Мама Мальчишек. Уроки выживания среди мужчин - Ханна Эванс

Сегодня четверг, день визита Лучшего Друга Непоседы, и я стою у плиты, варю суп.

Непоседа и его Лучший Друг выстраивают машинки в колонну на полу гостиной – с маниакальной аккуратностью, слегка пугающей. Если верить учебникам и другим Мамам Мальчишек, это совершенно нормальное поведение. И все равно меня настораживает тот факт, что нередко это занятие растягивается на долгие часы.

Тишину нарушает разгорающийся спор.

– У меня папа больше твоего! – ворчит Непоседа, врезаясь в машину Лучшего Друга.

– А вот и нет! У меня папа больше! – кричит Лучший Друг, запуская свой грузовик прямо в фургон Непоседы.

– А вот и да, а вот и да, – дразнит мой младший. – Мой папа самый большой в мире! – Он швыряет подъемный кран в гараж, чуть не попав в голову Лучшему Другу.

Лучший Друг благоразумно признаёт свое поражение. При росте в шесть футов и семь дюймов Отец Мальчишек обладает несправедливым преимуществом в конкурсе гигантов. Но Лучший Друг еще не закончил.

– Ну… – вступает он в спор, – зато мой папа точно старше, чем твой… то-то! И у него гораздо меньше волос, чем у твоего!

Сдерживаю улыбку, услышав такое замечание (кстати, неверное), и выступаю миротворцем.

– Эй, мальчишки… хватит вам, – говорю я, усаживаясь на заставленный автомобилями ковер и разгребая себе местечко в этой груде металлолома. – Успокойтесь немного, ребята… не важно, чей папа выше или старше…

Как это не важно?! Оба таращатся на меня широко распахнутыми глазищами.

Твердым голосом учителя я пробую объяснить:

– Одни люди рослые, как папа Непоседы, а другие – невысокие, как…

– Ты! – подсказывает мой услужливый сын.

– Да, как… послушай, я вполне себе среднего роста, чтоб ты знал! Ну, почти среднего. В любом случае… дело вовсе не в том, чтобы быть самым высоким или старшим… мы все разные, и это замечательно. Жизнь ведь не соревнование!

Не вполне мне поверив, однако слегка поутихнув, ребята возвращаются к своему автопарку.

– Хорошо, у тебя папа, может, и старше, зато у меня мама толще! – слышу я шепот Непоседы.

Я замираю по пути на кухню и медленно поворачиваюсь… но все-таки возвращаюсь к супу, а не к сыну.

Потому что понимаю, насколько я ошиблась. На мой женский взгляд, соревнование уместно не везде, но тестостерон навязывает свою логику. Быть самым старшим, самым смелым, самым быстрым – действительно важно для моих мини-мужчин и их мини-друзей. Кажется, для любого мальчишки быть первым во всем – не пустые слова.

Этот инцидент и его последствия вспомнились мне немного позже, когда Разумник за ужином взялся планировать празднование своего восьмого дня рождения. Приготовления, да и сам праздник стали доказательством моей правоты.

До дня рождения было «всего-то» два месяца, а мы, кажется, только об этом и говорили.

– Ма-ам, пожалуйста, можно все придут с ночевкой… пожа-а-алуйста?

– С ночевкой? Ты серьезно? – (Образ воинственных орд, отказывающихся ложиться спать, проплыл у меня перед глазами, вызвав нервную дрожь.) – А чем плохо повеселиться пару часиков днем, вручить подарки, съесть пирожные – и домой, как все делают?

Он посмотрел на меня с пренебрежением – ну, или мне так показалось…

– Пожа-а-а-алуйста, мам. Я очень хочу с ночевкой, никто еще так не отмечал свой день рождения… я хочу быть первым… это было бы круто!

Потно – несомненно, шумно – бесспорно, но «круто»? Это вряд ли.

– И кого ты хотел бы пригласить, если вдруг мы скажем «да»?

Он почувствовал, что я дрогнула, и радостно заулыбался:

– Ну, Тома, Дика и, да, конечно же, Гарри. Если они придут, то и Джо надо позвать, и тогда его лучшего друга Блоггса тоже… – И Разумник перечислил имена всех своих одноклассников-мальчишек.

В итоге их набралось одиннадцать.

– Одиннадцать? Ты хочешь, чтобы одиннадцать мальчиков остались в нашем доме ночевать?

– Ну нет… всего получится четырнадцать, если считать меня, Бинома и Непоседу. И не в доме… Я вот подумал насчет палатки… – Он предложил этот вариант с таким видом, будто бедлам в палатке гораздо лучше, чем в спальне.

Ух, как я фыркала и злилась. Но в конце концов сдалась.

За две недели до праздника.

– Я тут подумал, мам… – начал издалека мой первенец и положил свою длинную руку на мои разом насторожившиеся плечи.

– Хм?

– Насчет дня рождения… ну, вечеринки. Может, ты придумаешь какой-нибудь детективный сценарий… ну знаешь… что-то вроде «Секретной семерки»… с уликами, которые нужно найти, и преступлением, которое надо раскрыть. Это было бы так…

– Круто? – подсказала я.

– Здорово! – поправил он. – Это было бы здорово. Ни у кого еще не было игры по собственному сценарию. Ты напишешь, мам? Сможешь?

– То есть я должна написать что-то вроде детектива Энид Блайтон… И всего-то?

Он невинно кивнул.

Ух, как я фыркала и злилась. Но в конце концов сдалась.

За неделю до вечеринки.

На ужин мы ели субботние сосиски с картофельным пюре.

– Ма-а-ам, – затягивает Разумник.

Я подняла глаза, но продолжала есть. Этому меня научила жизнь.

– Мам, можно, у нас будут сосиски на дне рождения? Но не такие, как эти… мы можем их сами приготовить? На костре? На шампурах? Пацанам понравится. Это было бы так…

Круто? Здорово? Невероятно опасно?

– Прикольно. По-настоящему прикольно!

Ну что ж, утешила себя я, планирование дня рождения хотя бы расширяет его словарный запас эффективнее, чем любой урок устной речи.

И, фыркая и злясь, наблюдала за Отцом Мальчишек. Он тоже бухтел – но недолго. Загоревшись идеей побаловаться с огнем и спичками, мой самый старший мальчишка радостно сдался.

Как и третья годовщина Бинома, день рождения Разумника начинается ясным солнечным утром, в невозможную рань. Называйте меня параноиком, но мне сдается, тут какой-то заговор.

С учетом ночного характера мероприятия наше перевозбужденное потомство вынуждено маяться в ожидании гостей целых двенадцать часов. А моих «первых во всем», «самых быстрых» мужчин перспектива убивать время, не убивая друг друга, своего отца или, еще лучше, мать, совсем не привлекает.