Невидимая нить. Встреча, которая изменила все - Лора Шрофф

Поэтому, когда Лора появилась передо мной, я задала себе такой вопрос: «Ее действительно волнует, чем мы занимаемся, или ей просто нужна работа?»

Я попросила ее прийти на второе собеседование, на котором спросила, что она считает в жизни важным. Она без колебаний ответила, что важными для нее является семья, друзья, верность тем, кто тебя окружает, а также то, что надо изменить жизнь к лучшему. Тогда я поняла, что Лоре не все равно. Она с энтузиазмом отнеслась к ценностям Ms. и прекрасно понимала, что нужно вдохновлять людей и говорить им, что они могут добиться большего и жить лучше. Вскоре после второго собеседования мы предложили ей работу. Она с энтузиазмом взялась за дело, с большой убежденностью начала работать с людьми из рекламной области и принесла в журнал много рекламы.

Но только через несколько лет я поняла, насколько удивительным человеком оказалась эта Лора.

Я ушла из Ms. и перешла работать в еще один новый и передовой для всей эпохи журнал – USA Today. Моей обязанностью в качестве руководителя отдела рекламы стала деятельность, способная помочь рекламодателям поверить в перспективы проекта новой и яркой национальной газеты, не привязанной к конкретному городу, то есть к формату, к которому страна еще не привыкла. Это была очень сложная задача, поэтому я должна была нанимать только тех умных людей, которым на 100 % доверяла. В этом списке имя Лоры стояло первым. Она снова присоединилась к нашему проекту и добилась феноменальных результатов, принеся в USA Today миллионы рекламных денег.

Но причина того, что я так ее высоко ценю, далеко не в этом.

За время общения мы стали не только партнерами по работе, но и друзьями. Мы вместе ели, обсуждали бой-френдов, делали покупки, в общем, делали все, что делают близкие подруги. Мы стали интересоваться жизнью друг друга. Неудивительно, что во вторник после празднования Дня труда Лора вошла в мой офис и рассказала, что с ней произошло за день до этого.

Я представить себе не могла, что эта история в будущем станет книгой. Я даже и не представляла себе, что этот эпизод ее жизни станет выражением ее внутренней сущности. В тот момент это была всего лишь одна из историй, которыми мы делились друг с другом. Если бы меня тогда спросили, то я бы ответила, что очень сомневаюсь, что мы станем обсуждать эти события через двадцать пять лет после их начала.

В тот день Лора рассказала мне, что она шла поблизости от своего дома в центре Манхэттена и ее остановил одиннадцатилетний мальчик и попросил мелочи. Она сказала, что у него были очень грустные глаза и что он был очень голоден. Лора рассказала, что сперва она прошла мимо него, но потом вернулась. И вместо того чтобы дать мальчику двадцать пять центов, она отвела его в «Макдоналдс» и накормила обедом.

Услышав эту историю, я очень удивилась. Я привыкла к тому, что на улицах города много попрошаек, и была уверена, что лично я бы никогда не остановилась, прошла мимо мальчика и больше о нем никогда бы не вспомнила. Я похвалила Лору за то, что она сделала. В тот вечер мы вместе обедали и более подробно поговорили об этом мальчике по имени Морис. Помню, что в тот вечер Лора была такой возбужденной, какой я ее еще никогда не видела. Несмотря на то что она только однажды встретила этого мальчика, ее очень волновала его судьба. Казалось, что что-то в этом мальчике затронуло ее до глубины души.

После того вечера мы еще неоднократно возвращались к разговору об этом мальчике. Чем больше Лора мне о нем рассказывала, тем лучше я понимала, почему она так тепло к нему относится. Но если честно, я далеко не всегда была уверена, правильно ли она поступает, принимая такое активное участие в судьбе этого мальчика и его не самой благополучной семьи. Я считала, что, принимая участие в его судьбе, она может подвергнуть себя опасности. Я не была уверена, что Лора понимает всю тяжесть ответственности, которую на себя берет. А что, если все это приведет к появлению зависимости Мориса от Лоры? Что, если этому ребенку, которого не любили и который рос в очень тяжелых условиях, нужно то, что Лора не в состоянии ему дать? Я обо всем этом говорила Лоре, упоминала о возможных подводных камнях и сложностях. Мне казалось, что мое мнение было голосом разума.

Однако очень скоро стало понятно, что в своих действиях Лора не руководствуется разумом. Она руководствовалась чувствами любви, убежденности и веры.

Поведение, а не слова Лоры убедили меня, что она не собирается оставлять Мориса на произвол судьбы. Постепенно я поняла, что Лора дает возможность Морису участвовать в своей жизни для того, чтобы научить его вещам, которые ему будут полезны в будущем. Она говорила мне, что, как бы ни сложилась ее собственная жизнь, какой успешной она бы ни стала, каким занятым ни был бы ее график и каким образом ни сложилась бы ее личная жизнь, она связана с Морисом на всю жизнь. Я знала Лору достаточно хорошо, чтобы понять, что все ее слова – далеко не пустые слова. Она очень серьезно воспринимала свои отношения с Морисом и не собиралась его бросать.

И только после этого я поняла, насколько удивительной была история их взаимоотношений.

Мы живем в циничном мире, и наш цинизм зачастую мешает нам увидеть вещи такими, какие они есть на самом деле. Жизнь в Нью-Йорке научила меня здоровому цинизму, и этот цинизм мешал мне понять ту особую связь, которая сложилась между Лорой и Морисом. Лоре удалось побороть свой собственный цинизм, забыть о рисках, проблемах и в какой-то мере необъяснимости всего, что она делает. Она увидела Мориса таким, каким он являлся на самом деле, и между ними возникла искренняя и крепкая связь людей, которые нуждаются друг в друге.

Я очень рада, что этой книгой Лора делится с читателями своей историей. Мне кажется, что этот простой рассказ вдохновит вас так же, как вдохновил и меня.

Много лет назад я прочитала цитату Мартина Лютера Кинга: «Сделайте первый шаг веры. Не обязательно видеть всю лестницу, главное – сделать первый шаг».

Спасибо, Лора, за то, что ты сделала первый шаг в сторону Мориса.

Валери Салембьер

Вице-президент, издатель и финансовый директор журнала Town&Country

Фото с вкладки

Моя мама Мария и отец Нунци в день бракосочетания (февраль 1949 года). Бабушка Роза сшила маме шелковое платье за три дня.

1958 год, мое первое причастие. Я (слева), моя маленькая сестренка Нэнси (на коленях у отца), мой брат Фрэнк и сестра Аннет.

Дети семейства Карино в середине 60-х: (слева направо) Фрэнк, я, Аннет, Нэнси и Стивен.