Сон разума или иная реальность - О. Странник

Подводя итог, можно сказать, что процесс «киновидения» включает в себя следующие аспекты: – исполнение желания в замаскированном виде; – регрессию; – механизмы работы кино по аналогии с работой сна: сгущение, смещение, символизация, драматизация, мобильность катексиса, где катексис – психоаналитическое понятие, обозначающее направленность психической энергии (либидо) на объект и фиксацию на нем, причём в качестве объекта может выступать реальный предмет, идея, форма поведения.

Следующий аспект – путём кАтарсиса попытка овладеть травматическим и посттравматическим переживанием; затем попытка удовлетворения Супер-Эго; прямое обращение к бессознательному через образы и звуки, но через безопасное отдаление эмоционального переживания; поиск объекта; поиск большой группы и идентификация себя в ней.

Интерес психоанализа к киноискусству растет, и этот интерес взаимен. Режиссеры часто показывают инсценированные психоаналитические сессии на экране такими, какими они их представляют. И психоаналитики фантазируют, как можно было бы отразить психоанализ средствами кино. Идея фильма о психоанализе часто звучит в психоаналитических кругах, говорят как о художественном, так и о возможном документальном фильме. Хороший документальный фильм, конечно, позволил бы публике знать о нашей работе и идеях, это было бы неплохо во времена конкуренции со многими другими психотерапевтическими подходами.

Но как показать интимный психоаналитический процесс в кино? Это очень серьезный вопрос, если кто-то решится создать такой фильм.

Кинематограф, собственно, и возникает как массовая галлюцинация, как совместное сновидение; люди хотят видеть красивые сны – кино даёт им такую возможность. Фабрикой грёз называют Голливуд, заполонивший весь мир грёзами и кошмарами. Интересно, что отец психоанализа, толкователь сновидений Зигмунд Фрейд наотрез не принял кино и предложение

Голливуда о сотрудничестве. Виктор Мазин, создатель и директор Музея сновидений им. 3. Фрейда в Санкт-Петербурге, в своей замечательной книге «Сновидения кино и психоанализа» (СПб,2007) задаётся вопросом, почему Фрейд не принял и не понял киногрёзы – и не находит ответа.

Мне же представляется, что патриарх снотолкования испытывал ревность к более сильному воздействию киногрёзы на зрителя, чем его собственных словесных комментариев к сонным грёзам пациента. Кинематограф, напротив, с распростёртыми объятиями принял Фрейда – и его метод и его самого непосредственно героем нескольких фильмов и в качестве прообраза многочисленных киношных психоаналитиков.

Несомненным является сходство кинематографических приёмов с формой, специфическим языком и образностью сновидений. Имеется целый ряд особенностей, связанных с проекцией, перспективой (восприятия) и движением в сновидении фокуса сознания, действующего по принципу кинокамеры. Точно так же, как и в кино, точка восприятия во сне может отдаляться или приближаться (к объекту), охватывать панораму событий сверху или снизу, отслеживать обстановку под различными углами, фокусироваться или расфокусироваться, занимать позицию участника событий или стороннего наблюдателя, фиксировать положение восприятия или показывать его в ускорении и замедлении.

Сюда же относятся голографичность (объёмность, пространственность), постановочный драматизм сюжета, а также его развязки или концовки и специальные приёмы «монтажа» ночной «киноленты» – эффекты законченности и целостности показа некого периода, многосерийность (продолжение сюжета) или повторность (повторный показ), манипуляции с кадром (например, покадровая развёртка), подчёркивание каких-либо действий, предметов, «игра» с перспективой, крупный план и пр.

Дискретности (частный) эффект в сновидении – выражается отрывочностью, непоследовательностью и быстротой смены кадров, сцен, ситуаций, а также резкостью перехода эмоциональных состояний; это мгновенное перенесение тела сновидений или фокуса восприятия в любые и неожиданные точки или в самые отдалённые в пространстве или во времени местА. Наяву мы не способны на подобное движение; физическое движение всегда последовательно и во времени и в своей механике, но для нашего сознания (воображения, мысли) таких ограничений не существует.

Собственно, создание и развитие кино, как нового вида искусства, и было возможно лишь потому, что оно потенциально уже давно существовало в сновидениях людей! Телекино же поставляет нам на дом эту коллективную галлюцинацию-сновидение, этот общедоступный наркотик, способный внедрить в сознание искажённый образ действительности и заменить реальность.

А что если сделать фильм полностью состоящий из одних только снов? Ведь во сне человек видит частично то, что с ним происходит в данный момент, значит можно было бы проследить развитие его жизни. Только не всей жизни, а того, что его на самом деле волнует. Плюс еще во сне проявляются какие-то важные события из прошлого – то есть можно и биографию местами прорисовать. И будущее – мечты, надежды, опасения – всё это тоже есть во сне. Ввести закадровый голос. Чтобы было понятно, что это голос психоаналитика, анализирующего сон. Даже лучше не анализирующего какой-то конкретный сон, а поясняющего принципы появления и искажения тех или иных образов во сне.

Снимать конкретные сны, а за кадром рассказ как бы того человека, которому снился этот сон, с эмоциями? Подтверждать реальность описания ощущений сна и последующее толкование символов, а потом – опять рассказ сновидца о том, как это совпало с тем что сбылось в жизни? И потом показать несколько вариантов – вещих снов, и вариант снов, говорящих о физических проблемах? А интересно ли это будет кому-нибудь, кроме лечащего психотерапевта героя сна?

Конечно, свои сны интереснее, чем чужие. Так великий режиссера Акира Куросава в 1990 году снял альманах из семи экранизаций собственных снов. Построенные больше на визуальном исполнении, чем на диалогах, эти маленькие истории из разных периодов жизни режиссера завораживают. Тут и лисья свадьба во время дождя, и рефлексия на тему ядерного холокоста, и даже жизнь внутри картин Ван Гога, которого играет Мартин Скорсезе. Фильм показывали вне конкурсной программы в Каннах.

А вам когда-нибудь казалось что ваша жизнь это сон? А вот главный герой анимационного шедевра Ричарда Линклейтера не может отделаться от этого ощущения. По ходу развития этого чудесного сновидения безымянный юноша размышляет на темы реальности, свободы воли, отношений людей друг с другом и смысла жизни. Использованная Линклейтером техника ротоскопной анимации только подчеркивает сюрреалистичность происходящего, с легкостью меняя мнимую фотореалистичность на психоделические образы. С появлением компьютерной анимации метод ротоскопа был преобразован в motion capture. По этой методике уже сняты ЗР-мультфильм «Полярный экспресс» и фильм «Беовульф», а также делаются спецэффекты в фильмах (например, Горлум в кинотрилогии «Властелин колец», моделью для которого послужил Энди Серкис). Но особенно эта технология была отточена и имела широкое применение в последнем фильме Джеймса Ке мерой а «Аватар».

У героя фильма «Открой глаза»(Режиссер: Алехандро Аменабар, 1997) в жизни всё ладилось. И деньги, и женщины, и талант. Даже девушка лучшего друга, София, не могла устоять перед его обаянием. Но однажды его бывшая подруга, Нурия, разбилась вместе с ним на автомобиле, в попытке покончить с собой. Лицо Сезара было изуродовано и даже самые талантливые пластические хирурги были бессильны. После этого трагического случая с ним начинают происходить странные вещи. Проснувшись на тротуаре после пьяной ночи, он обнаруживает, что жизнь налаживается, София его любит, а врачи нашли способ исправить его лицо. Но Нурия продолжает являться к нему во снах. Или наяву? Этот испанский фильм стал основой для американской экранизации «Ванильное Небо» в котором Пенелопа Крус снова сыграла Софию.