Заново рожденные. Удивительная связь между страданиями и успехом - Ли Кравец

За время, что прошло после трагической гибели Дэвида и множества других людей, Пол осознал и прочувствовал истину, которая прежде воспринималась им как ничего не значащая абстракция: смерть не так далека, как кажется, и нам не остается ничего другого, как стараться сделать максимально осмысленный выбор. Общество диктует нам, какой путь стоит выбрать в жизни и что делать, чтобы заслужить уважение окружающих. По мнению общества, создание собственной компании — один из таких путей, поэтому тогда Пол и выбрал его без особых сомнений. Но с тех пор все изменилось.

Теперь, когда Пол пустился на поиски более достойного пути, он понял, что этот путь всегда лежал прямо перед ним.

Он выехал из своей роскошной квартиры и раздал большую часть имущества, чтобы присоединиться к братии небольшого монастыря св. Антония Падуанского на Кэнал-стрит в Новом Орлеане, став членом Доминиканского ордена. Он доверился Господу, решив посвятить себя благотворительности, жизни в общине, общей молитве, учебе и служению.

Сейчас он рассматривает собственное преображение как проявление благодати, как то, что дало ему возможность помогать другим. Столкнувшись со злом, обрушившимся на людей 11 сентября, Пол, предприниматель с миллионным состоянием, не мог говорить о милости или присутствии Бога. «Я никому не мог помочь, — вспоминает он. — Я был вынужден молчать». Истинное призвание все время было в шаге от него, но условности и упрощенное понимание успеха мешали Полу разглядеть его. «Я чувствовал в себе нечто такое, что все это время я игнорировал, от чего пытался спрятаться».

В 2005 году Пол стал помощником викария в приходе св. Доминика в Новом Орлеане. Три недели спустя на город обрушился ураган «Катрина». Дамба на находящемся неподалеку канале на 17-й улице не выдержала натиска. Вода хлынула в город, неся с собой кучи мусора. Во время наводнения Пол потерял свою Библию и подаренные отцом четки.

Священники прихода св. Доминика покинули город в числе последних, повинуясь приказу об обязательной эвакуации, и Пол был первым из тех, кто вернулся назад. Огромная церковь, размерами напоминающая ангар для самолетов, была затоплена черной водой, глубина которой достигала трех метров. Скамьи и подставки для коленопреклонений потонули в грязи; даже алтарь был опрокинут потоком воды.

Следующие несколько недель близлежащие улицы пустовали. Все дома были повреждены или уничтожены. Электричества не было, не хватало элементарных вещей. Район оставался непригодным для жизни. Оценив масштаб разрушений, Пол пришел к неутешительному выводу: борьба с последствиями катастрофы казалась задачей, превышающей человеческие возможности.

Но опасения не оправдались: началось возрождение, в котором Пол принял самое деятельное участие. «Кто-то должен был рискнуть и первым взяться за восстановление, — говорит он. — Священники вернулись, и мы начали все расчищать. Солдаты национальной гвардии откопали скамьи. Мы снова открыли приход и школы, несмотря на то, что ходить в них было некому. Видя, что церковь возобновила работу, люди быстрее приходили в себя — это было частью процесса исцеления. Слыша от представителей церкви заявления о том, что она передана городу и приходу, люди обретали надежду».

Но, к удивлению Пола, район не просто вернулся к жизни — он еще и шагнул вперед по многим направлениям, как будто родившись заново. «Если вы хотите переосмыслить свою личную систему ценностей после такой большой трагедии, в конечном счете вы придете к переосмыслению системы ценностей всего сообщества, что и случилось, — рассказывает Пол. — Ураган, несомненно, изменил город. В людях стало больше сострадания. Отношение к вере изменилось. Она окрепла. Сегодня люди, которые никогда не планировали жить в Новом Орлеане, переезжают сюда, и город встречает их с распростертыми объятиями».

И по удивительному стечению обстоятельств в числе новоприбывших окажется художница по имени Кэнди Чанг. Она приедет в Новый Орлеан, оплакивая смерть дорогого ей человека.

Несколько недель спустя она принесет ведро грифельной краски к полуразрушенному дому с крышей оранжевого цвета, покрасит одну из стен и напишет на ней слова: «Прежде чем я умру…»