Муза, где твои крылья? Книга о том, как отстоять свое желание сделать творчество профессией и научиться жить на вдохновении, не оборвав Музе крылья - Яна Франк

Чтобы научиться делать что-то новое на уровне ремесла, взрослому нужно намного меньше попыток, чем ребенку. Там, где малышу требуется тысяча повторов, взрослому нужно только сто. Проблема в том, что у ребенка бесконечное количество свободного времени и нет никаких комплексов. А взрослый человек не может найти время для двадцати повторений и еще начинает ныть и сам себе мешать уже после десятой попытки. Или после третьей. И ему так жалко себя, обидно и противно, что продолжать уже нет сил. А попробовал бы он сделать хотя бы сто попыток, отключив эмоции, — удивился бы результату!

Итак: нужно примириться с тем фактом, что сразу ничего не может получиться. Если мы чего-то не умеем, у нас нет никаких шансов зауметь это чудесным образом за одну минуту. Обучение — это стандартный путь типичных ошибок и неудач, который проходит каждый. Каждый должен набить определенное количество шишек, испортить нужную гору материалов, вынести сколько-то неудач на помойку. У разных людей количество неудачных попыток может отличаться, но некий минимум вынуждены пережить все! Но есть и хорошие новости: чем быстрее начнешь и чем чаще и больше будешь пробовать, тем быстрее неприятная фаза закончится.

Она закончится в любом случае, потому что количество всегда переходит в качество. После определенного количества попыток каждый переходит на следующий уровень, что-то становится легче, и результаты улучшаются. Есть определенные стадии мастерства, доступные практически всем проявившим достаточно терпения. И их очень много. Чудеса и непостижимые результаты начинаются очень далеко за пределами первых лет (!) обучения практически в любом деле.

А еще есть хорошая отговорка для тех, кого все же не покидает ощущение, что они снова в детском саду: говорят, что хорошим художником, композитором, поэтом, писателем (или каким-то еще «творцом») может быть только тот, кто навсегда остался в душе немного ребенком.

Что, если у меня получится хуже, чем у других?

Еще одна драма, с которой нужно сначала смириться, чтобы вообще стала возможной работа. По этому поводу можно даже не переживать. Это неизбежная трагедия. У вас точно, непременно и обязательно получится хуже, чем у других! Что ни делай — будь то пение, рисование или скульптура, — в любом деле всегда найдется кто-то, кто лучше! Всегда! На любого художника найдется какой-нибудь Брейгель, который лучше. И не потому, что Брейгель безоговорочно лучше всех, а потому, что невозможно угодить каждому и соответствовать одновременно всем идеалам.

Возьму для примера изобразительное искусство: здесь существует множество жанров, от абстрактного искусства до гиперреализма. И даже внутри каждого из них авторы бесконечно пререкаются: у кого-то работы технически точнее исполнены, но в них меньше жизни. Другие отклоняются от канонов, жертвуя правильностью ради большей выразительности. И для каждого это — собственное решение, основанное на собственном вкусе и предпочтениях. И всегда найдется много соратников, любящих именно такое, и в сто раз больше противников, которым нравится другое. И которые считают такие неточности недопустимыми и идеалы этих художников — ничтожными.

Так что для начала нужно сильно сузить это всеобъемлющее понятие: кто такие эти «другие», которые всегда лучше? А дальше, если очень хочется, можно действительно попробовать соревноваться! Этот полезный эксперимент почти всегда приводит к одинаковым результатам. Только нужно очень точно выбрать «идеал». Как уже сказано — если кому-то нравятся диаметрально противоположные вещи, можно не пытаться угодить этим вкусам. Чтобы говорить о том, кто лучше или хуже, нужно совершенно четко определять критерии оценки. И они должны быть хоть как-то совместимы. Например, подходящая формулировка: «Я хочу уметь рисовать технически так же, как художник такой-то» и уточнить: «Я хочу реалистично изображать людей и предметы, чтобы было похоже на фотографию в такой же степени, как у него». Или: «Я хочу уметь рисовать такие же живые линии, подбирать такие же красивые цвета и стилизовать людей таким же симпатичным способом, как он!»

Дальше я предлагаю просто попытаться копировать свой идеал! Конечно, получится не сразу. Но даже самые сложные техники живописи или графики можно скопировать. Я сама этим неоднократно занималась и помогала копировать кого-то своим студентам. Мы вглядывались в работы, изучали каждую линию, каждый штрих и пытались понять: как это сделали? Чем? Если красками, то какими, если в «Фотошопе», то какими инструментами, каким способом. Тут очень помогает сбор информации: многие авторы выкладывают в свои блоги видео, где можно наблюдать процесс. Показывают черновики и промежуточные стадии. В конце концов, можно просто взять некую работу, которая очень нравится, и попробовать ее скопировать как можно ближе к оригиналу. Просто чтобы понять, как это сделали. Потом сделать свою, но похожую по технике исполнения. Нужно разбирать все: цвета, позы, композиции. Думать: откуда они взялись? Куда автор смотрел? Что он копировал? Кому подражал?

Если серьезно погрузиться в такую задачу, через некоторое время получится приблизиться к любому автору! Рано или поздно становится ясно, как он все это делает. И тут начинаются сюрпризы! Мы вдруг начинаем смотреть на все более критично. Когда-то все творчество автора казалось нам недостижимым и непостижимым. Каким-то волшебством. Теперь мы уже понимаем, откуда взялся каждый штрих. Мы все еще видим хорошие идеи, хвалим удачные находки. Или замечаем, что автор что-то удачно переработал, восхищаемся подходом. Но остается это ощущение: «В принципе все тут ясно». Начиная с этой фазы большинство людей вдруг решают, что многое они и не хотят копировать. Им теперь хочется делать это по-своему. И это не вопрос удобства, или лени, или неспособности сделать точно как в скопированном образце. Это сознательное решение. Просто становится ясно, что «лучше» — то, чего хочется им. Свое!

Собственно, на этом драма «у кого лучше» обычно исчерпывается. Стоит один раз суметь срисовать у кого-то, кто ранее казался недостижимым, как становится понятным сам принцип: никто не рисует лучше или хуже. Каждый выбрал свое направление, в котором хотел совершенствоваться, и развивался в нем сколько посчитал нужным. Каждый усваивает те приемы, которыми хочет пользоваться, и комбинирует их так, как нравится. И сравнивать результаты такими словами как «лучше» и «хуже» — абсурдно. Просто один любит капусту с грибами, а другой — капусту со сметаной, и каждый готовит себе то, что больше нравится лично ему. Никакой из рецептов не хуже другого.

Что, если я прослыву неудачником?

Опять же — среди кого? К сожалению, практически всех людей уже кто-нибудь когда-нибудь обозвал этим словом. К счастью, это на самом деле не имеет большого значения. Про миллионеров обязательно кто-нибудь скажет, что они рабы денег и бизнеса, не знают, что такое настоящая свобода, нежизнеспособны без денег, продали душу дьяволу, не ценят простых вещей… Каждому, кто не зарабатывает больших денег, кто-нибудь скажет: «Если ты такой умный, где твои миллионы?»