Путь к процветанию. Новое понимание счастья и благополучия - Мартин Селигман

Миниатюрная, угловатая Джил объяснила мне причину своего приезда: «Мы не хотим, чтобы служба оставляла за собой тяжкое наследие – ветеранов, просящих милостыню на улицах Вашингтона, посттравматический стресс, депрессию, наркозависимость, разводы и суицид. Мы прочли ваши книги и хотим понять, чтó вы можете предложить армии».

Я почти забыл о визите Джил, когда в конце ноября 2008 года меня пригласили в Пентагон на обед с начальником кадровой службы армии легендарным Джорджем Кейси {1}, бывшим командующим международных сил в Ираке и героем отряда «Дельта». Когда генерал Кейси – стройный, невысокого роста, коротко стриженный седеющий человек около шестидесяти – вошел, мы все встали, приветствуя его. Затем сели, и я заметил, как генерал-лейтенант слева от меня озаглавил свои заметки «Обед с Селигманом».

– Я хочу создать армию, которая была бы так же хорошо подготовлена психологически, как и физически, – начал генерал Кейси. – Вы все здесь для того, чтобы дать мне совет: как провести эту культурную трансформацию.

«И правда, это культурная трансформация», – подумал я. В самую точку! Мой дилетантский взгляд на будущее вооружений сформировался под влиянием генерал-майора Боба Скейлза, отставного главы Военного колледжа Армии США, военного историка и автора блестящего эссе «Клаузевиц и Четвертая мировая война», опубликованного в журнале Armed Forces Journal {2}. Генерал Скейлз выдвигает свою теорию эволюции войн. По его мнению, Первая мировая война была войной химической, Вторая мировая – войной математики и физики, Третья – компьютерной, а Четвертая (в которую мы уже вступаем) будет войной человеческой. Пять баллов из пяти – так оценивает он современное вооружение США на воздухе, на море и в области ракет. К сожалению, все последние столкновения, в которых мы участвовали, были человеческими войнами, а в этом у нас ноль баллов из семи. Вьетнам и Ирак – тому пример. Поэтому, заключает Скейлз, армии пришло время серьезно заняться наукой о человеке.

– Ключевым для психологической готовности является жизнестойкость, – продолжил генерал Кейси, – и начиная с этого момента, в армии США будут всех учить жизнестойкости и повсеместно ее отслеживать. Здесь присутствует доктор Селигман – специалист мирового уровня по вопросам жизнестойкости, – который расскажет нам о том, как этого добиться.

Когда меня пригласили на эту встречу, я ожидал, что мне придется говорить о посттравматическом стрессе и о том, как армия относится к ветеранам. Но удивленный поворотом беседы, я начал с искренних слов о том, какая честь для меня сидеть за одним столом с такими людьми. Затем, оправившись от неожиданности, я повторил то, что говорил Джил: фокусироваться на патологических состояниях депрессии, тревоги, суицида и посттравматического синдрома – все равно, что считать, будто хвост виляет собакой. Чем армии следовало бы заняться, так это корректировкой внутренних реакций на неблагоприятные внешние воздействия, чтобы сместить их в направлении жизнестойкости и роста. Так можно не только предотвращать посттравматический стресс, но и увеличить число солдат, способных быстро восстанавливаться после тяжелых ситуаций. Что еще важнее, выросло бы число разных военных, психологически закалившихся в ходе сражений.

Жизнестойкости можно научить, по крайней мере, в молодости. Это было главным вопросом позитивного образования, и мы обнаружили, что путем тренировки жизнестойкости у детей и подростков можно понизить уровень депрессии, тревоги и отклонений поведения.

– Генерал Кейси, это согласуется с миссией армии, – прервал меня Ричард Кармона, бывший главный врач армии США {3} (при президенте Джордже Буше). – На здоровье мы тратим ежегодно два триллиона долларов {4}, и семьдесят пять процентов из них уходит на лечение хронических заболеваний {5} и поддержку пожилых людей вроде меня и доктора Селигмана. Гражданское здравоохранение основано на неверных стимулах. Если мы хотим сохранить здоровье, следует концентрироваться на развитии жизнестойкости – психологической и физической – в частности, среди молодежи. Нам нужна армия, способная восстанавливаться и участвовать в непрерывных боевых действиях, которые обещает следующее десятилетие {6}. Армейская медицина ориентируется именно на эти принципы. Если обучение жизнестойкости сработает, это станет образцом для гражданского здравоохранения.