома деньги?

Настоятельная рекомендация родителям: если вы подозреваете, что у вашего ребенка возникли проблемы, не отступайте, спрашивайте, спрашивайте, спрашивайте. Если речь идет о школьных издевательствах, не думайте, что ваш ребенок сразу скажет вам правду. Многие дети не говорят ничего.

...

История Броуди

19-летняя Броуди Пэнлок работала официанткой в кафе «Вамп» в австралийской Виктории.

Три молодых человека, работавших в том же кафе, задались целью превратить ее жизнь в кромешный ад. Они обзывали ее «жирной страшилой», плевали ей в лицо, поливали голову и одежду рыбьим жиром. Они насыпали ей в сумку крысиный яд и говорили, что съесть его – это для нее единственный выход. Они измывались над ней шесть дней в неделю, месяц за месяцем.

В сентябре 2006 года Броуди поняла, что больше не в силах терпеть эти бесконечные унижения, и бросилась с крыши многоэтажного здания.

Последовавший за этим судебный процесс приковал к себе внимание всего мира. Судья назвал поведение обвиняемых «беспримерно жестоким» и осудил всех троих, ко всему еще и назначив им штраф в сумме $85 000. Виновным был признан и хозяин кафе. Он и его компания были оштрафованы на $250 000 за неспособность обеспечить безопасность работников во время исполнения ими профессиональных обязанностей.

Выйдя из здания суда, Рэй, мать Броуди, сказала о своей дочери:

– Она была для меня лучиком солнечного света, она была очень хорошенькая… а теперь мое сердце разбито. Если говорить обо мне, то я считаю, что именно эти люди подтолкнули ее к краю пропасти, а потом и сбросили оттуда… они должны сидеть в тюрьме.

Начиная с мая 2011 года по законам Виктории люди, издевающиеся над своими коллегами на рабочих местах, могут получать тюремные сроки.

Родители Броуди два года вели общественную кампанию за справедливость. И государству пришлось принять поправку Уголовного кодекса, известную ныне как «Закон Броуди», согласно которой в характеристику преступного преследования были включены и «оскорбления и унижения словом и действием» на рабочих местах. Теперь лицам, преследующим своих коллег на работе, могут быть предъявлены обвинения в нанесении психологических травм и в доведении до самоубийства, результатом чего могут стать тюремные сроки длительностью до десяти лет.

И в случае Броуди мы видим все те же уже знакомые нам схемы поведения:

• ее родители ничего не знали о том, каким унижениям ее подвергают коллеги. И ведь здесь мы говорим уже не о школьнице, а о вполне взрослой девушке. Но и она тоже предпочла покончить с собой, нежели уволиться с работы и рассказать о своих мучителях родителям;

• ничего не предприняли и те, на чьих глазах все это происходило. Некоторые из друзей и подруг Броуди знали об издевательствах, но никто из них не довел эту информацию до сведения ее родителей и не обратился в какие-нибудь официальные органы. О преследованиях было известно нескольким клиентам кафе, но и они ничего не сделали. А что было бы, если бы среагировал хотя бы один из этих наблюдателей?