Похождения Трусливой Львицы, или Искусство жить, которому можно научиться - Михаил Литвак

Что он постоянно чувствует? Принуждение со стороны начальства. И отсчитывает минуты от начала рабочего дня до его завершения. Будто труд нужен не ему самому, не ради его собственного развития, а какому-то образу начальника. Причем не важно, какую должность человек занимает. Наемный клерк или наемный директор. Ответственность разная, а вот чувство, что тебя принуждают, – почти одно и то же. Или обратная сторона так называемых работоголиков – страх остаться наедине с собой и своими мыслями. Страх остановиться в работе. Нет, не в своем развитии. А в выполнении каких-то задач. Неважно каких – лишь бы что-то делать. Лишь бы не думать. Странно? Как это – директор не думает? А вот так: на его должности и с его опытом мысли, планы, прибыли, бюджеты и прочее – уже механическая работа. А другие мысли – о своей роли в мироздании, о смысле жизни – допустить в свою голову страшно.

Я обратила внимание на несколько радиоволн, которые слушаю за рулем машины. И ведущие, и слушатели в эфире говорят на одну тему: «понедельник – день тяжелый». Вторая тема – «как бы дотянуть до пятницы»… Все почти поголовно – несчастные люди, для которых их основная деятельность – каторга. НО печально то, что, работая под таким ярмом, большинство людей чувствуют себя комфортно. Почему? Все предельно ясно. Надо кое-как выполнять свою работу. Надо ворчать или открыто ругаться с начальством. И надо искать «расслабления» в каких-то увеселениях – в клубах, отпусках и пр.

Жизнь структурирована. Плохо живется? Да. Но нет тревожности от неизвестного. Когда же такого шаблонного человека судьба отправляет в свободное плавание, происходит страшная ломка, которую выдерживают не все. Почему? Ругаться не с кем. Критиковать некого. В качестве того, кого ругал, – ты сам. И тебе уже самому приходится управляться с подчиненными, в роли которых был раньше. Необходимо решать вопросы с внешними структурами. Планировать. Но самое трудное то, что ТЕБЯ УЖЕ НИКТО НЕ ПРИНУЖДАЕТ! ТЕБЕ НЕ НАДО КАЖДЫЙ ДЕНЬ ЯВЛЯТЬСЯ К 9 И СИДЕТЬ ДО 17. Ты волен приходить или не приходить. Работать сутками или забить на все. Один «маленький» нюанс: ты сам отвечаешь, провалишься ты в своем свободном плавании или нет.

* * *

Проснулась в состоянии тревоги и нежелания что-либо делать. Первый день на работу идти не надо. Надо заниматься новым планированием. А я не хочу заставить себя встать с кровати и начать что-то делать, потому что это означает очередное волевое усилие (насилие) над собой. Хочется заснуть, забыться, уйти от повседневных тревог и страхов. Непонимание себя, поселившееся в душе, бросает меня из довольства и восхищения собой в полное самоуничтожение и неверие в собственные силы.

Я сейчас чувствую, с одной стороны, что утратила способность распоряжаться собственной жизнью. Мне хочется, чтобы кто-то, в данном случае Коля, взял ответственность за мою дальнейшую судьбу. Одновременно надо мной довлеет навязчивая идея независимости. Испугалась перспективы установления брачных отношений и испытываю удовольствие оттого, что живу одна. Это дает мне иллюзию какой-то самостоятельности. Тогда как на самом деле я очень во многом полагаюсь на Колю, на М.Е. и при этом панически боюсь отвержения с их стороны.

В моей жизни сейчас истинными являются не те хорошие жизненные обстоятельства, которые меня окружают, а мой тревожный и страшный внутренний мир. Я переношу свои тревоги на окружающих меня людей и начинаю и бояться их, и ненавидеть, и завидовать им. Больше всего я паникую от чувства безысходности. Шесть лет! А мой «огурец» ОПЯТЬ оказался несоленым! ( Это образ, придуманный М.Е.: в психотерапевтической группе – рассол, а мы все – огурцы. Рано или поздно – просолимся. ) Ведь было уже здорово! Год назад, полтора года! Что же случилось? Почему у меня такой откат, будто я и не занималась вовсе? ( Просто это болезнь профессионального роста, которая всколыхнула нерешенные внутренние конфликты. Я перехожу на новый уровень – уровень собственника и первого лица. Здесь другая ответственность. Вот я ее так тяжело и переживаю. ) (Все предельно ясно и закономерно. Для того чтобы подняться выше, нужно спуститься с той вершины, на которой сейчас стоишь. Но если не спустишься с этой вершины, то и не поднимешься на новую. Чем хорош кризис? Он сталкивает тебя с твоей кочки. Приходится карабкаться вверх. Еще Ницше говорил: «Стоящего подтолкни». Одну мою ученицу враги (?) лишили ее скудного стабильного заработка. Я за нее обрадовался. Теперь у нее 7 магазинов. Но вначале плакала. Понятно, что я обрадовался за Трусливую Львицу. Попадет в бурную реку – выплывет. И какая разница, умеешь ли ты плавать или нет. Правда, над собой, да и надо мной поиздевается. Но я-то не дам себя в обиду. – М.Л.)