Сон разума или иная реальность - О. Странник

Появлению науки об осознанных сновидениях способствовало множество факторов. Очень значимы были исследования в области физиологии сна в 50—60-е годы, это подготовило почву и возбудили интерес общества к осознанному сновидению.

Одним из самых важных событий была публикация в 1968 году книги Селии Грин "Осознанные сновидения". В основу этой книги были положены случаи, собранные Институтом психофизических исследований, возглавляемым Селией Грин. Десять лет спустя Селия Грин все еще могла заявить (и в ее заявлении была доля истины), что осознанные сны всерьёз не изучались никем. Одной из причин, по которым наука не занималась углубленным изучением этого предмета, был интерес к нему парапсихологов, магов и «контактёров», который обеспечил осознанному сновидению вполне определенную репутацию и поставил его в ряд с летающими тарелками, привидениями, телепатией и столоверчением. Повышенный интерес парапсихологов к Осознанным Сновидениям, как всегда, – когда шарлатаны в шумливой суете невежества, берутся что-либо «объяснять и изучать» – сильно замедлил изучение феномена. Но, к счастью, мода «на сновидения» у «медиумов» прошла. Ничего не открыв, не объяснив – эта публика переключилась на более доходные занятия.

К проблеме Осознанного Сновидения вернулись специалисты. В 1976 году д-р Грин сделала следующее красноречивое заявление: «Что до осознанного сновидения, то думается, что сама парадоксальная природа данного феномена подводит нас к резонному заключению о его чрезвычайном интересе. Можно предположить, что небезынтересными окажутся сведения о том, каково нейрофизиологическое состояние человека, ум которого находится в состоянии рациональной активности в то время, как сам он (по физическим параметрам) пребывает в состоянии сна. Если бы это состояние в точности соответствовало состоянию того, кто просто спит и видит сны, это выглядело бы странно, но интересно. Если бы они отличались, то характер отличий мог бы пролить свет на истинную природу сна и умственной деятельности».

Книга Селии Грин содержала самый широкий обзор всей доступной литературы по данной теме. Кроме того, изложение предмета было выдержано в довольно строгом научном стиле. Несмотря на это, в научном мире книга была принята холодно, а её сухой академический стиль явился основным фактором, ограничившим успех у широкой публики. Но свою роль она все же сыграла, стимулировав интерес к осознанному сновидению у тех людей, которые приложили впоследствии немало усилий к разработкам в этой области.

Вышедшая в 1969 году в США книга Чарльза Тарта «Измененные состояния сознания» вызвала ещё больший резонанс, чем книга Селии Грин. В антологии Тарта были перепечатки 35 статей на разнообразные темы, среди них – гипноз, осознанные сновидения, медитация, психоделики. Здесь были все основные сведения, имеющие отношение к теме на период до конца 60-х годов. Эта книга явилась стимулом в развитии интереса к широким возможностям измененных состояний сознания. Тарт оказал неоценимую услугу всему следующему поколению исследователей, поскольку в нем вводился термин «lucid dreaming» (люцидное – осознанное сновидение) и объяснялся его смысл.

Толчком к пробуждению широкого интереса к «осознанным сновидениям» послужила популярная книга Энн Фарадей, изданная в начале 70-х годов. «Это замечательное состояние сознания, – пишет она, – на мой взгляд, является одной из самых чудесных граней человеческого опыта». Фарадей была уверена, что осознанные сновидения обусловлены стремлением к самоинтеграции в состоянии бодрствования, и утверждала, что «… это состояние сознания, с его ощущением потусторонности, – одна из самых высоких наград в игре в сновидения, которую вы начинаете получать вместе с навыками этой игры все чаще, по мере роста вашего самосознания».

Впрочем, существует еще один автор, чьи книги оказали значительное влияние на формирование существующего ныне интереса к осознанному сновидению. Это – Карлос Кастанеда. Являются ли его занимательные и крайне популярные у определённой части публики, произведения невыдуманными «историями» или «исторической выдумкой», как то заявляют их многочисленные почитатели и противники, – вопрос сложный. В некоторых из них упоминается необычное состояние сознания, удивительно напоминающее осознанное сновидение. Кастанеда называет его «сновИдением». И, возможно, он не единственный, кто задавался вопросом – каким же образом в разговорах определилась разница между «сновИдением» и «сновидением» – курсив напечатать можно, но как его произнести? Может, дело в том, что «Карлос» и «дон Хуан» не тратили время на разговоры об обычных снах? Так или иначе, «очарование» его книг многих подвигло на знакомство хотя бы с идеей осознанных сновидений, хотя может быть, и не важно, каким шрифтом Кастанеда выделил этот тип снов.

Говоря о теме ОС у Кастанеды приходит в голову известный эпизод из "Путешествия в Икстлан", в котором персонаж по имени дон Хуан предлагает персонажу по имени Карлос найти свои руки во сне, якобы для того, чтобы таким образом получить контроль над сновидением. Учитывая, что Карлос был выведен полным идиотом («идиотом» не в истином значении этого слова, а в современном) указание искать свои руки во всех мыслимых местах, возможно, и пошло ему на пользу. Для большинства же других будущих сновидцев попытка найти свои руки может помочь только в качестве признака сна; в самом же осознанном сновидении созерцание своих рук – отнюдь не самое интересное занятие. У антрополога Кастанеды много намешано в его «философии» – от идеологии нацизма до перевёрнутого буддизма. И здесь он только в качестве одного из примеров (ОС), не более. Пример сна не самый удачный, скорее надуманный.

Один мой знакомый (этноботаник) высказал занятную мысль, что судя по описанию флоры и фауны, встречавшихся Карлосу в Сонорской пустыне, несложно заключить, что антрополог Кастанеда никогда там не был. Во всяком случае, пустыня, которую описывает Карлос, – это не Сонорская пустыня. Аналогично, читая приводимые Карлосом описания мира сновидения, я сомневаюсь, а видел ли он осознанное сновидение на самом деле? Но вернёмся к нашей теме.