Путь к процветанию. Новое понимание счастья и благополучия - Мартин Селигман

В Нидерландах, начиная с 1991 года, на протяжении девяти лет проходило наблюдение за 999 мужчинами и женщинами в возрасте от 65 до 85 лет. За это время 397 человек умерли. В начале наблюдения исследователи изучили их здоровье, образование, отношение к курению и алкоголю, историю сердечно-сосудистых заболеваний, семейное положение, массу тела, кровяное давление, уровень холестерина, а также степень оптимизма, которая оценивалась по результатам ответа на четыре вопроса (выражалось согласие по шкале от 1 до 3):

1. Я все еще многого ожидаю от жизни.

2. Я не заглядываю вперед и не думаю о том, что ждет меня в ближайшие годы.

3. Я все еще полон планов.

4. Я часто чувствую, что жизнь полна обещаний.

Пессимизм был очень четко связан с уровнем смертности {17}, особенно при прочих равных факторах риска. Уровень смертности от сердечно-сосудистых заболеваний в случае оптимистов составлял всего 23 % от уровня смертности среди пессимистов, для смертности по любым причинам – 55 %. Интересно, что эта защита характерна для оптимизма, в то время как ответы на вопросы, характеризующие ориентацию на будущее или на настоящее, такие как «Часто радостно смеюсь» (это лучше читать на голландском) или «Большую часть времени я нахожусь в хорошем расположении духа», не предсказывали уровень смертности.

В другом исследовании – медицинском опросе провинции Новая Шотландия (Канада) – при помощи группы медсестер была проведена оценка позитивных эмоций (радость, счастье, воодушевление, энтузиазм, удовлетворение) 1739 здоровых взрослых. В течение следующих десяти лет участники опроса с более высоким уровнем позитивных эмоций реже сталкивались с болезнями сердца – каждый балл по пятибалльной шкале позитивных эмоций означал меньшую на 22 % вероятность заболевания. Степень оптимизма не оценивали, так что у нас нет возможности определить, проявлялся ли через позитивные эмоции именно он {18}.

Влияние «голландского» оптимизма оказалось устойчивой тенденцией – для всей выборки большая степень оптимизма коррелировала с меньшим уровнем смертности. Эти результаты показывают биполярность эффекта: уровень смертности у оптимистов ниже, а у пессимистов – выше, чем в среднем по населению. Вспомните вопрос Пола Тарини: существуют ли ресурсы здоровья, которые укрепляют организм, ослабляя факторы риска? Исследование говорит, что оптимизм делает людей в их борьбе с сердечно-сосудистыми заболеваниями сильнее по сравнению со средними данными, и в то же время подтверждает, что пессимизм делает их слабее.

Может, истинный виновник – депрессия? В целом пессимизм довольно сильно коррелирует с ней, а сама депрессия, судя по результатам многих исследований, также коррелирует с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Вы можете спросить: а не связано ли влияние пессимизма на уровень смертности с развитием депрессии? Похоже, ответ – «нет», поскольку оптимизм и пессимизм оказывают влияние и при условии статистически постоянного уровня депрессии.