Муза, где твои крылья? Книга о том, как отстоять свое желание сделать творчество профессией и научиться жить на вдохновении, не оборвав Музе крылья - Яна Франк

Факт, что «серьезно взяться за дело» означает назначить некую минимальную частоту, с которой решено заниматься им регулярно! И для начала следовать задуманному плану В идеале дело должно пойти так хорошо, что выделенного времени станет мало. Но потихоньку увеличивать его окажется нетрудным, потому что дело уже будет казаться важным. Главное, чтобы ему с самого начала был отведен такой приоритет, чтобы оно не могло провалиться в небытие. А потом приоритет должен расти. Пока ваша работа над этим проектом не дотянется по важности хотя бы до кормления кошки!

Дела идут в гору — настроение катится вниз

В принципе нет ничего удивительного, когда люди берутся за дело в полной эйфории, а некоторое время спустя настроение заметно ухудшается. Все думают: «Ну, естественно, наступила рутина, исчезла прелесть новизны, это нормально».

На самом деле — нет. Наоборот, по мере того как некоторые части работы становятся рутиной, а другие начинают лучше получаться, работать должно стать легче. Стресса должно убавиться, радости от работы — прибавиться. В действительности одна из главных причин, по которой работа вдруг начинает погружать всех в тоску, это отсутствие благоприятных условий для нее. Многим кажется логичным начинать чем-то заниматься «на коленке» или по крайней мере в скромных условиях. Они думают: вот когда всего станет больше или когда мы сможем себе это позволить — тогда мы купим, сделаем, расширим. Так дело тихо растет, а хозяева все еще думают, что не могут себе ничего позволить. Часто это так и есть: объема работы уже прибавилось довольно заметно, при этом заработки еще оставляют желать лучшего. Или, во всяком случае, далеки от мечты. Нужно отыскать эту переломную точку: когда дело из приятной работы успело превратиться в ад? И посмотреть на все со стороны: с чего это начиналось? Чем сейчас является? Что изменилось?

Приведу очередной пример из жизни: в один прекрасный день мы решили производить кружки с моими рисунками. Так как бизнес у нас был маленький, мы стали искать пути, как сделать все подешевле, с готовностью большую часть работы взять на себя. Оказалось, что все может получиться, если деколи с картинками распечатать в одном месте, потом самостоятельно перенести их на фарфор и отдать в другое место для дальнейшей обработки. «Перенести» в данном случае означало вырезать из больших листов маникюрными ножницами маленькие картинки, намочить и сдвинуть на фарфор, как переводилки. Этим занялась моя подруга: она уютным вечером сидела с дочерью и все сделала: пятьдесят кружек. Этот эксперимент мы повторили несколько раз, потом решили попробовать силы на другой посуде. Придумали сделать набор «недельку» из семи мисочек и тоже выпустить пятьдесят наборов. Я придумала рисунок, который равномерно заполнял каждую миску Чтобы все это хорошо легло на округлую поверхность миски, рисунок нужно было разрезать на пять частей и каждую приклеивать. И вдруг моя подруга пропала. Написала что-то вроде: «Вот в ближайшие дни мы клеим мисочки, и скоро они будут» — и нет ее. Несколько дней — никаких вестей, через неделю я спросила, как там дела у мисок. И вот она мне звонит и рассказывает: «Слушай, с этим проектом неувязочка вышла. Мы, как всегда, думали, что сейчас сядем, все за вечер залепим и дальше пойдем. Просидели вечер — не успели. Просидели второй — тоже еще края не видно. Просидели четыре дня. Мисочки не кончаются. Что случилось-то? Тут мы осознали, что у нас не одна картинка на штуку, то есть 50 картинок, а 50 наборов по 7 мисок, и на каждой 5 картинок. Из чего выходит 7 х 50–350 мисок. Если на каждой по 5 картинок, всего приклеить нужно 350 х 5 = 1750 картинок. Вот и получается, что у нас хорошо приклеивались за пару вечеров 50 картинок. А 1750 картинок не кончаются ни за вечер, ни за пять!»

Вот так все и происходит. Раньше в планах было написано: «Потратить два тихих вечера на эту процедуру, и у нас будет готов новый товар». А тут проходит пара этих самых вечеров — берега не видно. Тратим несколько дней полностью — берег стал виден, но он очень далеко. При этом «потратить полностью день» означает отложить много-много других дел, которые на самом деле очень нужно было делать. И от этого охватывает ярость и отчаяние. Эта же самая подруга как-то поделилась со мной очень интересным определением, что такое стресс. Она сказала, что для нее стресс — это когда она не может перейти к следующему важному делу, потому что какие-то непреодолимые обстоятельства этому отчаянно мешают. И действительно — когда уже решаешь задачи, есть надежда, есть план действий, есть понятное направление, куда плыть. И ясно, что плывешь, и значит, приплывешь рано или поздно. А когда просто нет возможности что-то делать (потому что бьешься с чем-то другим) — приходит ощущение отчаяния. Оно там без меня погибает, а я не могу броситься спасать.

Так у человека погибают тридцать три плана для каждого дня, а он не может броситься их спасать, потому что эти мисочки не кончаются. И нужно найти еще примерно тридцать пять вечеров (это говорит нам простая математика) или каких-нибудь полных десять рабочих дней (да кто же нам даст!), чтобы расправиться с этим. А на первый взгляд задание «пятьдесят кружек» не так уж сильно отличалось от задания «пятьдесят наборов мисочек». Эту историю я вспоминаю, когда приходит время в очередной раз к чему-то присмотреться. А не превратились ли пятьдесят кружек в те самые тысячу семьсот пятьдесят картинок? И может быть, именно в этом причина, что работа вдруг кажется какой-то невыносимой ношей?

Что делают в таком случае? Ничего нового здесь не придумано! Нужно либо вносить новую «мелочь» (переставшую быть мелочью) в ряды обычных планов, честно отводя ей положенный кусок рабочего времени, либо привлекать к работе дополнительные руки. В любом случае сначала нужно изменить отношение к этим самым мелочам, признав, что они «немного подросли».

Работа может таким образом растягиваться не только во времени, но и в пространстве. Сначала что-то умещалось на столе. Потом начало свисать в этого стола на полметра с каждой стороны. И расползается, занимая пол, стулья вокруг и другие поверхности. В один прекрасный момент мы понимаем, что очередная рама или коллекция посылок и упаковок, коробка, списки, материалы не помещаются в том уголке, на котором мы всегда работали, и мы делаем движение в сторону первой попавшейся пустой плоскости. И… переползаем на пол, на кухонный стол, на стоящую рядом кровать. После этого мы уже работаем под ворчание семьи, мешая другим валяться, есть и делать что-то свое. Рано или поздно придется оторваться от всего, оглядеться вокруг и задать себе сакраментальный вопрос: «А не нужен ли мне второй стол? Вторая комната? Ателье? Склад? Офис?»