Теория когнитивного диссонанса - Леон Фестингер

Иногда большая группа людей придерживается определенного мнения, даже если в течение долгого времени сталкивается с систематическими свидетельствами его ложности. Диапазон масштабов для таких случаев широк, начиная от незначительных и кратковременных и заканчивая такими, которые можно назвать массовыми заблуждениями. Например, многие читатели наверняка знакомы с ситуацией, когда компания планирует пикник в воскресенье, невзирая на то что синоптики обещают в этот день дождь, и все уверяют друг друга в том, что прогнозы часто не оправдываются. Они даже могут отправиться на пикник, надеясь, что дождь не пойдет, хотя облака собираются. Эта вера, противоречащая фактам действительности, может поддерживаться до тех пор, пока дождь не пойдет. То же самое можно сказать об ученых, поддерживающих друг друга и теории, которые опровергаются все большим и большим количеством данных.

Я специально привожу столь прозаические примеры, чтобы подчеркнуть, что мы обсуждаем явления, свойственные людям с нормальным контактом с реальностью. Вклад реальности в систему знаний таких людей очень существенен, на нее оказывается давление, приводящее ее в соответствие с реальностью. Таким людям в принципе тяжело придерживаться мнений или суждений, противоречащих реальности. Каким же образом для таких людей возможно ее отрицание?

Представьте себе человека, у которого есть некоторое знание или убеждение, с одной стороны, очень важное для него, а с другой стороны, обладающее очень высоким сопротивлением к изменению. Это может быть система взглядов, очень глубоко проникающая в его жизнь и консонантная такому количеству когнитивных элементов, что ее смена вызовет огромный диссонанс. Или это может быть система когнитивных элементов, соответствующих очень важному поступку, совершенному человеком, или его деятельности, в которую он настолько себя вложил, что теперь изменить ее практически невозможно. Вообразите далее, что произошло некое событие, повлиявшее на этого человека и создавшее диссонанс с существующими знаниями. Если все попытки уменьшить диссонанс, приобретая новые когнитивные элементы, консонантные с первоначальным знанием, не приносят результата, следует ожидать, что человек попытается отрицать достоверность произошедшего события, повлекшего возникновение диссонанса. Однако это очень трудно сделать, если реальность убедительно и напрямую воздействует на индивида. К примеру, если человек шел под дождем и промок, ему будет очень трудно убедить себя, что это не так. Для большинства из нас факты реальности крайне убедительны.

Попытки снизить существующий диссонанс приведут человека к обсуждению истинности произошедшего события с другими людьми. Если человек, идущий под дождем, примется отрицать, что идет дождь (допустим, что знание о дожде вызывает у него очень сильный диссонанс), он может сказать своему спутнику, что это не дождь, а скорее всего ветер стряхивает с деревьев капли прошлого дождя. Его спутник, будучи восприимчивым к действительности, вероятно, не согласится с этим. Однако же, если он сам испытывает диссонанс в связи с фактом дождя, он тоже постарается поверить в предположение своего компаньона. Только в том случае, когда достаточно большое число общающихся между собой людей испытывает идентичный диссонанс, который не может быть снят более простыми способами, станет возможным поддерживать веру в то, что дождя нет. Если все так думают, возможно, его и на самом деле нет.