Сверхнормальные. Истории, которые делают нас сильнее - Мэг Джей

Совсем недавно, однако, ученые высказали предположение, что эмоции вообще не следует делить на хорошие и плохие; что, возможно, каждая базовая эмоция играет в жизни человека исключительно важную роль^[202]. И действительно, логично предположить, что если счастье позволяет нам наслаждаться жизнью, когда все идет хорошо, то другие эмоции помогают приспосабливаться и выживать^[203] в сложных обстоятельствах. Вдохновленные этой идеей, исследователи начали оценивать гнев как эмоцию с огромной адаптивной ценностью^[204]. Существует масса причин, по которым мы сердимся и злимся^[205], но большинство из них обычно включают в себя обиду. Особенно сильное ощущение неудовольствия, собственно гнев, возникает, когда мы чувствуем, что нам вредят, нас провоцируют, очень сильно огорчают и расстраивают. Когда у нас отнимают что-нибудь очень ценное или кого-нибудь важного или нам не удается достичь в высшей степени желанной цели^[206]. Часто, хоть и не всегда, испытывать гнев значит воспринимать несправедливость мира^[207], порождаемую неправильными поступками других людей. Гнев — сигнал о том, что что-то пошло не так. Что вам больно. Что нарушен правильный ход вещей^[208].

Однажды, вскоре после того как мы с Полом обсудили роль гнева в его борьбе с буллингом, у меня состоялся сеанс с другой клиенткой, женщиной лет сорока, которая до сих пор боролась с последствиями издевательств и травли со стороны сверстников в детстве. Я спросила ее, приходилось ли ей тогда испытывать гнев в связи с происходящим. (Тут надо сказать, что, хотя сегодня эта ситуация постепенно меняется, девочки и женщины^[209] чаще стараются скрыть свой гнев и отказываются признавать в себе эту эмоцию.) «Нет, — ответила она, — но, думаю, было бы лучше, если бы я его чувствовала». Как писал Тони Моррисон в романе «Самые синие глаза», «в гневе есть ощущение того, что ты существуешь. Чувство реальности и присутствия. Осознание самоценности»^[210].

* * *

Сенека и Будда, безусловно, были правы, когда говорили, что испытывать гнев не всегда полезно, и, конечно же, хронический гнев сказывается на нашем здоровье и разуме негативно. Но, вполне возможно, в гневе полезна не сама эмоция, а действие, на которое он нас вдохновляет. Гнев — это чувство, заставляющее выбирать борьбу в реакции «бей или беги». Действуя как активатор и организатор, гнев побуждает нас сокращать разрыв^[211] между тем, чего мы хотим, и тем, что у нас есть; между тем, как обстоят дела, и тем, как они должны обстоять, по нашему мнению. Он заставляет нас противостоять^[212] нынешнему положению дел, вместо того чтобы сдаваться или смиряться. Будучи мощной эмоцией, способной генерировать огромный импульс, гнев побуждает нас двигаться к целям^[213] и даже преодолевать препятствия на этом пути. Более яркую характеристику гневу дал Аристотель, сказав следующее: «Человек в гневе нацеливается на то, чего он способен достичь»^[214]. Именно такое проактивное, даже неутомимое стремление^[215] к цели отличает супергероев и сверхнормальных людей и уже давно признано как один из ключевых компонентов успеха человека на любой ниве.