Лучшие в мире ученики, или Как научить детей учиться - Аманда Рипли

Весной 2000 г. треть миллиона подростков в 43 странах села на два часа за тест, не похожий на все, что они когда-либо видели. Этот странный тест назывался PISA (Program for International Student Assessment) и представлял «Международную программу по оценке образовательных достижений учащихся». Вместо типичного вопроса из тестов, например о том, какая комбинация монет вам нужна, чтобы что-то купить, тест PISA просил вас создать собственные монеты прямо в тестовом буклете.

PISA был разработан своего рода мозговым центром для развитых стран под названием «Организация экономического сотрудничества и развития», и ученый Андреас Шляйхер находился в центре проведения эксперимента. Это было более 10 лет спустя после того, как Шляйхер забрел в аудиторию Постлетуэйта. Все эти годы он работал над тестами, обычно оставаясь безымянным. На своем опыте он убедился, что мир нуждается в хитроумном тесте, способном оценивать особенности современного мышления и коммуникативные навыки, нужные людям для того, чтобы преуспевать в современном мире.

До теста PISA проводились другие международные тесты, названные незапоминающимися аббревиатурами, но они обычно оценивали, что запомнили дети или что учителя вбили им в головы на уроках. Эти тесты, как правило, определяли готовность учащихся к дальнейшему обучению, но не их подготовленность к жизни. Ни один из них не исследовал способность подростков критически мыслить и решать новые задачи по математике, чтению и естественным наукам. А PISA должен был определить, в каких странах детей учат самостоятельно мыслить.

К 4 декабря 2001 года были готовы результаты. ОЭСР[6]созвала пресс-конференцию в Шато де ла Мюетт, величественном особняке Ротшильда, – ее штаб-квартире в Париже. Шляйхер со своей командой, представ перед небольшой группой репортеров, пытался объяснить нюансы PISA.

– Нам не нужны были решения уравнений или ответы на многовариантные вопросы, – сказал он. – Нам нужна была способность к творческому мышлению.

Репортеры заволновались, нетерпеливо ожидая рейтинга, и получили то, чего хотели. Первой страной в мире стала… Финляндия. Последовала пауза. Шляйхер сам был немного озадачен таким результатом, но не показал этого.

– В Финляндии все хорошо, – сказал он, – и социальное происхождение не оказывает большого влияния на успеваемость.

Финляндия? Вероятно, тут какая-то ошибка, шептали специалисты в сфере образования, включая тех, кто жил в Финляндии.

Страны-участники провели собственные пресс-конференции, чтобы обсудить результаты. Их публично объявили в столице Финляндии Хельсинки, в 1500 милях отсюда. Министр образования вошла в зал, собираясь представить обобщенное заключение той же группе финских журналистов, с которой всегда встречалась, и была поражена, обнаружив, что там полно фотографов и репортеров со всего мира. Она, запинаясь, прочла официальный отчет и удалилась.

Мир нуждается в хитроумном тесте, способном оценивать особенности современного мышления и коммуникативные навыки, нужные людям для того, чтобы преуспевать в современном мире.

Позже иностранные съемочные группы брали интервью около здания министерства образования у его смущенных сотрудников – в декабре при температуре ниже нуля, – и пиджаки их развевались на морском ветру Финского залива. Они всю свою жизнь работали, ориентируясь на других – американцев, немцев – и их мнения относительно образования. Но никто никогда не оглядывался на них.

Немцы же были шокированы. Председатель комиссии по образованию в бундестаге назвал эти результаты «трагедией для немецкого образования». Немцы считали, что их система одна из лучших в мире, но их дети успевали ниже среднего в развитом мире по чтению, математике и естественным наукам – даже хуже, чем американцы (американцы!).

«Неужели немецкие школьники глупые?» – вопрошал «Шпигель» с обложки.

«Dummkopf[7], – заявил «Экономист».

Работники сферы образования всех стран, включая Германию, помогали Шляйхеру и его коллегам писать вопросы для тестов, поэтому не могли отвергать результаты. Вместо этого одни комментаторы винили учителей, а другие – видеоигры. Слово «PISA» вошло в разговорный немецкий, даже вдохновив режиссеров на создание телевикторины в лучшее эфирное время – «Шоу PISA». Специалисты по образованию стали совершать регулярные паломничества в Финляндию в поисках спасения. Даже отец Шляйхера изменил свое мнение, прочтя результаты и обсудив их с сыном.