Женщины. Разговор не о мужчинах - Лолита Агамалова

Традиционные ценности проверены веками, жили люди при патриархате/рабстве/плохой медицине, и ничего, были вполне довольны!

Чего добиваетесь вы?

Когда в России идет наступление на репродуктивные права женщин, когда женщин принуждают к выполнению материнского долга, не создавая никаких условий для этого, лозунги феминисток: «Только я имею право на мое тело» и «Мое тело — не ваше дело!» — становятся наиболее актуальны.

Согласно закрепленным репродуктивным правам, каждый человек/пара имеет право на автономное решение о родительстве и на обеспечение этого решения законодательно допустимыми способами. Никто не вправе принуждать индивида не только к рождению детей или отказу от рождения, но и к тем способам, которыми может быть преодолена бездетность, или прервана беременность.

Нарушением репродуктивных прав являются любые препятствия при использовании парой контрацептивных средств (нераспространение информации о контрацепции, необеспеченность населения доступными контрацептивами и любые препятствия к осуществлению женщиной законного и безопасного аборта при нежеланной беременности). Репродуктивные права включают в себя право на образование и доступ к информации, позволяющей сделать осознанный и свободный репродуктивный выбор; право на получение информации о контрацепции и венерических заболеваниях; свободу от принудительной стерилизации и снятие запрета на добровольную стерилизацию при выполнении определенных условий; право на аборт и контрацепцию, но также и право на использование вспомогательных репродуктивных технологий при желании иметь детей, право на доступ к качественной медицине в репродуктивной сфере; а также защиту от таких гендерных практик, как нанесение увечий женским гениталиям и мужским половым органам.

Сексуальная свобода женщин не должна ограничиваться извне. А для того, чтобы женщина обладала знаниями, как вести здоровую сексуальную жизнь, необходимо развитие гендерного и сексуального просвещения, введение гендерных учебных курсов в школах и высших учебных заведениях.

Если все станут феминистками, Россия вымрет.

В современной России материнство/родительство является не только индивидуальным выбором женщины/пары, но и постоянным объектом социального принуждения как со стороны ближайшего окружения, так и со стороны государства. Сейчас в стране наблюдаются схожие с западноевропейским обществом демографические процессы: увеличение возраста вступления в брак и рождения первого ребенка, сокращение количества детей, партнерство без официальной регистрации брака и т. д. Происходит значительное расширение строгих рамок как советской, так и «традиционной» морали. Все эти трансформации, казалось бы, ведут к большей свободе людей по организации и планированию собственной матримониальной и репродуктивной жизни и принятия решений относительно нее. Однако зоны несвободы, практики вмешательства в приватную жизнь другого человека до сих пор остаются нормой.

Вопрос деторождения в современной России не является пространством исключительно приватных персональных решений, при этом он не столько является сферой государственных интересов и вмешательства, сколько сферой повседневного рутинизированного регулирования и контроля. Через одобрение и осуждение осуществляется воспроизводство морально одобряемой нормы. В соответствии с этой нормой предписывается возраст вступления в брак, возраст и брачный стаж, необходимый для рождения ребенка и т. д. Неочевидные, не всегда заметные, но глубоко усвоенные правила становятся явными при их нарушении. Добровольная бездетность, чайлд‑фри, делает очевидной норму обязательного материнства в российском обществе.

Обсуждение вопросов о наличии детей, о планах на детей не только не считается вмешательством в частную жизнь, но широко распространено и легитимно в российской культуре — эти вопросы могут задавать родственники и коллеги, знакомые и попутчики, работодатели и друзья.

Бездетность, бесплодие поднимают вопрос социальной и субъектной «пригодности». Материнство считается критерием и показателем «правильной» женственности, осуществления правильной женской роли. Ценность женщины может сводиться к здоровому телу, выносившему ребенка, а затем к роли домохозяйки и няни, воспитывающей ребенка. Ценность личности и ее достоинство, ее успехи или страдания в расчет не принимаются. Невозможность или нежелание материнства демонстрирует несостоятельность женщины в целом, воспринимается как социальный дефект, ставящий под вопрос общую социальную компетентность и субъектную компетентность женщины. Культурные коды современного российского общества задают рамку обязательного материнства. Публичный контроль над репродуктивными решениями и планами оказывает «демографическое» давление, принуждает женщин объяснять и оправдывать бездетность.

Дискриминация женщин в сфере трудовых и репродуктивных прав, несоблюдение гендерного равенства и даже отклонение законопроекта о нем — это проявления сексизма на уровне государства. Сексизм живет в общественном сознании, он закреплен в общепринятых нормах, в общественной морали, он институционализирован в общественных, властных структурах, он проявляется в культуре. И самое страшное его проявление — это культура насилия.

Культура насилия — это решение любых проблем, вопросов, сложных задач взаимодействия и развития с помощью силы, причем часто отчужденной, институализированной силы, и поэтому представляемой как «высшая» и «неизбежная»; с помощью избыточной силы, направленной на подавление и унижение другого.

Все мы рабы силовых методов решения конфликта. Конфликты возникают на любом уровне и по любым вопросам — это нормальный процесс развития. Находить разрешение конфликтов можно различными способами, однако человечество в большинстве случаев прибегает к насилию, так как в обществе преобладают отношения, когда субъект подавляет, овладевает и властвует над объектом, и неважно, что этим объектом может быть другой человек или группа людей со своим субъективными целями, ценностями и устремлениями. Если смотреть на общество с точки зрения гендерного вопроса, то субъектом, который овладевает и властвует, являются мужчины, а в роли объекта выступают женщины.

Насилие — элемент естественного отбора!

Как и властные отношения, насилие невидимой сетью покрывает все общество. Мы живем в культуре насилия. Это вызвано тем, что в головах прочно сидят иерархические конструкции общество — природа, мужчина — женщина — ребенок. В культуре насилия общество выше природы и эксплуатирует ее нещадно. Структуры власти, бюрократические структуры выше гражданина и дискриминируют его повсеместно. У мужчин социальный статус выше чем у женщин, поэтому от культуры насилия женщины страдают больше, хотя во многих государствах женщины имеют равные с мужчинами права, а следовательно, должны бы обладать и равным статусом. Но мы уже говорили, что статус на бумаге, и статус в жизни — очень разнятся и обычно не соответствуют друг другу.

Можно сказать, что культура насилия — это система мужского доминирования, во всех сферах: от экономической до сексуальной — это система политических, социальных, сексуальных отношений, организуемых мужчинами по принципу господства‑подчинения. В основе любых форм насилия, угнетения, закабаления, эксплуатации, дискриминации лежит насилие над женщиной. Эта форма господства первична и глубинна. Именно на основе подчинения женщины стала выстраиваться социальная иерархия. Сексуальное доминирование легло в основу властных отношений, пронизывающих все общество. На их основе выросла социальная иерархия и современные общественные институты.