Майндсайт. Новая наука личной трансформации - Дэниэл Дж. Сигел

Я проснулся накануне нашей следующей встречи, и у меня в голове крутилась одна из любимых песен – Carolina in My Mind[49]Джеймса Тейлора, но с несколько измененными словами:

Моим сознанием управляют зеркальные нейроны.

Неужели ты не можешь просто почувствовать намерение?

Неужели ты не можешь просто почувствовать эмоции?

Как это знакомо: подкрадываться сзади,

Потому что моим сознанием управляют зеркальные нейроны.

Между нами – множество людей.

Может быть, мы сейчас на темной стороне дороги,

И кажется, что так будет вечно.

Тебе нужно меня простить,

Потому что моим сознанием управляют зеркальные нейроны.

Я не собирался делиться с Дениз и Питером моими музыкальными озарениями, но эти слова подсказали мне направление движения.

Я уже упоминал, что зеркальные нейроны похожи на антенны, улавливающие информацию о намерениях и чувствах окружающих, создающие эмоциональный резонанс и заставляющие копировать поведение других (см. главу 3,раздел «Мозг: инструкция пользователя»). Мы имитируем людей автоматически, спонтанно, без какого-либо осознанного усилия с нашей стороны. И мне кажется, что «множество людей», из-за которых мы оказываемся на «темной стороне дороги», – это неблагоприятное воздействие наших ранних отношений, затеняющее или искажающее внутренние «зеркала».

Система зеркальных нейронов «учится» на том, что соединяет наше внутреннее состояние и наблюдаемое нами у другого человека. Объяснив это Дениз и Питеру, я попросил подумать, как их индивидуальный опыт повлиял на реактивное состояние, часто испытываемое ими по отношению друг к другу. Я поделился своим удивлением при личной беседе с каждым из них относительно того, что они не только воспринимали мои слова, но и открыто признавали положительные качества партнера. Но все рушилось, когда они оставались вдвоем. «Может, нам стоит жить по отдельности», – съязвила Дениз. Она широко улыбнулась в первый раз за время наших консультаций.

Факт, что она сказала «нам», являлся хорошим знаком. Я заметил, что она редко говорила «мы» о себе и Питере, и любопытствовал, мыслит ли она вообще в таких терминах. Избегающий тип привязанности снижает важность связи с другими и блокирует передачу сигналов из правого полушария. А ведь это те самые сигналы, которые использует система зеркальных нейронов, чтобы симулировать другого человека внутри нас и создать нейронную карту взаимосвязанного ощущения «я». Так мы обладаем собственным «я» и одновременно оказываемся частью «мы». У Дениз такая способность была слабо развита.

А как обстояло дело с зеркальными нейронами у Питера? Он появился на свет с готовностью взаимодействовать с людьми и связывать увиденное у них с тем, что он делал и чувствовал сам. Но что если «другие» только иногда желали взаимодействовать и реагировали понятно, а чаще всего их не оказывалось рядом или они и вовсе вторгались во внутренний мир Питера, озадачивая его своим поведением. Такая ненадежность отразилась на том, как Питер видел других людей и собственное сознание, и даже повлияла на самопознание. Проще говоря, его внутреннее «я» оставалось в постоянной растерянности.

Судя по тревожному нарративу, в детстве у Питера сформировалась амбивалентная привязанность, поэтому впоследствии его система привязанности пребывала в непрерывном возбуждении. Тревоги бесконечно ввергали Питера в реактивное состояние. Здесь ли находятся взрослые, к которым я привязан, чтобы успокоить и защитить меня? Могу ли я рассчитывать, что они будут видеть меня и оберегать? На основании такого опыта мозг Питера оказался предрасположен к тому, чтобы особенно проблемно реагировать на депрессию матери и скрытую грусть из-за смерти отца. Питер понимал, что нельзя было ничего исправить, и весь этот опыт стал частью его имплицитных воспоминаний.

Согласно исследованиям, мозг людей с амбивалентной привязанностью более чувствителен к негативным впечатлениям: миндалевидное тело в лимбической системе быстрее реагирует на озлобленные лица{29}. Чувствительность Питера к враждебности жены прекрасно иллюстрировала данную особенность. Также ученые выявили, что у людей с избегающей привязанностью каналы социального вознаграждения на самом деле менее восприимчивы, например, к улыбающимся лицам. Это помогает понять, почему Дениз так противостояла даже положительным попыткам Питера установить связь. Если бы Дениз и Питер убедились, что их отличия отчасти обусловлены разной чувствительностью мозга, они бы перестали постоянно винить во всем друг друга.