Клуб счастливых жен - Фон Уивер

В ее списке значилось все то, о чем говорили и другие опрашиваемые: уважение и доверие друг к другу, правильный, ежедневно подпитываемый настрой на счастливую жизнь, работа над отношениями. Но на двух моментах она остановилась подробнее.

– Тем, кто живет вместе, важно определить, чего они хотят от жизни, – начала она объяснять несколько неловко, с трудом подбирая английские слова. – Не знаю, как это говорится – valores…

– Ах да, цели, – подсказала я, чуть позже поняв, что она имела в виду ценности.

– Да-да, цели – это важно. А еще нужно всегда желать лучшего для своей половины. Проблемы есть и будут, – продолжала она. – Такова жизнь. Брака без конфликтов и столкновения интересов не бывает. Надо хотеть быть с супругом; радоваться его присутствию рядом.

Она путалась, подыскивала правильные выражения, но я совершенно четко понимала, что она хочет сказать.

– Иногда обдумываешь какую-то проблему и решаешь: «Завтра скажу то-то и то-то». Но если начинаешь злиться, все из головы вылетает. Это тоже важно – уважать свою половину.

Любые отношения проходят через период испытаний. Эстреллита и Марио настаивали на том, чтобы я записала эту ключевую мысль. Они хотели удостовериться, что я не представлю их совместную жизнь как сплошную идиллию.

– Трудности надо преодолевать совместными усилиями, – увещевала нас с Китом Эстреллита, будто хотела, чтобы мы всегда следовали этому принципу в нашем браке. – Но в том-то и дело, что многие пары не желают вместе бороться с проблемами. Они предпочитают бороться друг с другом.

– Нынче все ждут… – Марио собирался что-то сказать, но тут же остановился, думая над тем, как сформулировать свою мысль по-английски. Жена помогла ему с переводом. – Так вот, люди, когда женятся, думают: «Если не сложится, я уйду». Так нельзя говорить! Это нехорошо! – он повысил голос, пытаясь акцентировать внимание на том, что сейчас произнесет. – Надо бороться, отстаивать брак!

– Cómo se dice, mamá?[45]– нежно спросил он Эстреллиту, когда пытался подобрать слова.

И продолжал, обращаясь к нам:

– У двоих часто возникают разногласия, – говорил он, а супруга подсказывала кое-какие слова. – У нас такое часто бывает. Но мы все обсуждаем и пытаемся вместе найти выход.

А иногда надо cerrar la boca[46], – заметил он со смехом и проиллюстрировал свою мысль. Приблизил большой и указательный пальцы друг к другу и провел ими вдоль губ, как бы запирая рот на замок-молнию.

– Иногда надо закрыть рот и молчать.

– Да, до поры до времени, – прибавила Эстреллита.

Эта замечательная, даже героическая женщина недавно решила брать уроки игры на скрипке. Каждый день ей приходится заниматься по два часа – вечером, с десяти до полуночи.

– Я еще только учусь, – скромно говорит она, будто это нечто совершенно обыденное. А ведь взяться за такое занятие в шестьдесят лет очень непросто.

Мы долго обсуждали, как сбалансировать личную жизнь, работу и семью. Эстреллита рассказала, что когда дети были маленькими, она старалась запланировать все консультации и операции на первую половину дня, чтобы вторую провести дома с семьей.

А три дня в неделю у нее вообще не было приема. Однако все равно иногда экстренная необходимость заставляла ее или Марио отправляться в клинику поздно вечером или в другое неурочное время.

Они начали совместную жизнь, не имея ни гроша за душой. Марио приходилось работать на двух работах, чтобы свести концы с концами.

– Его мать утверждала: «Да вы уморите себя этой работой!»

Эстреллита весело смеялась над непоколебимой уверенностью свекрови в том, что у детей ничего не выйдет и что им не удастся реализовать свои амбициозные цели. Но не на тех напала!

Ее родители были школьными учителями, а родители Марио – скромными служащими. Однако Марио с Эстреллитой хотели большего. Они выстроили свою судьбу сами, соединив усилия и создав прочную основу для нынешнего благополучия – своего и своих детей.

Правда, за это пришлось заплатить дорогую цену.

– Помню, как-то раз у нас с сыном вышел один разговор, – поведал глава семейства. – Марселло был тогда еще маленьким. Мы ехали куда-то в машине, и я спросил, кем он хочет стать, когда вырастет. «Я буду работать в банке», – ответил он. – «А почему?» – «У Даниэллы папа банковский служащий, и он проводит с ней много времени, а ты всегда на работе». Мне было тяжело это слышать.

Марио, конечно, работал более напряженно, чем жена. Его график был куда менее гибким. Нередко приходилось дежурить сутками – такова уж доля детского травматолога. Иногда Эстреллита с детьми ехала в больницу, чтобы семья могла вместе пообедать.

Нам с Китом было ясно, что эти двое трудились как слаженная, эффективная команда. Их партнерство позволяло им заботиться о благополучии семьи и не забывать о своих индивидуальных потребностях.

Мне, кроме прочего, было еще и очень интересно наблюдать за Китом. Это ведь наше первое совместное интервью. Казалось, он даже немного опьянел от новых впечатлений. Такое бывает, когда соприкасаешься с опытом долгой и счастливой жизни и в течение считаных часов беседы получаешь уроки, которые сам методом проб и ошибок усваивал бы в течение долгих лет. Глядя на моего любимого мужа в таких обстоятельствах, я сделала вывод, что не меня одну посещают во время этих встреч необычные ощущения.

Где-то вдалеке начали взрываться петарды. Вероятно, соседские дети решили устроить рождественский салют. Наш разговор на время прервался. Марио и Эстреллита на несколько минут удалились в кухню. Кит улыбнулся мне, а я – ему.

Тут вернулись хозяева. У них в руках было стеклянное блюдо с роскошным тортом. Он был украшен золотыми звездами и тончайшей шоколадной глазурью. Распевая песню (как я поняла, это было нечто вроде тех, что мы поем в честь дня рождения), они поставили торт перед Китом. В тот день мы отмечали очередную годовщину нашей свадьбы, но упомянули об этом лишь вскользь. Мы ведь приехали сюда ради них, а не ради себя. Именно их семья должна быть «в фокусе».

Тем не менее, так приятно, и они подготовили нам сюрприз!

В центре торта горела одна свеча, и нам предложили ее задуть. Кит немного смутился: он не любит, когда его персоне уделяют особое внимание. Я предложила ему самому сделать глубокий выдох и загадать желание (его день рождения прошел несколько дней назад). А сама откинулась на спинку стула и подумала: «Как мне хочется, чтобы все его мечты сбылись!»

Марио и Эстреллита, затаив дыхание, смотрели, как он гасит трепещущий огонек, а потом бурно ему аплодировали. Эстреллита разложила большие куски торта по тарелкам. Было сложно заставить себя есть: желудок еще помнил тяжесть лазаньи. Но я решила, что ничего страшного, пусть потрудится сегодня побольше. Хорошего не бывает слишком много.