Секреты счастливых семей. Мужской взгляд - Брюс Фейлер

Я впервые осознал, что мы с Линдой действуем не совсем правильно в отношении наших девочек, когда прочитал книгу Джойс Макфадден «Спальня вашей дочери» (Your Daughter’s Bedroom). Макфадден, молодая мать, работала психоаналитиком в Нью-Йорке, когда произошла трагедия 11 сентября. В поисках спокойствия и безопасности она переехала с семьей на Лонг-Айленд, но вскоре почувствовала себя отрезанной от подруг и поэтому, по всей видимости, придумала весьма необычный способ установить контакт с другими женщинами – посредством Интернета. Макфадден решила предложить женщинам описать их самые сокровенные чувства и с этой целью придумала 63 вопроса, затрагивающих абсолютно все – от горя до рождения детей и красоты. Она опубликовала их онлайн под заголовком «Исследование женских проблем». Женщины имели возможность отвечать только на те вопросы, которые их интересовали больше всего.

Очень быстро были заполнены 3000 анкет, и результаты просто ошеломили Макфадден. Три самых популярных среди женщин вопроса оказались непосредственно связаны с сексом. Больше всего им хотелось поговорить на темы, которые с ними никто не обсуждал в детстве: менструация, мастурбация и романтическая жизнь их матерей. На основании результатов этого исследования, а также бесед с учеными и далекими от науки женщинами Макфадден написала книгу.

Мы с Джойс встретились однажды за чашечкой кофе, и она рассказала мне, как, по ее мнению, нужно затрагивать тему сексуальности в разговоре с детьми.

Урок № 1: никогда не поздно начать. Я хочу сделать признание. Когда я купал своих дочерей или сидел с ними, приучая к горшку, то никогда не называл их гениталии теми терминами, которые, собственно, для этого придуманы. Я испытывал смущение или боялся. «Помойте у себя там», – обычно говорил я, или: «Помойте то место, откуда вы писаете». И, по всей видимости, я в этом не одинок. Согласно опросам, половина девочек в возрасте двух с половиной лет знают, как называются гениталии мальчиков, но понятия не имеют, как называть свои. В нашей культуре у мальчиков пенисы, а у девочек «там, внизу».

Макфадден была искренне этим возмущена:

– Как мы можем привить дочерям любовь к своему телу, если они даже не знают названий его частей? Когда у моей дочки была опрелость, я говорила: «У тебя болят половые губы?» или: «Хочешь, я помажу кремом твою вульву?», а не: «Болит у тебя там?» Мы ужасно боимся, что скажем что-нибудь не то, – продолжала она, – или что они начнут расспрашивать нас о нашей половой жизни, и в итоге не говорим ничего. На мой взгляд, все это вопрос лексики. Нос. Лампа. Стул. Сосок. Мы же не называем как-то иначе уши, череп, ногти. Так зачем придумывать новые слова для обозначения гениталий?

Американская академия педиатрии с этим согласна. В материале от 2009 г. эксперты академии рекомендуют говорить о различии полов с детьми в возрасте полутора лет. В этом возрасте «важно, чтобы ребенок узнал правильные названия частей тела. Придумывание других названий для частей тела может заставить его думать, что в верном названии есть что-то плохое». На тот случай, когда ребенок наконец начнет задавать вопросы, в этом материале приводятся следующие советы:

• Не смейтесь и не хихикайте, даже если вопрос покажется вам забавным. Ваш ребенок не должен устыдиться собственной любознательности.

• Будьте кратки. Вашему четырехлетнему ребенку не обязательно знать подробности полового акта.

• Выясните, хочет ли ваш ребенок узнать больше, нужно ли ему это. Спросите его: «Мы ответили на твой вопрос?»

Урок № 2: проще говорить с девятилетним ребенком, нежели с тринадцатилетним. Истории о менструациях из книги «Спальня вашей дочери» просто надрывают сердце. Девочки испытывают ужас, стыд, вину, отвращение. Некоторые женщины признавались, что матери оскорбляли их, когда у них впервые была менструация; другие переживали, что в этот момент отцы от них отстранились и никогда их больше не обнимали. В книге Макфадден собраны памятные высказывания таких женщин:

• Лучше бы мои родители рассказали мне обо всех подробностях до того, как это случилось, а не после.

• Хотела бы я, чтобы моя мама чувствовала себя комфортнее в своем собственном теле и могла привить это чувство мне.

• Было бы здорово, если бы мне преподнесли это так, чтобы я испытывала радость и гордость, а не тревогу.

По словам Макфадден, эти ответы показали ей, как важно говорить с девочками о менструации еще до того, как она начнется, т. е. когда им семь или восемь лет.

– Мы делаем это с опозданием, – сказала она. – Мы словно ждем, когда они вступят в подростковый возраст и станут от нас отдаляться, и тогда пытаемся с ними поговорить. Если начать, когда дети помладше, они еще впитывают информацию, как губки, и рады узнать что-то новое.

Я пересказал все это Линде, и она, по всей видимости, очень серьезно восприняла услышанное. Несколько недель спустя я купал девочек в ванне и сказал Тайби: «Помой свою в-в-вагину». «О, да, – с энтузиазмом отозвалась она. – Она немного красная сейчас. Но не волнуйся, папа. Скоро у меня начнутся месячные, и вот тогда она будет очень красная».

Урок № 3: тише едешь – дальше будешь. Если я скажу своей восьмилетней дочери, что ребенка делают путем введения пениса в вагину, что будет, когда она обнаружит, что пенисы вводятся в вагины не только с вышеупомянутой целью? На мой взгляд, это весьма скользкая дорожка.

– Но мы не испытываем таких трудностей, когда говорим о других вещах, – заметила Макфадден. – Записывая детей в Малую лигу, мы не говорим: «Теперь слушай, когда окажешься в большом спорте…» или: «Нам нужно поговорить о стероидах». Или пример с азбукой. Вы говорите ребенку: «Это буква “а”». Затем, чуть позже: «Вот она, в слове “апельсин”», а потом: «Вот книжка об апельсинах». Если вы показываете своей дочери букву «а», это не значит, что вы сразу же должны рассказать ей об Анне Карениной.