Невидимая горилла, или История о том, как обманчива наша интуиция - Даниэл Саймонс

72 % опрошенных согласились с тем, что «большинство людей используют свой мозг только на 10 % возможностей». Это странное представление, которое очень любят упоминать в рекламных роликах, книгах по саморазвитию и комедийных шоу, существует уже так давно, что некоторые психологи даже проводят целые исторические исследования, пытаясь выяснить его происхождение[264]. В определенном отношении это чистейшее воплощение иллюзии потенциала. Если мы используем свой мозг только на 10 %, то остальные 90 % так и ждут, когда мы их освоим — весь вопрос только в том, как это сделать. В этом представлении столько слабых мест, что мы даже не знаем, с чего начать. Его следовало бы объявить «недействительным из-за неясности», подобно некоторым законам, которые невозможно применять на практике из-за слишком расплывчатых и неточных формулировок. Во-первых, нам не известен ни один способ, с помощью которого можно было бы измерить «возможности мозга» или определить, в каком объеме они используются. Во-вторых, если ткани мозга продолжительное время не проявляют никакой активности, это означает, что они мертвы. Следовательно, если бы мы использовали мозг только на 10 %, то у нас не было бы ни единого шанса увеличить этот процент, не считая, конечно, чудесного исцеления или трансплантации. Наконец, у нас нет оснований подозревать, что эволюция или разумный творец наделили нас органом, который на 90 % не эффективен. Мозг большого размера представляет явную опасность для выживания человеческого рода — ведь для него требуется крупная голова, а она с большим трудом проходит через родовой канал, подвергая ребенка и мать смертельному риску. Если бы мы использовали только небольшую часть своего мозга, то в результате естественного отбора он бы уже давно сократился в объеме.

«Миф о 10 %» появился задолго до технологий визуализации мозга, таких как магнитно-резонансная и позитронно-эмиссионная томография, однако неправильное понимание нейробиологических исследований могло способствовать его укреплению. В изображениях активности мозга («обнаженный мозг»), которые часто встречаются в статьях о таких исследованиях, крупные участки закрашены темным или не выделены цветными пятнами, как остальная его часть. Однако такие пятна вовсе не указывают на «активные» области мозга — с их помощью обозначают участки, которые более активны лишь в определенной ситуации или у определенной группы лиц по сравнению с обычными условиями. У человека, не имеющего неврологических расстройств, весь мозг, в том числе и темные участки, всегда «включены» и находятся по крайней мере на исходном уровне активности. Выполнение любой задачи активизирует сразу несколько его областей.

Поэтому призыв более широко использовать потенциал мозга никоим образом не поможет вам в преодолении повседневных иллюзий.

Согласно опросам, 65 % людей верят, что «человек способен физически ощущать пристальный взгляд того, кто находится сзади». Хотя было бы здорово касаться и осязать людей одними глазами, глаза наши не излучают никаких лучей, а на затылке нет рецепторов, способных обнаружить чужой взгляд. Это заблуждение основано на представлении о том, что человек обладает некими скрытыми способностями к восприятию, не поддающимися измерению и действующими независимо от обычных пяти чувств, и такое шестое чувство может оказаться очень полезным. В настоящее время это представление полностью опровергнуто. Известный психолог Эдвард Титченер писал в журнале Science. «Я проверил это… в серии лабораторных экспериментов с участием людей, заявлявших, что они чрезвычайно восприимчивы к взгляду стоящих сзади людей или обладают особой способностью заставлять людей оборачиваться… эксперименты неизменно давали отрицательный результат»[265]. Мы не можем заставлять людей оборачиваться лишь с помощью одного взгляда, а также не способны определять, смотрят на нас или нет, пока не обернемся назад[266].

Почему же люди верят в такие экстрасенсорные способности? Случаи, когда мы оборачиваемся и видим смотрящего на нас человека, мы запоминаем гораздо чаще, чем случаи, когда позади нас никого не оказывается (или когда кто-то был сзади, но мы его не заметили, не говоря уж о тех ситуациях, когда и замечать было некого). Вспомним из главы 5, что мы также склонны находить причинно-следственные связи там, где последовательность событий напоминает связный рассказ. Если вы начинаете смотреть на идущего впереди человека, а затем он поворачивается, то под влиянием иллюзии причинно-следственной связи вы делаете неверное заключение, что это вы заставили его повернуться. А придя к такому заключению, вы, скорее всего, запомните его.

Поскольку Титченеру с самого начало было очевидно, что человек не способен чувствовать на себе взгляд другого, он счел своим долгом объяснить, что побудило его провести исследование для опровержения этого представления. Он отметил, что эксперименты «послужили основанием для тщательного анализа предрассудка, пустившего прочные и глубокие корни в общественном сознании». Он был абсолютно прав, отмечая распространенность веры в «шестое чувство». К сожалению, попытки Титченера искоренить этот предрассудок с помощью экспериментов потерпели неудачу[267]. Ошибочное представление о том, что человек способен чувствовать на себе чужой взгляд, осталось таким же распространенным и по прошествии многих лет. А ведь статья Титченера в Science была опубликована еще в 1898 году.