Спецназ нагваля. К новым орбитам! - Владимир Долохов

Лень было придумывать название.

7 мая. Вечерние танцы.

Зал, точнее ангар или клуб под громким названием «дискобар», расположенный за забором, в отдалении от самого пансионата, порадовал отсутствием зрителей. По большому опыту фестивалей знаем, что обычно подвыпившие отдыхающие как магнитом притягиваются на такие зрелища.

Какой был божественно-проникновенный, искрящийся «Сита Рам»! Тонкий, воздушный, но с элементом хохмы, прикола, лукавой улыбки надо всем этим иллюзорным миром.

«Санктус». Давненько не проводили. Брильянт, подарок для обожаемой нами московской тусовки. Глубочайший транс и передача неизъяснимого. Духа Святого. Шаг вперед, шаг назад, два вперед… Как уносило, Мамма мия! Не существовало ничего, кроме Глаз напротив, из которых струилось ТАКОЕ… И весь смысл жизни был шагнуть к этим Глазам, чтобы встретиться с ними, чтобы попасть Глаза в Глаза. И утонуть в них. И в следующий миг шагнуть к новым глазам. Таким же мистическим и бездонным.

Незабвенный Падре в центре круга неподражаемо и гениально завывал свои тут же рождаемые партии, высокие и пронзительные.

«Ом Рам Рамайя Сваха», переходящий в «Я разжигаю огонь». Как отрывался народ! Как кенгуриными прыжками скакал вместе с большим барабаном Падре, как лупил в свой громоподобный инструмент, как он горланил, перепевая своим голосищем все круги, как тряс кудрявой головой! Как бил по струнам Гайавата, подпрыгивая и задирая гитару декой вверх!

Смотрите, завидуйте: танцует его величество ЭКСТАЗ собственной персоной, яростно и самозабвенно. Так веселиться могут только чокнутые!

Включили в танец часть, когда, двигаясь вправо, ты поочередно поворачиваешься к партнерам справа и слева. Справа от Бороды Лиссенок. Как с размаху мы близко-близко, до нескольких сантиметров, налетали друг на друга (и так же было с моей соседкой слева) горящими, мечущими молнии, но при этом озорными, плутоватыми глазами. Ощущение, будто сталкиваются, сливаясь в едином гигаваттном разряде, две молнии! Улет!

Хитовый «Хай-Хай» закрутил кипучим штормом. Взрыв, взрыв, еще и еще!

Еще, кажется, была песня про Нежность – «Ишкала», с придыханием «А-а-а». Азарт и плещущаяся радость чередовались с ласковыми объятиями и светом сияющих глаз.

На десерт Ростовский зикр. Вот так, хотели закончить мягонько, а получилось как всегда – круто! И здесь Падре отличился. В арабском мире бытует такая поговорка: «Один Падре заменяет трех Мулл с концертными колонками». А уж как они с Барабашкой барабанили на барабанах, заводясь друг от друга и вступая в соцсоревнование «Кто громче перестучит поющий хор»! Молодцы! Хотя и заглушали иногда своим грохотом весь хор и гитару Гая напрочь. Торчащий народ гордится вами и выражает глубочайшую признательность.

Неугомонный, брызжущий весельем и кайфом, «Праздник» после танцев от переполнявших ее эмоций игриво скакала дикой шальной ланью, разбегаясь, высоко подпрыгивая и на лету делая ласточку, азартно повизгивая и хихикая. Зрелище – ухохочешься! Папа неоднократно просил исполнить «Полет Лани» на бис.

«Хочешь Праздника?» – это вообще какое-то чудо в перьях! Пер петуум мобиле. Душа радуется от того, что подобные Чуды, так заразительно и самозабвенно кайфующие от жизни, бегают в Матрице.

Папа прозвал ее Ляляля. В мультике о том, как снимаются фильмы, выбегала маленькая девочка с бантиком, пела игриво: «Ля-ля-ля!» – подпрыгивала с подскоками. Ляляля – это не просто имя, это жизненное кредо!