Астральные путешествия - Денис Лобков

«В суфизме психоэнергетическое обучение строится таким образом, что каждый ученик – в зависимости от своих индивидуальных особенностей, меры осознавания – получает от шейха особые задания и упражнения. В то же время шейх проводит и групповые психоэнергетические тренировки» (Анни Безант, «Древняя мудрость»).

На начальных этапах психоэнергетической практики шейх предлагает множество разнообразных упражнений для развития способности к концентрации, для остановки непрерывного потока мыслей и достижения «ментальной паузы», проводится и работа с образными представлениями. Затем начинается использование различных психофизических упражнений: ритмичных движений под музыку, суфийских кружений и т. д. Использование всего этого арсенала средств дает прекрасный очищающий эффект, развивает энергоструктуры организма (в частности, чакруанахату).

«Некоторые из этих упражнений вызывают «тонкую настройку» тела, ума и сознания, приводя практикующих к экстатическому состоянию, называемому суфиями халь. Выделяют различные виды халя. Наиболее часто подвижник обретает такие виды этого состояния, как: курб – ощущение близости бога, махабба – ощущение горячей любви к богу, хауф – глубокое раскаяние, шаук – страстный порыв к богу и т. д.» (Анни Безант, «Древняя мудрость»).

Поясним, что представляют собой некоторые такие практики.

Танцы дервишей, например, требуют от участников абсолютного раскрепощения тела и достижения полной «ментальной паузы». На фоне этой раскрепощенности и медитативной настройки сознания на восприятие творца – возникают гармоничные «спонтанные» движения. Они не планируются, не задаются от ума, а приходят как бы самопроизвольно. Как правило, танцы дервишей проводятся с использованием медитативной музыки или медитативных напевов. Это дает соответствующий настрой всем танцующим и приводит подготовленных участников к состоянию халь.

Еще одна интересная техника – суфийское кружение. Оно позволяет вывести сознание из головных чакр, что способствует вхождению в состояние халь. Существуют различные модификации этой техники. Кружение может осуществляться под музыку или без таковой, с использованием мантр, без определенной концентрации или с концентрацией в тех или иных энергоструктурах организма. В последнем случае кружение может способствовать их развитию и совершенствованию.

На «зрелых» ступенях тариката проводится интенсивная работа по развитию, совершенствованию энергоструктур организма. Если пользоваться индуистской терминологией, речь идет, в частности, о чакрах и нади (меридианах). При этом особый акцент делается на развитии анахаты – чакры, отвечающей за продуцирование эмоциональной «сердечной» любви.

«Одна из техник такого рода – медитация смеха. Ее участники ложатся на спину и полностью расслабляются. После медитативной настройки они помещают одну из рук на область анахаты, другую – на область муладхары, активируя эти чакры. Затем присутствующие начинают проводить сквозь организм волны мягкого, легкого света-смеха (от муладхары – к головным чакрам). Медитация смеха имеет очищающий эффект и способствует развитию и совершенствованию чакр, срединного меридиана, если, конечно, проводится на должном уровне тонкости» (Анни Безант, «Древняя мудрость»).

В некоторых орденах, братствах во время психоэнергетических тренировок исключительное значение придается музыке, пению. Считается, что музыка – пища души (гиза-и-рух) – одно из очень сильных средств, способствующих духовному прогрессу. Широко применяется музыка, побуждающая тело к «спонтанным» движениям (тараб), способствующая вхождению в глубокие медитативные состояния (саут) и т. д. В ряде орденов и братств введено ежедневное слушание музыки, коллективные занятия с вокальным исполнением мистических стихов (сама), экстатические танцы под музыку и многое другое.

Эффективность всех этих техник достигается, в том числе, за счет того, что медитативная работа проводится не только с использованием неподвижных положений тела, но и на фоне движений.

Благодаря комплексному использованию различных методов происходит задействование сразу нескольких «центров» организма человека: эмоционального, двигательного, интеллектуального. Слаженная, сгармонизированная работа «центров» открывает возможности для быстрого изменения психоэнергетического состояния учеников.

Кроме обычных методов, в суфизме существуют и «скоростные» техники духовного развития. Посредством этих секретных техник мюрид может совершить очень быстрое продвижение. Они применяются только к тем, кто имеют уже достаточно высокую психоэнергетическую готовность.

Суфийская медитативная традиция очень богата и разнообразна. В ней накоплен колоссальный опыт работы с телом, умом, сознанием. В этой древней традиции разработаны и пути познания ваджада (в индуистской терминологии – самадхи), и техники для достижения правильной «кристаллизации» сознания в высших пространственных мерностях, и приемы для освоения фана-фи-Аллах.

В суфизме – много самобытного и оригинального. Но, несмотря на это, прослеживается его поразительное сходство с духовными традициями других лучших мировых религиозных школ и направлений – сходство целей, путей их реализаций и даже методик. Это может свидетельствовать только об одном: о том, что в основе суфизма и исихазма, даосизма и буддийского мистицизма, классической индуистской йоги и пути мексиканской школы Хуана Матуса, а также некоторых других направлений – лежат одни и те же закономерности духовного развития. Они лишь по-разному реализуются в тех или иных культурно-исторических условиях. Поэтому всегда находятся люди – вне зависимости от их принадлежности к той или иной духовной традиции – которые с успехом следуют по суфийскому пути.

Еще одно понятие, пришедшее к нам из буддизма – это «нирвана» (остывание, угасание, затухание), одно из центральных понятий индийской религии и философии. В буддизме оно означает высшее состояние вообще, конечную цель человеческих стремлений, выступая, с одной стороны, как этико-практический идеал, с другой – как центральное понятие религиозной философии.

Буддийские тексты не дают определения термина «нирвана», заменяя его многочисленными описаниями и эпитетами, в которых нирвана изображается как противоположное всему, что может быть, и потому как непостижимое и невыразимое. Нирвана, выступая, прежде всего, как этический идеал, предстает как психологическое состояние законченности внутри бытия перед лицом бытия внешнего, абсолютной от него отрешенности. Это состояние означает негативно отсутствие желаний, позитивно – некое не поддающееся расчленению слияние интеллекта, чувств, воли, которое предстает с интеллектуальной стороны как истинное понимание, с нравственно-эмоциональной – как нравственное совершенство, с волевой – как абсолютная несвязанность, и в целом может быть охарактеризовано как внутренняя гармония, согласованность всех наличных способностей, делающих необязательной внешнюю деятельность. Одновременно это означает не утверждение собственного «я», а, наоборот, – раскрытие его реального несуществования, так как гармония предполагает отсутствие конфликта с окружающим, установление шунъи (в частности, отсутствие противостояния субъекта и объекта). Нирвана являет собой определенный уход от обычных человеческих ценностей (благо, добро), от цели вообще и установление своих ценностей: с внутренней стороны – это ощущение покоя (блаженства – в отличие от счастья как ощущения движения), с внешней – состояние абсолютной независимости, свободы, означающей в буддизме не преодоление мира, а его снятие. Поскольку снимается само противопоставление жизни и смерти, споры о том, является нирвана вечной жизнью или уничтожением, оказываются лишенными смысла.