Властелины Doom. Как двое парней создали игровую индустрию и воспитали целое поколение геймеров - Дэвид Кушнер

[114]

Брат Джейк стоял за барной стойкой в закусочной Horny Toad в Меските, смешивая очередной коктейль под названием Big Fucking Gun[115]: одна часть Rumpelmintz, одна – Midori, немного Blue Curacao. Он специально изобрел его в честь своего любимого оружия из DOOM – БХП. Это было самое меньшее, что он мог сделать, учитывая тот факт, что забегаловка находилась прямо напротив офиса id. Выпить этот ядовито-зеленый коктейль неофициально означало поднять тост за Даллас – новую столицу золотой лихорадки, вызванной видеоиграми.

К лету 1997 года Даллас стал для игроков тем же, чем Сиэтл для музыкантов в ранних девяностых: компания id была местной Nirvana. За пять лет, начиная с того момента, как Джоны приехали в город с автоматом Pac-Man в грузовике, сообщество разработчиков компьютерных игр увеличилось более чем втрое. Рост затронул и Остин, где все объединялись вокруг флагмана – компании Origin Ричарда Гэрриота. Журнал Time назвал техасских геймеров «новыми ковбоями»{165}, в Wired их окрестили «детьми DOOM»{166}. Газета The Boston Globe назвала возрождение видеоигр «новым Голливудом»{167}.

Более подходящим именем было бы, правда, Кремниевое Аламо[116], потому что тон тут задавали шутеры от первого лица. DOOM, Quake, детище Скотта Миллера Duke Nukem 3D и остальные «стрелялки» породили многомиллионную индустрию, которая доминировала в игровом сегменте. Благодаря этому исполнилась давняя мечта id – сделать персональные компьютеры стойкой игровой платформой. Из почти четырех миллиардов долларов, полученных в 1996 году от развлекательных интерактивных программ, чуть ли не половина приходилась на игры на платформе PC{168}. «Благодаря игровому буму, связанному с PC, – заявила USA Today, – индустрия смогла восстановиться»{169}.

Имея перед глазами образец в лице id и Ion, многие в Далласе стали открывать аналогичные компании. Rogue и Ritual, порожденные id и 3D Realms соответственно, специализировались на создании так называемых паков – дополнительных уровней для Quake. Ensemble Studios силами пришедшего из id Сэнди Петерсона подарила миру одну из самых успешных стратегий – Age of Empires. Компания Terminal Reality, основанная бывшими сотрудниками Apogee и автором революционного движка Microsoft Flight Simulator, посвятила себя мультиплатформенным проектам.

Id лицензировала свои технологии. В результате остальные компании, включая Ion Storm, платили ей по 250 тысяч долларов за использование движка Quake. И хотя id имела солидную прибыль, ей еще было куда расти. Вскоре игровая пресса начала писать об «убийцах Quake» – играх, которые могли бы свергнуть id с пьедестала. Duke Nukem 3D уже получила поддержку со стороны геймеров. Valve, компания в Сиэтле, основанная сотрудниками Microsoft, использовала движок Quake для создания Half-Life. Студия Epic, расположившаяся в Северной Каролине, показала публике «стрелялку» Unreal. И разумеется, нельзя было забывать о Daikatana. Похоже, в Кремниевом Аламо намечалась нешуточная борьба за право называться лучшими. Главное, чтобы компании-создатели довели разработку своих проектов до конца.

Гонка началась. Кармак сидел за рулем Ferrari F40, вдавив педаль газа в пол. За ним гнался Porsche 911. В Эннисе было солнечно. Кармак снял эту гоночную трассу для своих сотрудников. Это оказалась не единственная прихоть такого рода, которую позволил себе Кармак. Однажды он позвонил мэру Мескита и попросил закрыть аэропорт, чтобы парни из id могли покататься по взлетно-посадочным полосам. Мэр с радостью согласился, ведь Кармак пожертвовал десятки тысяч долларов на дорогое обмундирование для местной полиции, включая бронежилеты (некоторые были даже украшены символикой DOOM). Просьбы Кармака заслуживали рассмотрения.