Пробуждение на работе. 35 практичных буддийских принципов, позволяющих обрести ясность и равновесие среди рабочего хаоса - Майкл Кэрролл

Ирония в том, что слишком сильная сосредоточенность на будущем, возможно, не способна помочь нам в достижении целей в такой мере, как мы привыкли думать. Когда мы сосредотачиваем свои усилия исключительно на том, чтобы чего-то достичь, мы начинаем напоминать атлета, который направляет невероятную энергию на достижение результатов в отдельной узкой области. Если мы работаем с весами и отжимаемся, чтобы развить силу верхней части тела, возможно, мы преуспеем в пауэрлифтинге и научимся поднимать холодильники и даже двигать грузовики, однако мы не научимся решать более широкие задачи. Если нас попросят сыграть партию в теннис, выстрелить из лука точно в цель или исполнить большой прыжок в балете, мы окажемся совсем к этому не подготовленными. Нам будет не хватать основных качеств, необходимых для этого, – ловкости и гибкости.

Точно так же и на работе мы сталкиваемся с вызовами, которые требуют разнообразных умений, а не бессменной сосредоточенности на том, чтобы чего-то поскорее достичь. Сталкиваясь с трудностями на работе, мы не можем полагаться исключительно на мышцы и волю. На работе, чтобы проникнуть в суть ситуации, в тупиковом положении применить своё творческое воображение или наладить отношения между коллегами, зачастую требуется проявить тонкость и выбрать правильный момент. Эти способности остаются для нас недоступными, если мы спешим вперёд. Мы развиваем их, учась отпускать себя и полностью пребывать там, где мы есть.

В таком «отпускании» нет стремления соответствовать ожиданиям или внешним стандартам. Отпускание не требует особого напряжения – такого, как при подъёме штанги или кропотливой проверке сложной бухгалтерской ведомости. Скорее, от нас требуется расслабиться и открыться текущей ситуации, какой бы она ни была, отказавшись от предвзятости и привычных идей. Отпускание требует, чтобы мы в достаточной мере доверились себе, чтобы мы ослабили своё цепляние за привычные и комфортные вещи и совершили прыжок к своему природному чувству равновесия. Отпуская, мы откладываем те сюжеты и ментальные привычки, которые обычно привносим в работу, и просто становимся открытыми к обстоятельствам этого самого момента – неважно, насколько они могут быть приятными или сложными. Мы привносим в работу свою чистую любознательность и позволяем ситуации протекать с той скоростью и на таких условиях, которые присущи ей самой. У отпускания нет иного намерения, кроме как сделать нас глубоко и разумно открытыми к непосредственно происходящему – а этот жест требует гибкости, бдительности и изящества.

Возможно, «отпускание» выглядит как своего рода хвалёное «мысленное отключение» от ситуации. Мы очень занятые люди. У нас бесконечные списки дел, которые нужно выполнить, и в них мы не найдём этого слова. Мы можем дать себе волю в свободное время или на выходных. Во время отпуска мы можем покататься на велосипеде или «остановиться, чтобы насладиться благоуханием роз». Как это ни удивительно, но отпустить себя на работе – далеко не то же самое, что позволить себе минутную передышку, чтобы ощутить пьянящий запах жизни. В некоторых случаях отпускание становится вопросом жизни или смерти.

Различие между выздоровлением и катастрофой зачастую определяется способностью врача быть полностью внимательным при постановке диагноза. Обнаружение с виду небольшой царапины или необычной дозы лекарств в рецепте может возбудить интерес врача, заставить его лучше присмотреться и обнаружить надвигающиеся проблемы со здоровьем. Медиков обучают отказываться от своих знаний в той же мере, сколь и полагаться на них; открытость к изменчивости обстоятельств – во многом прерогатива медиков. Есть и другие профессии, где жизненно важно умение отпускать предубеждения и целиком присутствовать в изменяющихся обстоятельствах: это профессия авиадиспетчера, пожарного, сотрудника скорой помощи, учителя.

На самом деле развивать в себе способность отпускать ситуацию совершенно необходимо, независимо от того, какой работой мы занимаемся, если мы планируем работать в полную силу. Все мы, к примеру, обладаем способностью говорить или делать в определённый момент именно то, что нужно, или же генерировать полезные идеи, казалось бы, из пустоты. Хотя эта способность и дана нам от природы, её также необходимо развивать. Как почти всё прекрасное и плодотворное, наша способность отпускать и просто быть наделена собственной присущей ей силой, однако она также нуждается в уважении, заботе и внимании.

В буддизме естественная способность «отпускать» развивается благодаря медитации памятования-осознанности, или сидячей медитации. Традиционно под «сидением» понимается конкретный момент, когда мы обнаруживаем равновесие между движением куда-то и одновременным пребыванием где-то, как при управлении велосипедом. В сидячей медитации мы стремимся достичь чего-то – развить спокойствие ума и открытость сердца – отпуская свои непрерывные словесные репетиции и целиком пребывая в текущей ситуации. Мы узнаём, что можем управлять текущим моментом без «стабилизатора» в виде сюжетов и предубеждений. Во время медитации мы сотни раз отпускаем свою внутреннюю болтовню – непрестанно, снова и снова. Со временем мы обнаруживаем, что в нашем усилии присутствует одновременно живое и естественное равновесие; простое и труднодостижимое. Подобно тому, как ежедневные тренировки спортсмена играют решающую роль в том, как он выступит на корте или беговой дорожке, регулярная медитация закладывает основу для достижения равновесия усилий и сохранения этого состояния в рабочей обстановке.

Когда мы начинаем регулярно заниматься практикой медитации, то замечаем, что в самой нашей жизни отпускание происходит достаточно легко. Всё, что нам нужно сделать, – обратить на это внимание. Мы можем спешить утром на работу, спускаясь в многолюдную подземку или двигаясь в плотном дорожном трафике. Обыкновенно мы поглощены мыслями о предстоящем дне: возможно, мы думаем о предстоящем производственном совещании, о том, как завершить отчёт или встретиться с менеджером. И вдруг неожиданно, без всякой конкретной причины, мы обращаем внимание на человека, сидящего в поезде напротив нас. Всего пару секунд мы медлим, замечая галстук нашего соседа и то, с какой заботой накрахмалена его рубашка. Мы замечаем, как двигаются окружающие нас люди: некоторые из них смотрят на часы, другие читают газету, третьи несутся вниз, на станцию, или к выходу. Мы отпускаем свой внутренний диалог и обнаруживаем, что упиваемся настоящим моментом в его полноте и глубине, осознавая – на краткое, живительное мгновение, – что мир за рамками наших забот невероятно открыт.

Постепенно мы начинаем устанавливать тёплые отношения с этой простой способностью отпускать и полностью присутствовать где-то. Обнаруживается, что если мы слишком сильно пытаемся что-то отпустить, само это усилие нас отвлекает; мы слишком быстро его навязываем себе, слишком сильно стараемся. Или же может оказаться, что когда мы забываем про отпускание, скажем, в течение нескольких дней, то начинаем слишком полагаться на то, что «выедем» на дисциплине эмоций, а потому чувствуем тревогу или стресс. Со временем, практикуя сидячую медитацию и полностью пребывая в настоящем, мы обнаруживаем, что приглашаем в свою жизнь мир – а это, в сущности, разумный и полный уважения жест. Как и в случае с другими приглашениями, мы не можем принудить гостя прийти; мы просто отворяем свою жизнь, оставаясь открытыми к тому, что появляется в настоящий момент – что бы это ни было.