Максимум. Как достичь личного совершенства с помощью современных научных открытий - Роберт Пул

Чего же не хватает целенаправленной практике? Что еще требуется человеку для успеха, помимо усилий и выхода из зоны комфорта? Давайте поговорим об этом.

Как вы могли увидеть в первой главе, у разных людей целенаправленная практика дает разные результаты. Стив Фалун сумел запомнить 82 числа в последовательности, а Рене, приложившая не меньше усилий, всего 20. Принципиальная разница заключается в деталях подхода, который использовали Стив и Рене для развития памяти.

После того, как Стив продемонстрировал, что запомнить такое количество чисел возможно, его рекорд был побит, и неоднократно. Согласно данным Всемирного совета спортивных достижений в области памяти, в настоящий момент в мире есть как минимум пять человек, которые повторили последовательности из 300 чисел на официальном соревновании, и несколько десятков, которые осилили 100 чисел. На ноябрь 2015 года мировой рекорд принадлежал Цогбадраху Сайханбайару из Монголии, который на Открытом чемпионате по памяти на Тайване повторил последовательность из 432 чисел – в пять с лишним раз больше, чем когда-то Стив. Как и в случае со Стивом и Рене, разница между Стивом и действующим чемпионом – в особенностях их тренировок.

То же самое справедливо для любых других областей человеческой деятельности. Для каждой из них можно найти самый эффективный подход. Ну а эта глава будет посвящена самому эффективному подходу из всех – методу осознанного развития, «золотому стандарту» в сфере обучения, идеалу, на который нужно равняться.

Высококонкурентная среда

Существуют такие виды деятельности, к которым попросту нет стандартных методов обучения, – например исполнение музыки в поп-группе, решение кроссвордов или народные танцы. Тут чаще используют «метод тыка», который дает непредсказуемые результаты. Кому-то повезло больше, например исполнителям классической музыки, математикам или танцорам балета: для их обучения применяются давно разработанные методики, доказавшие свою эффективность. Если вы будете усердно следовать им, вы с большой вероятностью добьетесь выдающихся успехов. Именно изучению таких видов деятельности я и посвятил значительную часть своей научной деятельности.

У всех их есть общие черты. Во-первых, в таких областях всегда существуют объективные (например, победа или поражение в шахматном турнире или гонках) или не совсем объективные (оценка жюри) способы оценки деятельности. Без четкого определения критериев успешности очень сложно, а порой и невозможно разработать эффективные методы обучения. Если неизвестно, к чему стремиться, то и как это делать, тоже непонятно.

Во-вторых, во всех этих областях царит жесткая конкуренция, вынуждающая постоянно совершенствовать свои навыки. В-третьих, эти навыки оттачивались десятилетиями или даже столетиями и для них существует устоявшаяся «школа». И наконец, в-четвертых, в таких сферах учителями и менторами выступают сами исполнители, которые со временем вырабатывают свои подходы для постепенного развития навыков. Совершенствование учебных методик и навыков идут рука об руку – развитие первых приводит к новым достижениям, которые в свою очередь стимулируют появление инновационных образовательных подходов. Такое взаимосвязанное развитие всегда идет путем проб и ошибок, когда практикующие специалисты на собственном опыте придумывают новые способы для совершенствования, отбрасывая неподходящие и оставляя удачные варианты.

Наиболее типичная в этом плане область – музыка, а именно обучение игре на скрипке или фортепиано. Здесь присутствует и высокая конкуренция, и отработанные веками методики обучения. Кроме того, чтобы встать в один ряд с лучшими исполнителями мира, и скрипачам и пианистам требуется 20 и более лет постоянной практики.

Короче говоря, на этом примере удобнее и проще всего изучать феномен выдающихся исполнителей. К моей большой удаче, завершив свое исследование возможностей человеческой памяти, я обратил внимание именно на способности музыкантов.

Осенью 1987 года я начал работать в Институте развития человека имени Макса Планка. Закончив работу со Стивом Фалуном, я какое-то время занимался исследованиями памяти в других областях, например у официантов, которые запоминают множество заказов, даже их не записывая, или актеров, которые заучивают роли^[41]. Я изучал мысленные образы, которые все эти люди разработали, чтобы улучшить свою память, однако вскоре наткнулся на препятствие: все они были «любителями», то есть не имели формального актерского или «официантского» образования, и развивали свои способности по наитию. Меня же интересовало, чего можно добиться с помощью четкой и строгой методики. Перебравшись в Берлин, я наконец получил возможность узнать ответ на этот вопрос, развернув исследование профессиональных музыкантов.

Большую роль в этом сыграла географическая близость Института Макса Планка к Берлинскому университету искусств, в котором учились 360 студентов четырех колледжей – изящных искусств, дизайна, исполнительских искусств, музыки. Уровень образования в последнем колледже оценивался особенно высоко. В число его выпускников входили дирижеры Отто Клемперер и Бруно Вальтер – известнейшие дирижеры XX века, а также композитор Курт Вайль, автор музыки к «Трехгрошовой опере» и знаменитой композиции «Баллада о Мэкки-Ноже» (Mack the Knife). Колледж год за годом выпускал в свет лучших в стране и мире пианистов, скрипачей, композиторов, дирижеров и других музыкантов.

В Институте Макса Планка я работал с двумя коллегами: Ральфом Крампом, студентом последнего курса, и постдоком Клеменс Теш-Рёмер. Втроем мы решили заняться изучением феномена успешности у музыкантов. Изначально мы думали сосредоточить свое внимание на мотивации, в частности, я хотел узнать, влияет ли мотивированность студентов на то, как долго и насколько успешно они занимаются.