Клуб счастливых жен - Фон Уивер

Потом, ужасно смущаясь, я извинилась и призналась, что мне надо бежать. На этом наш разговор закончился.

– Это была сама Кристин Карлсон! – объявила я Киту, который продолжал наслаждаться «театром одного актера», который я ему тут устроила.

Я поцеловала его и побежала к машине. Выезжая на трассу, я позвонила Шелине:

– Не беспокойся по поводу поисков общих знакомых с Кристин Карлсон. Она уже нашлась.

* * *

– Мне кажется, что мы совсем немного пробыли дома. А надо опять уезжать, – сказала я Киту, когда мы катили чемоданы к такси, направляясь в аэропорт. Нам еще даже не удалось разобрать все вещи по возвращении из Южной Америки. Пришлось срочно выгружать одежду, еще пахнущую Буэнос-Айресом.

Я, как можно догадаться, устала от кочевой жизни. С каждой поездкой утомление накапливалось все больше. И все же мне приятно было сознавать, что я выложилась по полной, собирая информацию о счастливых женах. А еще мне казалось, что весь обретенный мною во время встреч в разных странах опыт сейчас по-особому раскроется в общении с моей нынешней героиней. Интервью с Кристин должно стать кульминацией всего процесса подготовки книги.

Мы решили остановиться в отеле Palace в Сан-Франциско. Я там уже жила, когда Кит делал мне предложение. Поясню: во время того судьбоносного путешествия мы находились в разных гостиницах. Он хотел, чтобы я почувствовала себя королевой, и снял мне номер в Palace, а сам довольствовался отелем Westin поблизости. Понимаю, в наши дни кажется странным, что молодая пара во время романтической поездки живет порознь. Но я еще до того, как встретила Кита, дала обет Богу, что сохраню девственность до свадьбы. Тогда я была совсем еще юной девушкой, почти подростком (история о том, как я старательно избегала секса до брака, потянет на отдельную книгу, причем гораздо более смешную, чем эта).

Так или иначе мы остановились не просто в разных комнатах, а в разных гостиницах, что, учитывая мой обет воздержания, было самым надежным вариантом.

Тогда я еще не знала (но скоро выяснила), как нелегко моему любимому дались те несколько заветных слов: «Я живу тобой одной. Окажи мне честь, стань моей женой».

Я, в общем, уверена, что он не собирался говорить стихами. Кит из тех, кто не дружит с рифмой. Но так или иначе именно эти слова слетели с его губ, и для меня они звучали, как самая лучшая в мире поэзия.

Мне всегда нравился фильм «Красотка». Прежде чем вы удивленно вскинете брови и вынесете вердикт «Как примитивно!», хочу объяснить, чем он мне так дорог.

Приходится оправдываться, потому что всякий раз, когда Кит рассказывал незнакомым со мной людям о том, как он делал мне предложение, фраза «Фон любит кино“ Красотка”» вызывала у людей недоумение. Так вот, «Красотка» – это фильм об искуплении, о спасении человеческой души. Героиня загнала себя в угол. Ее образ жизни не доставлял ей радости, она жестоко страдала от него. Но, в конце концов, узнав себе реальную цену, она уже не могла вернуться к прежнему существованию. Она не готова была на компромиссы. Или все, или ничего. Мне очень по душе эта история.

Кит смотрел этот фильм множество раз и знал наизусть каждый кадр. Он попытался воссоздать его для меня. Мой будущий муж хотел, чтобы его предложение руки и сердца и начало нашей совместной жизни стали прологом к моему спасению.

Он повез меня в Сан-Франциско и до мелочей распланировал наше пребывание там. Конечно, он не мог арендовать для меня частный самолет, как это сделал Ричард Гир для Джулии Робертс в одной из самых запоминающихся сцен фильма. Но он купил дорогие авиабилеты и ухитрился сделать так, что я до последнего момента не знала, куда и зачем лечу и что в его сумке припрятано кольцо.

Герои фильма ходили в оперу, а Кит собирался сводить меня на мюзикл «Призрак оперы». Но, увы, это была как раз последняя неделя его проката в Сан-Франциско и билеты совершенно невозможно было достать. Пришлось подыскивать запасной вариант – им стал бродвейский мюзикл «Сорок вторая улица». Но перед этим был еще один пункт программы.

Кит оставил меня в моей гостинице, а сам отправился заселяться в свою. Он дал мне на то, чтобы отдохнуть и переодеться, всего двадцать минут. Меня, признаться, тогда не устроил столь напряженный график. Я капризничала. По правде говоря, мне хотелось немного поспать. Предыдущий день был напряженным: это был мой день рождения, и Кит водил меня в ресторан. А сегодня я рано встала, потому что у нас был утренний рейс.

Однако Кит заявил, что нытье и жалобы отменяются. Он был категоричен:

– Никакого дневного сна. Немного отдохнешь, а потом я за тобой зайду.

Я знаю, что обычно он мягок и уступчив, поэтому догадалась, что он что-то задумал и ему действительно нужно, чтобы я побыстрее собралась.

Он взял напрокат машину, в которой я обнаружила три вещи: карту города (сейчас мы уже забыли, как жили без смартфонов, в которые можно загрузить любую карту посредством GPS), магнитофон (они тоже ушли в прошлое) и пакет сандвичей Subway. Занятный набор, не правда ли?

Через несколько минут мы влились в поток машин и, преодолевая пробки, направились к парку у моста Золотые Ворота. Там Кит осмотрелся, и я увидела, что он огорчен.

– Знаешь, здесь как-то очень много народу. Давай поищем другое место.

Ну, тут мне уже почти все стало ясно. Он не дал мне поспать, спешил к мосту, а приехав, говорит, что надо поискать более уединенный уголок.

Кит протянул мне карту и попросил:

– Дорогая, попробуй, пожалуйста, найти какой-нибудь парк поблизости.

Я стала искать глазами зеленые зоны.

– Вот есть кое-что.

И указала на Форт-Пойнт, небольшой сквер рядом со старинными казармами, выходящими все к тому же мосту Золотые Ворота. Туда мы и направились.

Припарковавшись, Кит подхватил пакет с бутербродами, портативный CD-плеер, взял меня за руку и повел по пустой аллее. На одной из полян был невысокий стог сена. Мы взобрались на него и пообедали сандвичами и чипсами, запив их водой. Он включил музыку, и я услышала специально сделанную им подборку моих любимых песен в исполнении Гарта Брукса, Мартины Макбрайд и Фэйт Хилл. Потом он пригласил меня на танец. Мы медленно кружили под песню Ли-Энн Уомак I Hope You Dance[55]. Тут он увидел какую-то пару метрах в двадцати от нас.

– Милая, я сейчас попрошу их сфотографировать нас, – и он бросился к ним.

Через минуту Кит вернулся с вместе с прохожими. Мужчина уже держал в руке наш фотоаппарат. Тогда Кит встал на одно колено и произнес слова, которые до сих пор эхом звучат в моем сердце.

– Ты моя жизнь. Ты моя любовь. Ты моя опора.

Позже я выгравировала их на его обручальном кольце.

В его глазах стояли слезы. Он еще не успел подняться с колен, а я уже ответила «да». А что еще я могла сказать?