Книга для тех, кому нравится жить, или Психология личностного роста - Николай Козлов

Последняя фраза: "Вы имеете право переживать любые эмоции…" — небольшое смягчение, чтобы снять накал битвы, а потом маленькая педагогическая нотация. Хотя, наверное, и необходимая. Результат? Человек задумался. Много ли это? Раньше я считал, что много, сейчас же я знаю более эффективные методы работы.

• Здесь происходила все-таки разборка, все-таки битва, и изначально психолог и человек оказывались по разные стороны баррикады. Если же удается создать ситуацию, где они работают вместе, а еще лучше — где работает сам человек, а психолог выступает только в роли его помощника, результатом оказывается не «задумался», а — "научился".

Битва — это интереснейший и часто очень результативный метод работы психолога, но — ненадежный. При мало-мальски серьезном сопротивлении любая логика ведущего игнорируется на самой что ни на есть психологической группе так же легко, как и доводы мужа перед женой на кухне.

• Вот, например.

После рассказа о том, что она видела, Машу до сих пор трясет — потому что она была в роддоме у подруги. Так вот, там женщины, по сути, без медицинской помощи. — Маша, как ты сейчас можешь описать свое чувство? Это бессилие? Ярость? Возмущение?

• Одновременно подстройка и наезд. Наезд (пусть самый маленький) в том, что чувства предложено конкретизировать и вообще в них разобраться. Вместо того чтобы разделить ваши чувства, вам предлагают разобраться в них!!

— Все вместе.

• То есть "Может, и так, но разбираться не буду".

— Но, например, не удивление, не огорчение?

• Подсказка других возможных переживаний может разрыхлить твердость исходного.

— При чем тут огорчение? Вы бы видели, как там женщины мучаются, а помощи — никакой!

• Сопротивление. Услышать не захотела.

— Да, Маша. Природа не предусмотрела помощи при родах, но есть врачи, которые женщинам делают подарок — помощь при родах. И вдруг женщина оказывается без подарка. Это вызывает ярость?

• Предложение альтернативного взгляда на ситуацию.

— Но женщина могла остаться дома!

• Сопротивление. Услышать не захотела.

— Верно, но она выбрала ехать в роддом: на кого же ей злиться, если уж она решила злиться?

• Предложение выйти из роли жертвы и взять ответственность на себя.

— Но меня бесит плохая медицинская помощь!

• "Да не нужна мне ваша ответственность!"

— Маша, тебя бесит смерть?

• Попытаемся сбоку.

— Нет.

— А что страшнее — смерть или плохая медицинская помощь?

— Смерть.

— А что же ты бесишься?

— Так именно потому, что из-за этого может быть смерть!

— Да, но пока-то ее нет? Зачем же нужно беситься? От этого действительно кому-то станет лучше?

• Прямое предложение рассмотреть целесообразность переживаний.

— … (молчание).

…Читая этот диалог, я вижу, что психолог Козлов и женщина Маша совершенно не понимают друг друга. Козлов мне очень напоминает старого толстого психотерапевта, который развалился в своем мягком кресле, задумчиво покуривает любимую сигару и вопрошает нервно дергающегося пациента: "Нуте-с, и так что же вам мешает быть счастливым?" Женщина Маша знает, что здесь нельзя не переживать, и не хочет понимать психолога Козлова. Психолог Козлов знает, что здесь переживать глупо, и не хочет понимать женщину Машу. Верование налетело на верование.

• Остается надеяться, что Козлов это понимал и делал специально.

Раньше, получая такой результат, я расстраивался: "Не получилось! Не смог донести! Она ничего не поняла!" (срабатывает верование "Психолог Козлов всегда должен быть успешным"). Позже мне объяснили то, чего я действительно не понимал. Конкретно после этого занятия меня обняла сама Маша: "Николай Иванович! Ну что вы так серьезно относитесь к моим словам! Ведь я же тогда просто не хотела вас слушать и возражала просто так! Ну я же не дура, на самом деле! Не расстраивайтесь!"

• Спасибо, Маша!

Спасибо, мои друзья! Без вашей помощи мне моя помощь вам часто не срабатывает.