Все из-за меня (но это не так). Правда о перфекционизме, несовершенстве и силе уязвимости - Брене Браун

Но если посмотреть на то же самое поведение с точки зрения моих сильных сторон, переживания в корне меняются. Вместо того чтобы ощущать себя неискренним хамелеоном, я могу честно признать, что я могу найти общий язык с множеством разных людей, мне комфортно в самых разных ситуациях и что я абсолютно свободно обсуждаю темы в диапазоне от экономики до новой передачи по детскому телеканалу. Я не противоречу себе, хоть и избегаю ряда тем в некоторых коллективах. Часто я перегружена количеством своих ролей и скоростью переключения с одной на другую; но я, кажется, неплохо справляюсь и считаю это своей сильной стороной.

Я могу пройтись почти по всем своим «недочетам» и «ограничениям» и найти сильные стороны. Смысл этого подхода не в том, чтобы обелить то, что нам хочется изменить, или обесценить свои проблемы, – а в том, чтобы работать с проблемами, исходя из собственного достоинства, эмпатии и близости к людям. Одна из самых важных вещей, вынесенных мной из моего исследования, и одно из ключевых утверждений, которое я, надеюсь, передаю в этой книге: мы не можем меняться и расти, когда нам стыдно, и мы не можем использовать стыд, чтобы изменить других или себя. Я могу стыдить себя за то, что слишком напрягаюсь на работе и стремлюсь все контролировать, а могу признать, что я очень ответственный человек, который стремится сделать все как можно лучше и на которого можно положиться. Проблемы с работой от этого не уйдут, но теперь я смотрю с позиции сильных сторон и обретаю уверенность в том, что могу изменить то, что нуждается в перемене. Важно понять, что взгляд на сильные стороны – это не способ позволить себе поставить плюсик рядом с проблемой и тем самым забыть о ней; мы вспоминаем о наших сильных чертах характера, чтобы иметь возможность противопоставить их проблемам.

Я могу стыдить себя за то, что все время беспокоюсь о дочери, а могу сместить взгляд и посмотреть на это как на свою сильную сторону: я стараюсь быть хорошей матерью, я очень вдумчивая, неравнодушная, сознательная мать. Если опираться на чувство собственного достоинства, мне проще начинать размышление о том, как я могу стать еще более хорошей мамой, если сверю с реальностью свои страхи и пойму, что делаю вполне достаточно для счастья и безопасности своей дочери. С позиции стыда и разобщенности мне будет очень трудно оценить свое поведение и еще труднее – попытаться его изменить.

Я часто прошу студентов в начале семестра сделать «ревизию» своих сильных сторон. Я прошу их создать список из десяти – пятнадцати своих сильных сторон. Будьте уверены, я не принимаю таких ответов, как «я умею общаться» или «хорошо играю в команде». Они ненавидят это упражнение, и это забавно, потому что социальный педагог не обходится без этого упражнения, он часто просит студентов выполнить его. Неудивительно, что, когда я прошу их выявить свои ограничения или возможности для роста, они моментально входят в тему и обычно составляют списки куда длиннее, чем пять пунктов, о которых я их прошу. Такова человеческая природа. Мы тычем себя носом в недочеты и не замечаем сильных сторон, принимаем их как должное. Очень важно ловить себя на том, что ты делаешь хорошо. Если мы можем признать свои сильные стороны, они становятся инструментами, которые помогают нам достигать наших целей. Например, Натали, участница исследования, сказала мне: «Я могу говорить о своей вере, потому что я не думаю, что правильный ответ только один; я не боюсь показаться дурой. Мне не важно, осудят ли меня люди, я хочу лишь быть честной. Но я цепенею, когда речь заходит о политике или общественных проблемах. Мне так стыдно, что я не узнала об этом больше или не получила верной информации».

Если Натали хочет работать над своей искренностью в области политических и социальных высказываний, ей будет очень полезно признать свои сильные стороны, которые позволяют ей искренне говорить о религии. Что дает ей искренность? Какие инструменты она использует, чтобы быть в споре самой собой? Почему она спокойно может говорить о вере и не может о политике?

Основываясь на моем разговоре с Натали, я полагаю, что ей было бы полезно перестать думать, что в политике и социальных отношениях может быть только один правильный ответ. Неплохо бы подумать и об изменении своей цели – правоты, верной информации, – на другую: быть честной. Кажется, у нее это хорошо получается.

Наконец, мы можем с большим успехом выявлять свои сильные стороны и повышать устойчивость к стыду, применяя вопросы по проверке реальностью. С их помощью мы можем исследовать ожидания, которые пытаются управлять нашими высказываниями и действиями по поводу ценностей и убеждений.

• Насколько реалистичны эти ожидания?

• Могут ли все эти вещи присутствовать в моей жизни одновременно? Я хочу этого?

• Могут ли все эти характеристики совмещаться в одной цельной личности?

• Попытка удовлетворить ожидания делает меня более или менее искренним?

• Я описываю свою подлинную сущность или то, каким меня хотят видеть другие?

Когда я спрашивала участников, как они определяли, кто принадлежит к их паутине стыда, а кто – к сети связей, примерно 80 % женщин отвечали что-то вроде: «если я всегда могу быть собой с этим человеком, то он в моей сети связей». Я думаю, что способность «быть собой» – это суть искренности и истинная польза от выстраивания устойчивости к стыду.

Теория стыдоустойчивости

Информация, изложенная в этой книге, основана на теории стыдоустойчивости, которая разработана в результате моего исследования. Мне очень нравится определение теории из «Настольной книги пятой отрасли науки» – замечательного произведения о построении обучающихся организаций [48]. Авторы определяют теорию как «фундаментальный набор утверждений о том, как устроен мир; притом такой набор, который был проверен многочисленными экспериментами и в котором мы в какой-то мере уверены. Английское слово «теория» происходит от греческого theo-rуs, что означает «зритель». Это слово имеет тот же корень, что и слово «театр». Человеческие существа разрабатывают теории по тем же глубинным причинам, по которым они изобрели и театр: им хочется вынести на публику пьесу об идеалах, которые могут помочь нам лучше понимать наш мир».

Моя теория о стыде называется теорией стыдоустойчивости. Она предлагает набор утверждений о том, как стыд влияет на женщин. Основные утверждения, которые объясняют как работает стыд, таковы.

• Стыд лучше всего определить как крайне болезненное ощущение или опыт переживания своей неполноценности и как следствие недостойности принятия и принадлежности. Женщины часто испытывают стыд, когда они запутаны в паутине многослойных, противоречивых и соперничающих ожиданий. Стыд рождает страх, обвинение и разобщенность.

• Противоположностью переживания стыда является переживание эмпатии.

• Эмпатия требует от нас повседневной храбрости, сочувствия и сближения с людьми.